Шестнадцатый Кармапа - Ранджунг Ригпе Дордже
1924 - 1940
Рождение и юность
Рангджунг Ригпе Дордже родился на пятнадцатый день шестого месяца года деревянной крысы (1924) в Денкхоке на берегу реки Дричу, около дворца "Атхуп" в Дерге, восточном Тибете. Сиддха Гьел Дже и Дзокчен Тхубтен Чёкьи Дордже предсказывали скорый приход великого Бодхисаттвы и посоветовали семье установить лагерное расположение вне дворца, чтобы рождение не произошло в мирской обстановке. Отца его звали Цеуанг, а мать - Келсанг Чёдён.
Когда он был ещё в чреве матери, можно было слышать, как будущий ребёнок произносит мантру "мани". Незадолго до произведения его на свет мать заметила, что живот её потерял округлость. Она отправилась в лагерное расположение, развёрнутое на холме за дворцом- на рассвете следующего дня она ощутила большую тяжесть, и живот её быстро разбух- спустя некоторое время ребёнок родился.
Шёл лёгкий дождь, и много радуг появилось в округе, некоторые из которых касались лагеря и другие - дворца. Новорождённый сделал семь шагов со словами: "Мама, мама, я ухожу!" Та завернула его в одеяло. Было замечено, что вода чаш для подношений превратилась в молоко.
Сознавая важность этого рождения и желая уберечь ребёнка от недоброжелательства некоторых, семья известила, что рождена дочь. В это время Тулку Ситу и Джамгён Кхонгтрул Ринпоче вскрыли письмо, оставленное пятнадцатым Кармапой, и вот что они прочитали: "К востоку от Цурпху, около реки, в месте, принадлежавшем когда-то Паво Денма Юльгьелу Токгё и министру Линг Кесару, на холме Пел находится дом глинобитной постройки, украшенный буквами "А" и "Тхуп", принадлежащий религиозной семье королевской линии родства. В этом месте произойдёт рождение на пятнадцатый день шестого месяца года крысы".
Тулку Ситу и Тулку Джамгён Кхонгтрулу обоим явилось ясное видение дворца Атхуп, и они направили своих представителей определить, находится ли там новое воплощение. По прибытии они узнали, что этот исключительный ребёнок был рождён при обстоятельствах, тождественных указанным в письме с предсказанием.
Шестнадцатый Кармапа был найден и, следовательно, поиски были окончены. Ребёнок был доверен попечению родителей и остался на несколько лет во дворце.
Это был ребёнок замечательной проницательности- если случалось, что терялись лошади или скот, он всегда давал точное описание места, где их найти. Его комната во дворце была расположена на третьем этаже. Однажды посетители принесли ему чай в глиняном котелке- Кармапа бросил его во двор, затем послал слугу собрать его. Чудесным образом не только котелок не разбился, но и не рассыпалось ни чаинки. Смеясь, Кармапа схватил чайник и запечатал его, сжав носик между пальцами. Котелок долгое время хранился во дворце Атхуп.
Когда Кармапа достиг возраста семи лет, Тулку Ситу и Тулку Джамгён Кхонгтрул навестили его и дали начальное рукоположение. Он был посвящён в богиню Ваджраварахи и на двадцать седьмой день первого месяца года железного барана (1931) был посвящён в сан послушника. Затем Кхьенце Ринпоче, Зимпён Легше Гьелцен и Тонйер Гьелцен Зангкьонг преподнесли ему его одежды и Корону.
В первый день второго месяца того же года по приглашению Тулку Ситу он отправился в монастырь Пальпунг. Кортеж встретил по дороге местного правителя Цеуанга Пелчё, который привёл их во дворец Лхендруп Тенг, где были организованы многочисленные церемонии в честь нового воплощения. Тысячи человек собрались получить его благословение.
На восьмой день второго месяца группа прибыла в монастырь Пальпунг. Церемония возведения на трон состоялась через четыре дня в просторном зале, где собрались тысячи паломников свидетельствовать почтение Гьелве Кармапе по этому благоприятному случаю. На двадцать второй день четвёртого месяца Тулку Ситу препроводил его в Цурпху- по пути они посетили многие монастыри и места паломничества. На полпути между Кхамом и Цурпху новому воплощению оказали почести секретарь и сто монахов монастыря Гина Гён.
Через день, на тринадцатый день шестого месяца, он впервые в жизни провёл церемонию Чёрной Короны. Небо было заполнено многочисленными радугами и испустило дождь цветов. Тысячи людей присутствовали при этом восхитительном событии.
Путешествие продолжилось. Они пересекли долину близ дворца Ньенчен Танглха, расположенном на гребне горы, дворца величайших Защитников Тибета. Кармапа послал в качестве подношения освящённые зёрна и белого яка, и видели, как последний поднялся прямо до вершины без проводника. Тулку Гьелцап, Тулку Паво, Тулку Джамгён Кхонгтрул и многие другие Ламы присоединились к каравану и сопровожддали его до Цурпху, традиционной резиденции Кармап.
Гьялва Кармапа встретился в Лхасе с тринадцатым Далай-ламой, и тот исполнил церемонию "отрезания волос". Во время их первого свидания Кармапа был в шапке "Нешу", но Далай-лама имел видение другой шапки и обратил на это внимание своего первого министра. Хотя Кармапа снял её, чтобы распростереться согласно традиции, Далай-лама спросил его, почему он не снял также другую свою шапку, ибо по обычаю надо быть с обнажённой головой в данной ситуации. Все завозражали и стали указывать ему, что Кармапа и обнажил голову- стало ясно, что Далай-лама воспринял тонкую шапку Бодхисаттвы, видимую только для тех, кто обладает самыми высокими совершенствами, и что он подумал, что это было так и для всех.
Кармапа возвратился в Цурпху, где была совершена вторая церемония возведения на трон под руководством Друкчен Мипхама Чёкьи Уангпо и одиннадцатого Тулку Ситу. Кармапа четыре года учился с Кангкаром Ринпоче, и он часто разговаривал с учителем о своих прошлых воплощениях.
На третий день двенадцатого месяца года деревянной свиньи (1935), в возрасте двенадцати лет, он удалился в Кхам. По пути, в Лоронге, он сказал Дечанг Йеше Пелуару открыть занавес своего паланкина, ибо видел большое количество богато одетых людей, приближающихся к нему на великолепных конях. Никто кроме него не видел их, и тогда сделали вывод, что речь идёт, вероятно, о местных Защитниках, пришедших почтить его.
Кортеж достиг горячих источников Тардзи Чуцен и сделал остановку, чтобы отдохнуть и искупаться в этих благотворных водах. Был разгар зимы, однако внезапно появились змеи из-за камней. Кармапа устремился в гущу их, и в несколько мгновений они полностью покрыли его тело. Он начал танцевать, крича: "Я - король змей!" Все были в ужасе и просили его прекратить игру, но он лишь смеялся и не был, казалось, обеспокоен ни чуточки. Спустя некоторое время змеи развернулись и снова исчезли.
На десятый день двенадцатого месяца Кармапа обнаружил в Чите поток, который назвал "Пять Нектаров". На двадцать девятый день того же месяца, когда кортеж ещё раз проходил поблизости от резиденции Защитников Ньенчен Танглха, к Кармапе приблизился белый як, распростёрся перед ним и исчез. Все были очень удивлены, но Кармапа сказал попросту: "Это естественно!"
Они прибыли в Чакчу Кар, где Кармапа был принят Друкчен Пелджором Ринпоче. Они шутили по поводу своих чудесных способностей, и вдруг Кармапа вытащил из ножен своего управляющего меч и сделал узел из его лезвия голыми руками. Поражённый, Пелджор Ринпоче не стал напрашиваться на соревнование. Они вместе отправились в Цокпур, где пришлось пересекать замёрзшую реку. Кармапа оставил отпечаток своей ноги на льду- когда он растаял, отпечаток был видим на воде, и на следующий год вновь сформировался на льду.
Пелджор Ринпоче довёл караван до монастыря Рива Барма, где был исполнен ритуал Падмасамбхавы. В конце ритуала бросили сладкие пироги подношений в различных направлениях, чтобы удалить неблагоприятные силы- когда они были брошены на восток, могли видеть, как языки пламени вырвались из них. То время было отмечено необъяснимой паузой в китайской агрессии с восточных границ.
Кармапа направился в монастырь Тунгнак Лхачен Гён, где его попросили провести ритуал освящения. Брошенные освящённые зёрна преобразовались в святые реликвии блестящего белого цвета. Известный в регионе охотник пришёл засвидетельствовать почтение Кармапе и раскаяться в своих бесполезных убиениях невинных животных- затем он подарил ему свою охотничью собаку. В тот же момент другой посетитель отдал Кармапе в подарок трёх оленят. Собака и три молодых оленя, очень удобно чувствуя себя вместе, быстро стали отличными товарищами. Другие люди принесли кошек, морских свинок, мышей и крыс, и вскоре все эти животные спали бок о бок. Когда Кармапа проповедовал в монастыре Танам, один из оленей оставил отпечаток копыта на скале.
Кармапа прибыл в монастырь Диль Як, где все расставили свои палатки. Некоторые были связаны между собой шнурами, и Кармапу видели верхом на олене переходящим по шнурам от одной палатки к другой.
Кортеж дошёл до Радза Дзонга. Ощущалась нехватка питьевой воды, и Лама Самтен Гьямцо объяснил Кармапе, что ближайший источник находится на расстоянии примерно пяти километров, и попросил его благословения, чтобы способствовать спасению ситуации. Объявив, что хочет принять ванну, он сказал принести широкий плоский таз, который положили рядом с монастырём и наполнили. После купания он попросил опорожнить посудину, вылив воду на землю. Тут же начался дождь, забил источник из места, где лежал таз, и проблема с водой в монастыре была таким образом разрешена окончательно.
Они прошли через Чёгон в Кхаме, где находился дворец местного Защитника на вершине высокой горы. Кармапа поднёс ему великолепную рыжую лошадь, которая поскакала прямо к вершине. Затем группа достигла Карма Гёна, и, когда Кармапа вошёл в большой зал собраний, все верхние части ступ приподнялись, как бы приветствуя его. Спустя несколько дней он посетил пещеру Дамгён Пхук, где видели, как к нему приблизился нага, чтобы выказать почтение.
Тулку Ситу прибыл в Карма Гён и затем сопроводил Кармапу в монастырь Пальпунг- здесь он получил "Сокровище Наставлений Кагьюпы", а также устную передачу. Он посетил Латог и, прежде чем вернуться в Пальпунг, дал наставления местному правителю- затем, в сопровождении Тулку Ситу, он продолжил свой путь до Литханга.
Они посетили монастырь Дзонгсар, настоятель которого, Кхьенце Чёкьи Лодрё, попросил, чтобы был проведён ритуал Чёрной Короны. Во время этого благоприятного события Кхьенце Ринпоче явилось видение Кармапы в облике Дюсум Кхьенпы, первого воплощения, а Чёрную Корону видели парящей на расстоянии более шестидесяти сантиметров над его головой.
В монастыре Пангпхуг Гён находилась статуя Дюсум Кхьенпы, известная тем, что говорила в нескольких случаях. В главном зале Тулку Ситу оставил отпечаток своей ноги на левой части каменной опорной колонны, а Кармапа - своей на правой части. Собака его оставила отметину на плите у входа в монастырь, а лошадь отметила копытом камень в конюшне. Кармапа оставил ещё около двадцати отпечатков своей ноги на вершине большой скалы вдоль озера, расположенного недалеко от монастыря с наветренной стороны долины.
Кармапа совершил путешествие в монастырь Тукши и исполнил там танец Махакалы. Он посетил две соседние страны, находившиеся в состоянии войны, и восстановил мир. Его пригласил Чан Кай Ши, правитель Китая, но он отклонил приглашение и направился в монастырь Пальпунг, где получил передачи посвящений Друптоп Кюнтю и изучил Винайясутру, Праджнапарамиту, Абхидхармакошу, Чакрасамваратантру, Калачакру и другие поучения, все в их полной форме, под руководством Тулку Ситу и Кхьенце Ринпоче.
На пятнадцатый день девятого месяца года железного дракона (1940) он совершил путешествие в Цурпху, посетив по дороге монастырь Пенчен. В этом месте была статуя Защитника Шинкьонга верхом на коне. Когда Кармапа приблизился, лошадь ко всеобщему удивлению начала ржать.
Кармапа продолжил свой путь до Дам Чунга, где главный защитник поднёс ему большой цельный камень "зи" (сорт агата) с девятью проушинами. Кортеж прибыл в Цурпху на одиннадцатый день восьмого месяца года железной змеи (1941).
Великие Мастера Буддизма.
Новые темы
Мы в социальных сетях
Великие Мастера Буддизма.
Молодой 16-Кармапа.
Великие Мастера Буддизма.
1942 - 1949
Путешествие в Непал, Бутан, Индию
В течение нескольких последующих лет Кармапа всецело предавался изучению и медитации, в то время как монастырь реконструировался.
В год деревянной обезьяны (1944) он совершил паломничество в монастыри Траг и Самье и посетил на юге Тибета монастырь Дроуолунг, где в своё время пребывал Марпа- ему явились чудесные видения Марпы, Джецюна Миларепы и Гампопы.
Он был приглашён Его Королевским Высочеством Джигме Уангчуком, королём Бутана- во втором месяце года деревянной обезьяны (1944) Кармапа отправился в Бутан, где был тепло принят королём. По просьбе последнего был совершён ритуал Чёрной Короны, и в ходе его король видел Кармапу во многих экстраординарных формах.
Кармапа посетил в Бумтханге, северном Бутане, святилища Чампа и Кудже. В Кудже находится скала, отмеченная оттиском тела Гуру Падмасамбхавы. Кармапа поднёс шёлковый шарф образу Падмасамбхавы в храме Кудже- он поднялся в воздух и застыл в воздухе перед статуей. Все присутствующие, восхищённые, посчитали это событие чрезвычайно благоприятным.
Тулку Ситу отправился в Цурпху из Кхама, где встретился с Кармапой на одиннадцатый день девятого месяца года деревянного петуха (1945). В двадцать три года Кармапа получил последнее рукоположение, а также объяснения относительно самых высоких поучений Кагьюпы. На двадцать второй день четвёртого месяца года огненной свиньи (1947) он отправился в Тео в западном Тибете, тогда как Тулку Ситу возвратился в свой монастырь в Кхаме.
Кармапа посетил большие монастыри Кагьюпы в Мендонге и Букаре и из Тео отправился в паломничество в Непал. Ему там было оказано большое уважение королём Трибхуван Бир Бикрам Шах Девом и его семейством, и он совершил по их пожеланию ритуал Чёрной Короны. Он посетил главные места паломничества Непала и предоставлял своё благословение населению. Король Бутана выделил для этого путешествия четырёх чиновников высокого ранга, которые действовали как гиды и переводчики. Махараджа Сиккима, Сир Таши Намгьел, направил Кази Шераб Гьелцена лично сопровождать Кармапу. Вся эта помощь, особо оценённая, способствовала отличному исходу этого паломничества.
Из Непала Кармапа отправился в Индию, проходя через Лумбини, место рождения Будды, и затем направился в Сарнатх и Бодх Гайя, где поднёс простирания и молитвы и где развернулись многочисленные церемонии. Продолжили его паломничество посещения Аджанты, Эллоры и Кушинагара, где умер Будда.
Таши Намгьел пригласил его благословить Сикким своим присутствием. Тогда Кармапа отправился в Гангток, столицу, и остановился в монастыре, относящемся к резиденции монарха. Он провёл ритуал Чёрной Короны и дал всем поучения.
На тринадцатый день первого месяца года земляной крысы (1948) Кармапа вернулся в Индию и остановился в Реуалсаре на северо-западе, где он пробыл несколько дней и исполнил особый ритуал Падмасамбхавы. Люди тысячами приходили получить его благословение, и местные жители заметили, что множество белых рептилий появились внезапно на каменной стене и что поверхность озера была взволнована необычными движениями.
Кортеж направился прямо на север, через Куну и Пуранг, до горы Кайлаш. Кармапа совершил три обхождения вокруг священной горы, на каждое из которых потребовалось по три дня, и совершил равным образом обхождение вокруг озера Манасаровар, посетив все святые места региона. Затем он пересёк Тибет через монастырь Кагьюпы в Мендонге и достиг Цурпху на семнадцатый день одиннадцатого месяца года земляной крысы (1948).
Путешествие в Непал, Бутан, Индию
В течение нескольких последующих лет Кармапа всецело предавался изучению и медитации, в то время как монастырь реконструировался.
В год деревянной обезьяны (1944) он совершил паломничество в монастыри Траг и Самье и посетил на юге Тибета монастырь Дроуолунг, где в своё время пребывал Марпа- ему явились чудесные видения Марпы, Джецюна Миларепы и Гампопы.
Он был приглашён Его Королевским Высочеством Джигме Уангчуком, королём Бутана- во втором месяце года деревянной обезьяны (1944) Кармапа отправился в Бутан, где был тепло принят королём. По просьбе последнего был совершён ритуал Чёрной Короны, и в ходе его король видел Кармапу во многих экстраординарных формах.
Кармапа посетил в Бумтханге, северном Бутане, святилища Чампа и Кудже. В Кудже находится скала, отмеченная оттиском тела Гуру Падмасамбхавы. Кармапа поднёс шёлковый шарф образу Падмасамбхавы в храме Кудже- он поднялся в воздух и застыл в воздухе перед статуей. Все присутствующие, восхищённые, посчитали это событие чрезвычайно благоприятным.
Тулку Ситу отправился в Цурпху из Кхама, где встретился с Кармапой на одиннадцатый день девятого месяца года деревянного петуха (1945). В двадцать три года Кармапа получил последнее рукоположение, а также объяснения относительно самых высоких поучений Кагьюпы. На двадцать второй день четвёртого месяца года огненной свиньи (1947) он отправился в Тео в западном Тибете, тогда как Тулку Ситу возвратился в свой монастырь в Кхаме.
Кармапа посетил большие монастыри Кагьюпы в Мендонге и Букаре и из Тео отправился в паломничество в Непал. Ему там было оказано большое уважение королём Трибхуван Бир Бикрам Шах Девом и его семейством, и он совершил по их пожеланию ритуал Чёрной Короны. Он посетил главные места паломничества Непала и предоставлял своё благословение населению. Король Бутана выделил для этого путешествия четырёх чиновников высокого ранга, которые действовали как гиды и переводчики. Махараджа Сиккима, Сир Таши Намгьел, направил Кази Шераб Гьелцена лично сопровождать Кармапу. Вся эта помощь, особо оценённая, способствовала отличному исходу этого паломничества.
Из Непала Кармапа отправился в Индию, проходя через Лумбини, место рождения Будды, и затем направился в Сарнатх и Бодх Гайя, где поднёс простирания и молитвы и где развернулись многочисленные церемонии. Продолжили его паломничество посещения Аджанты, Эллоры и Кушинагара, где умер Будда.
Таши Намгьел пригласил его благословить Сикким своим присутствием. Тогда Кармапа отправился в Гангток, столицу, и остановился в монастыре, относящемся к резиденции монарха. Он провёл ритуал Чёрной Короны и дал всем поучения.
На тринадцатый день первого месяца года земляной крысы (1948) Кармапа вернулся в Индию и остановился в Реуалсаре на северо-западе, где он пробыл несколько дней и исполнил особый ритуал Падмасамбхавы. Люди тысячами приходили получить его благословение, и местные жители заметили, что множество белых рептилий появились внезапно на каменной стене и что поверхность озера была взволнована необычными движениями.
Кортеж направился прямо на север, через Куну и Пуранг, до горы Кайлаш. Кармапа совершил три обхождения вокруг священной горы, на каждое из которых потребовалось по три дня, и совершил равным образом обхождение вокруг озера Манасаровар, посетив все святые места региона. Затем он пересёк Тибет через монастырь Кагьюпы в Мендонге и достиг Цурпху на семнадцатый день одиннадцатого месяца года земляной крысы (1948).
Великие Мастера Буддизма.
Гора Кайлаш
Ступа Просветления в Бодхгая, Индия
Великие Мастера Буддизма.
1950 - 1959
Путешествие в Чанг, Китай, Индию
Кармапа пригласил второго Тулку Джамгён Кхонгтрула прибыть в Цурпху, чтобы дать ему дополнительные наставления. Тот передал ему много поучений, включая Шесть Доктрин Наропы и устную передачу, которые Кармапа ещё не получил к тому времени.
В год железного тигра (1950) Цурпху поразила эпидемия оспы- Кармапа исполнил ритуалы Ваджракилы, эпидемия быстро исчезла и все больные выздоровели.
На двадцать девятый день четвёртого месяца года водяного дракона (1952) он посетил Чанг, на севере Тибета, и провёл там ритуал Чёрной Короны. Он направился в монастырь Карчунг, и видели, как он плюнул на землю прежде, чем войти. Одна старая женщина собрала мокроту и сохранила её. Впоследствии было обнаружено, что она превращалась в блестящие реликвии, которые не переставали умножаться. Их раздали в большом количестве, и добродетели их способствовали излечению больных- некоторые были сохранены учениками Кармапы. На семнадцатый день десятого месяца того же года Кармапа вернулся в Цурпху.
На восемнадцатый день четвёртого месяца года водяной змеи (1953) Кармапа отправился в Лхасу, где имел беседу с Четырнадцатым Далай-ламой, Тендзином Гьямцо, и получил от него посвящение в Калачакру. На двадцать пятый день восьмого месяца того же года он вернулся в Цурпху и даровал полное посвящение и поучения Чёлингтер Чонгу Ринпоче из монастыря Ньингмапы Мингдролинг. Он совершил также ритуал, называемый Мендруп, касающийся лечебных растений, которые он раздал потом в большом количестве.
На семнадцатый день шестого месяца года деревянной лошади (1954) Гьялва Кармапа вместе с Далай-ламой, Чонгом Ринпоче и другими великими Ламами посетил Китай. В ходе визита он сделал предсказание относительно места, где находилось новое, двенадцатое воплощение Тулку Ситу, и письмо, содержащее все детали, было послано в Тибет. После пребывания в Пекине и других частях Китая Кармапа возвратился в Тибет, совершая по пути остановки во многих монастырях Кхама и До, где он учил и давал благословения. По этому случаю (1955) Далай-лама, не имея возможности предпринять путешествие, попросил представлять его.
Кармапа отправился в монастырь Пальпунг, где признал и возвёл на трон нового Тулку Ситу, Тёнйё Ньиндже Уангпо. Он побыл недолго в Лхасе и имел важные беседы с Далай-ламой, после чего вернулся в Цурпху, куда прибыл на семнадцатый день пятого месяца года деревянного барана (1955).
По приглашению Кармапы в Цурпху прибыл Далай-лама- во время его пребывания был проведён ритуал Чёрной Короны, и Далай-лама в ответ даровал посвящение Авалокитешвары.
В восточном Тибете развернулись боевые действия между китайцами и кхампами, и китайцы попросили Кармапу направиться в область Чамдо. Он прибыл туда и посоветовал двум лагерям прекратить сражения. Они обязались соблюдать перемирие пять лет, но китайцы с тех пор старались ориентировать население на коммунизм, из-за чего ощущалось тревожное состояние. Во время своего пребывания в Чамдо Кармапа принял многочисленных посетителей и дал посвящения и благословения для стабилизации отношений в этой области. Затем он прибыл в Лхасу, где, прежде чем удалиться в Цурпху, обрисовал ситуацию Далай-ламе.
На двадцать девятый день девятого месяца года огненной обезьяны (1956) Кармапа отправился ещё раз в паломничество в Индию. Он побыл в монастыре Дечен Чёкор Линг, затем в монастыре Кагьюпы Ятронг близ Сиккима. В Гангтоке его тепло принял Махараджа Сир Таши Намгьел, который приставил к нему Кази Сёнама Гьямцо в качестве гида и переводчика. Из Сиккима кортеж проследовал в Индию, останавливаясь последовательно в Бодх Гайя, Сарнатхе и Лумбини, месте, где он встретил Далай-ламу, который совершал паломничество равным образом.
Путешествие продолжилось до Непала, где Кармапа посетил три святых места: Бодхнатх, Свайямбхунатх и Намо Буддхайя, где дал поучения и благословение тысячам людей. Ещё раз он вступил в Индию и посетил священные места юга, Аджанту, Элору и большую ступу Санчи. Он вернулся в Калимпонг, близ Дарджилинга, где встретил Её Королевское Высочество Бутана Ази Уангмо. Отправившись в Сикким, он остановился в монастыре Потронг, на севере. Старые Ламы монастыря Румтек, в то время бывшего в очень плохом состоянии, попросили его нанести им визит, но Кармапа объявил, что больше нет времени и что он придёт потом. Он возвратился в Цурпху в момент возобновления столкновений в области Кхам.
Девятый Сангье Ньенпа Ринпоче и восьмой Тралег Ринпоче прибыли остаться в Цурпху из-за волнений, расширяющихся в Кхаме. Кармапа узнал двенадцатое воплощение Тулку Гьелцапа, Дракпа Тенпе Япхела, и провёл его возведение на трон в монастыре Цурпху. Кармапа получил от Сечен Кхонгтрула Ринпоче посвящение "Лонгчен Дзёдюн", поучения сиддхи Лонгченпы, а также весь объём наставлений относительно их. Тулку Ситу прибыл посетить Цурпху.
Бои охватили весь Тибет, и ученики просили Кармапу покинуть страну, пока ещё возможно. Он попросил их не беспокоиться, сказав: "Пока ещё нет необходимости мне удалиться. Но если этот момент настанет, будьте уверены, что я не встречу никаких трудностей". Спустя некоторое время Кармапа послал Тулку Ситу и девятого Тулку Сангье Ньенпу в Бутан.
Путешествие в Чанг, Китай, Индию
Кармапа пригласил второго Тулку Джамгён Кхонгтрула прибыть в Цурпху, чтобы дать ему дополнительные наставления. Тот передал ему много поучений, включая Шесть Доктрин Наропы и устную передачу, которые Кармапа ещё не получил к тому времени.
В год железного тигра (1950) Цурпху поразила эпидемия оспы- Кармапа исполнил ритуалы Ваджракилы, эпидемия быстро исчезла и все больные выздоровели.
На двадцать девятый день четвёртого месяца года водяного дракона (1952) он посетил Чанг, на севере Тибета, и провёл там ритуал Чёрной Короны. Он направился в монастырь Карчунг, и видели, как он плюнул на землю прежде, чем войти. Одна старая женщина собрала мокроту и сохранила её. Впоследствии было обнаружено, что она превращалась в блестящие реликвии, которые не переставали умножаться. Их раздали в большом количестве, и добродетели их способствовали излечению больных- некоторые были сохранены учениками Кармапы. На семнадцатый день десятого месяца того же года Кармапа вернулся в Цурпху.
На восемнадцатый день четвёртого месяца года водяной змеи (1953) Кармапа отправился в Лхасу, где имел беседу с Четырнадцатым Далай-ламой, Тендзином Гьямцо, и получил от него посвящение в Калачакру. На двадцать пятый день восьмого месяца того же года он вернулся в Цурпху и даровал полное посвящение и поучения Чёлингтер Чонгу Ринпоче из монастыря Ньингмапы Мингдролинг. Он совершил также ритуал, называемый Мендруп, касающийся лечебных растений, которые он раздал потом в большом количестве.
На семнадцатый день шестого месяца года деревянной лошади (1954) Гьялва Кармапа вместе с Далай-ламой, Чонгом Ринпоче и другими великими Ламами посетил Китай. В ходе визита он сделал предсказание относительно места, где находилось новое, двенадцатое воплощение Тулку Ситу, и письмо, содержащее все детали, было послано в Тибет. После пребывания в Пекине и других частях Китая Кармапа возвратился в Тибет, совершая по пути остановки во многих монастырях Кхама и До, где он учил и давал благословения. По этому случаю (1955) Далай-лама, не имея возможности предпринять путешествие, попросил представлять его.
Кармапа отправился в монастырь Пальпунг, где признал и возвёл на трон нового Тулку Ситу, Тёнйё Ньиндже Уангпо. Он побыл недолго в Лхасе и имел важные беседы с Далай-ламой, после чего вернулся в Цурпху, куда прибыл на семнадцатый день пятого месяца года деревянного барана (1955).
По приглашению Кармапы в Цурпху прибыл Далай-лама- во время его пребывания был проведён ритуал Чёрной Короны, и Далай-лама в ответ даровал посвящение Авалокитешвары.
В восточном Тибете развернулись боевые действия между китайцами и кхампами, и китайцы попросили Кармапу направиться в область Чамдо. Он прибыл туда и посоветовал двум лагерям прекратить сражения. Они обязались соблюдать перемирие пять лет, но китайцы с тех пор старались ориентировать население на коммунизм, из-за чего ощущалось тревожное состояние. Во время своего пребывания в Чамдо Кармапа принял многочисленных посетителей и дал посвящения и благословения для стабилизации отношений в этой области. Затем он прибыл в Лхасу, где, прежде чем удалиться в Цурпху, обрисовал ситуацию Далай-ламе.
На двадцать девятый день девятого месяца года огненной обезьяны (1956) Кармапа отправился ещё раз в паломничество в Индию. Он побыл в монастыре Дечен Чёкор Линг, затем в монастыре Кагьюпы Ятронг близ Сиккима. В Гангтоке его тепло принял Махараджа Сир Таши Намгьел, который приставил к нему Кази Сёнама Гьямцо в качестве гида и переводчика. Из Сиккима кортеж проследовал в Индию, останавливаясь последовательно в Бодх Гайя, Сарнатхе и Лумбини, месте, где он встретил Далай-ламу, который совершал паломничество равным образом.
Путешествие продолжилось до Непала, где Кармапа посетил три святых места: Бодхнатх, Свайямбхунатх и Намо Буддхайя, где дал поучения и благословение тысячам людей. Ещё раз он вступил в Индию и посетил священные места юга, Аджанту, Элору и большую ступу Санчи. Он вернулся в Калимпонг, близ Дарджилинга, где встретил Её Королевское Высочество Бутана Ази Уангмо. Отправившись в Сикким, он остановился в монастыре Потронг, на севере. Старые Ламы монастыря Румтек, в то время бывшего в очень плохом состоянии, попросили его нанести им визит, но Кармапа объявил, что больше нет времени и что он придёт потом. Он возвратился в Цурпху в момент возобновления столкновений в области Кхам.
Девятый Сангье Ньенпа Ринпоче и восьмой Тралег Ринпоче прибыли остаться в Цурпху из-за волнений, расширяющихся в Кхаме. Кармапа узнал двенадцатое воплощение Тулку Гьелцапа, Дракпа Тенпе Япхела, и провёл его возведение на трон в монастыре Цурпху. Кармапа получил от Сечен Кхонгтрула Ринпоче посвящение "Лонгчен Дзёдюн", поучения сиддхи Лонгченпы, а также весь объём наставлений относительно их. Тулку Ситу прибыл посетить Цурпху.
Бои охватили весь Тибет, и ученики просили Кармапу покинуть страну, пока ещё возможно. Он попросил их не беспокоиться, сказав: "Пока ещё нет необходимости мне удалиться. Но если этот момент настанет, будьте уверены, что я не встречу никаких трудностей". Спустя некоторое время Кармапа послал Тулку Ситу и девятого Тулку Сангье Ньенпу в Бутан.
Великие Мастера Буддизма.
1959
Проблемы с Китаем
Китайские атаки стали невыносимыми, и возможности для мирного существования уменьшались. Зная, что лучшим способом работать для Дхармы было избежать всё более тесных китайских объятий, Гьялва Кармапа решил удалиться в более спокойные области.
Таким образом, на четвёртый день второго месяца года земляной свиньи (1959), сопровождаемый свитой из ста шестидесяти Лам, монахов и мирян, Кармапа покинул Цурпху, резиденцию Кармап с двенадцатого века, и двинулся в направлении Бутана. С ним были Тулку Шамар, Тулку Гьелцап, четвёртый Пёнлоп Ринпоче и многочисленные Ламы-воплощенцы. Тулку Джамгён Кхонгтрул был уже в Калимпонге, в Индии, а Тулку Ситу - в Бутане.
Следуя указаниям Гьелвы Кармапы, вынесли самые ценные статуи, ритуальные предметы, реликвии, изображения, книги и костюмы, хранившиеся в монастыре Цурпху на протяжении веков. Путешествие, опасное и трудное, длилось двадцать один день- прошли через Лходраг на юге Тибета, место рождения Марпы. По дороге исполнялись в священных местах ритуалы для блага существ и сохранения Дхармы в грядущие трудные времена.
На двадцать пятый день второго месяца года земляной свиньи (1959) кортеж прибыл в Шабдже Тханг, в округе Бумтханг на севере Бутана. Он был радушно принят Её Королевским Высочеством Цюльтим Палмо, тётей короля, и многочисленными министрами и высокопоставленными чиновниками. Кармапа посетил святилища Кудже, Чампа и Таши Чёлинг, где состоялись особые церемонии для сохранения и распространения Дхармы.
Его Величество король Джигме Дордже Уангчук и его министры поздравили Гьелву Кармапу с прибытием, и был организован приём в Кхаса Драбчу, около Тхимпу, бутанской столицы. Были начаты переговоры с индийским правительством о предоставлении места для Кармапы и его учеников, и было решено, что они проедут транзитом через Бутан и затем остановятся на время в Дхарамсале, на северо-западе Индии.
В течение этого времени в Сиккиме королевская семья под руководством Сир Таши Намгьела старалась определить лучший способ прийти на помощь Кармапе в этот период трудностей и неопределённости. Махараджа не забыл о тесных связях, существовавших между королевской семьёй, народом Сиккима и линией воплощений Кармапы. Таким образом, было решено предложить ему постоянную резиденцию в Сиккиме.
Одна мысль преобладала в уме Кармапы: не оставаться пассивным в эмиграции, но принять на себя всю ответственность за оживление пламени Дхармы в материальной и духовной кооперации с буддистами мира. Он думал, что Дхарма подобна лампе, которой требуется хорошая порция масла для того, чтобы произвести сильный свет.
Из его размышлений вытекало, что Сикким представлял собой, бесспорно, идеальное место для выполнения этой миссии. Он считал эту страну особенно подходящей благодаря её естественной склонности к Буддизму и, главным образом, из-за освящающего визита, который нанёс сюда Гуру Падмасамбхава в далёком прошлом. Таким образом, он принял приглашение короля обосноваться там. Сопровождаемый Её Королевским Высочеством Цюльтим Палмо, Кармапа во главе кортежа прибыл в Гангток на двадцать пятый день четвёртого месяца года земляной свиньи (1959). Во дворце он был принят Махараджей и членами королевской семьи, официальными лицами и населением. Ему были оказаны торжественные почести, и он даровал всем своё благословение.
Таши Намгьел предложил Кармапе выбор из нескольких мест для организации нового монастыря. Кармапа выбрал Румтек, где был построен монастырь Карма Кагьюпы во время его девятого воплощения Уангчука Дордже. Это место располагало всеми благоприятными характериститками для резиденции Кармапы: в направлении его течёт семь рек, напротив находится семь холмов, сзади - гора, спереди - заснеженные склоны, а внизу - река, течение которой вниз по холму образует спираль, напоминая раковину.
Кармапа с окружением направились прямо в Румтек и прибыли туда на пятый день пятого месяца года земляной свиньи (1959). Там не было ничего кроме почти лежавшего в руинах монастыря и нескольких хижин посреди джунглей. Отсутствие нормального жилья и оборудования для приготовления пищи делало условия жизни трудными.
Проблемы с Китаем
Китайские атаки стали невыносимыми, и возможности для мирного существования уменьшались. Зная, что лучшим способом работать для Дхармы было избежать всё более тесных китайских объятий, Гьялва Кармапа решил удалиться в более спокойные области.
Таким образом, на четвёртый день второго месяца года земляной свиньи (1959), сопровождаемый свитой из ста шестидесяти Лам, монахов и мирян, Кармапа покинул Цурпху, резиденцию Кармап с двенадцатого века, и двинулся в направлении Бутана. С ним были Тулку Шамар, Тулку Гьелцап, четвёртый Пёнлоп Ринпоче и многочисленные Ламы-воплощенцы. Тулку Джамгён Кхонгтрул был уже в Калимпонге, в Индии, а Тулку Ситу - в Бутане.
Следуя указаниям Гьелвы Кармапы, вынесли самые ценные статуи, ритуальные предметы, реликвии, изображения, книги и костюмы, хранившиеся в монастыре Цурпху на протяжении веков. Путешествие, опасное и трудное, длилось двадцать один день- прошли через Лходраг на юге Тибета, место рождения Марпы. По дороге исполнялись в священных местах ритуалы для блага существ и сохранения Дхармы в грядущие трудные времена.
На двадцать пятый день второго месяца года земляной свиньи (1959) кортеж прибыл в Шабдже Тханг, в округе Бумтханг на севере Бутана. Он был радушно принят Её Королевским Высочеством Цюльтим Палмо, тётей короля, и многочисленными министрами и высокопоставленными чиновниками. Кармапа посетил святилища Кудже, Чампа и Таши Чёлинг, где состоялись особые церемонии для сохранения и распространения Дхармы.
Его Величество король Джигме Дордже Уангчук и его министры поздравили Гьелву Кармапу с прибытием, и был организован приём в Кхаса Драбчу, около Тхимпу, бутанской столицы. Были начаты переговоры с индийским правительством о предоставлении места для Кармапы и его учеников, и было решено, что они проедут транзитом через Бутан и затем остановятся на время в Дхарамсале, на северо-западе Индии.
В течение этого времени в Сиккиме королевская семья под руководством Сир Таши Намгьела старалась определить лучший способ прийти на помощь Кармапе в этот период трудностей и неопределённости. Махараджа не забыл о тесных связях, существовавших между королевской семьёй, народом Сиккима и линией воплощений Кармапы. Таким образом, было решено предложить ему постоянную резиденцию в Сиккиме.
Одна мысль преобладала в уме Кармапы: не оставаться пассивным в эмиграции, но принять на себя всю ответственность за оживление пламени Дхармы в материальной и духовной кооперации с буддистами мира. Он думал, что Дхарма подобна лампе, которой требуется хорошая порция масла для того, чтобы произвести сильный свет.
Из его размышлений вытекало, что Сикким представлял собой, бесспорно, идеальное место для выполнения этой миссии. Он считал эту страну особенно подходящей благодаря её естественной склонности к Буддизму и, главным образом, из-за освящающего визита, который нанёс сюда Гуру Падмасамбхава в далёком прошлом. Таким образом, он принял приглашение короля обосноваться там. Сопровождаемый Её Королевским Высочеством Цюльтим Палмо, Кармапа во главе кортежа прибыл в Гангток на двадцать пятый день четвёртого месяца года земляной свиньи (1959). Во дворце он был принят Махараджей и членами королевской семьи, официальными лицами и населением. Ему были оказаны торжественные почести, и он даровал всем своё благословение.
Таши Намгьел предложил Кармапе выбор из нескольких мест для организации нового монастыря. Кармапа выбрал Румтек, где был построен монастырь Карма Кагьюпы во время его девятого воплощения Уангчука Дордже. Это место располагало всеми благоприятными характериститками для резиденции Кармапы: в направлении его течёт семь рек, напротив находится семь холмов, сзади - гора, спереди - заснеженные склоны, а внизу - река, течение которой вниз по холму образует спираль, напоминая раковину.
Кармапа с окружением направились прямо в Румтек и прибыли туда на пятый день пятого месяца года земляной свиньи (1959). Там не было ничего кроме почти лежавшего в руинах монастыря и нескольких хижин посреди джунглей. Отсутствие нормального жилья и оборудования для приготовления пищи делало условия жизни трудными.
Великие Мастера Буддизма.
1959 – 1967
Убежище в Румтеке
Кармапа направился в Дели и встретился с Пандитом Джавахарлалом Неру, индийским премьер-министром. Он был очень сердечно принят, и состоялись многочисленные беседы. Пандит Неру, прекрасно понимая трудности, с которыми столкнулись последователи Кармапы, пообещал, что индийское правительство примет финансовое участие в сооружении нового монашеского центра и что будут бесплатно розданы питание и одежда.
На пятнадцатый день второго месяца года железного быка (1961) религиозная община Румтека приготовилась к летнему отшельничеству сезона дождей (варша), традиционному отшельничеству, которое соблюдал сам Будда и о котором упоминается в Письменах. Махараджа Сиккима милостиво и на вечное пользование пожертвовал около тридцати гектаров земли Румтека, а правительство Сиккима предоставило средства для подготовительных работ и бесплатно снабдило деревом для строительства.
Правительство Индии предоставило крупную субсидию для сооружения зала собраний и жилых помещений для монахов. Была выделена дополнительная сумма на диспансер и квартиру для врача- несмотря на то, что не делалось никаких обращений, поступили частные вознаграждение. Однако, невзирая на эту щедрость, собранных средств оказалось недостаточно, и Кармапа добавил лично внушительную сумму.
Дата начала работ по оборудованию площадки была благоприятной - двадцать второй день одиннадцатого месяца года водяного тигра (1962). Монахи и миряне приняли твёрдое решение завершить эту часть работы в как можно более короткие сроки. Сто восемь человек, не считая случайную помощь, работали пятьсот сорок дней по десять часов в день над тем, чтобы привести в порядок и выровнять местность. Первый камень нового монастырского центра был положен новым монархом Сиккима, Палден Тёндруп Намгьелом, 16 июня 1964 года, в благоприятный день по тибетскому календарю.
Сооружение нового центра в полном соответствии с тибетским традиционным стилем продолжалось четыре года. Сто тридцать последователей, среди которых - добровольцы разных национальностей, сообща работали над его завершением. Центр был назван "Пел Кармапа Денса Шедруп Чёкор Линг", что значит "Резиденция Гьелвы Кармапы: Центр по изучению и практике Дхармы".
В новом монастыре были размещены редкие религиозные ценности, реликвии, картины и книги, доставленные из Тибета, и в первый день первого месяца года огненной лошади (1966) Гьялва Кармапа с большой процессией вошёл в новый центр- это было событие грандиозное и отличного предзнаменования.
В 1967 году по просьбе Его Величества покойного короля Бутана Кармапа в сопровождении свиты из девяноста пяти человек отправился в Тхимпу. Он достиг столицы на десятый день восьмого месяца, был принят со множеством почестей и затем торжественно доставлен во дворец Таши Чёдзонг. Во время своего пребывания в Бутане он посетил Такцанг, монастырь-пещеру "Логовище Тигра", известный визитом, который нанёс сюда Гуру Падмасамбхава. Он совершил поездку также в храм Кичу в Паро, где провёл особые ритуалы ради мира и спокойствия в мире и сохранения и распространения Дхармы. Начиная с 1967 года Кармапа по приглашению Его Величества короля и королевской семьи регулярно бывал в Бутане.
Его Королевское Высочество покойный король Бутана и Её Королевское Высочество королева-мать любезно предоставили Кармапе дворец и поместье Таши Чёлинг в Бумтханге. Кармапа предложил учредить там крупный центр Дхармы- сооружение около дворца главного храма и жилых помещений примерно для трёхсот пятидесяти монахов началось в 1969 году.
Убежище в Румтеке
Кармапа направился в Дели и встретился с Пандитом Джавахарлалом Неру, индийским премьер-министром. Он был очень сердечно принят, и состоялись многочисленные беседы. Пандит Неру, прекрасно понимая трудности, с которыми столкнулись последователи Кармапы, пообещал, что индийское правительство примет финансовое участие в сооружении нового монашеского центра и что будут бесплатно розданы питание и одежда.
На пятнадцатый день второго месяца года железного быка (1961) религиозная община Румтека приготовилась к летнему отшельничеству сезона дождей (варша), традиционному отшельничеству, которое соблюдал сам Будда и о котором упоминается в Письменах. Махараджа Сиккима милостиво и на вечное пользование пожертвовал около тридцати гектаров земли Румтека, а правительство Сиккима предоставило средства для подготовительных работ и бесплатно снабдило деревом для строительства.
Правительство Индии предоставило крупную субсидию для сооружения зала собраний и жилых помещений для монахов. Была выделена дополнительная сумма на диспансер и квартиру для врача- несмотря на то, что не делалось никаких обращений, поступили частные вознаграждение. Однако, невзирая на эту щедрость, собранных средств оказалось недостаточно, и Кармапа добавил лично внушительную сумму.
Дата начала работ по оборудованию площадки была благоприятной - двадцать второй день одиннадцатого месяца года водяного тигра (1962). Монахи и миряне приняли твёрдое решение завершить эту часть работы в как можно более короткие сроки. Сто восемь человек, не считая случайную помощь, работали пятьсот сорок дней по десять часов в день над тем, чтобы привести в порядок и выровнять местность. Первый камень нового монастырского центра был положен новым монархом Сиккима, Палден Тёндруп Намгьелом, 16 июня 1964 года, в благоприятный день по тибетскому календарю.
Сооружение нового центра в полном соответствии с тибетским традиционным стилем продолжалось четыре года. Сто тридцать последователей, среди которых - добровольцы разных национальностей, сообща работали над его завершением. Центр был назван "Пел Кармапа Денса Шедруп Чёкор Линг", что значит "Резиденция Гьелвы Кармапы: Центр по изучению и практике Дхармы".
В новом монастыре были размещены редкие религиозные ценности, реликвии, картины и книги, доставленные из Тибета, и в первый день первого месяца года огненной лошади (1966) Гьялва Кармапа с большой процессией вошёл в новый центр- это было событие грандиозное и отличного предзнаменования.
В 1967 году по просьбе Его Величества покойного короля Бутана Кармапа в сопровождении свиты из девяноста пяти человек отправился в Тхимпу. Он достиг столицы на десятый день восьмого месяца, был принят со множеством почестей и затем торжественно доставлен во дворец Таши Чёдзонг. Во время своего пребывания в Бутане он посетил Такцанг, монастырь-пещеру "Логовище Тигра", известный визитом, который нанёс сюда Гуру Падмасамбхава. Он совершил поездку также в храм Кичу в Паро, где провёл особые ритуалы ради мира и спокойствия в мире и сохранения и распространения Дхармы. Начиная с 1967 года Кармапа по приглашению Его Величества короля и королевской семьи регулярно бывал в Бутане.
Его Королевское Высочество покойный король Бутана и Её Королевское Высочество королева-мать любезно предоставили Кармапе дворец и поместье Таши Чёлинг в Бумтханге. Кармапа предложил учредить там крупный центр Дхармы- сооружение около дворца главного храма и жилых помещений примерно для трёхсот пятидесяти монахов началось в 1969 году.
Великие Мастера Буддизма.
1967 - 1973
Путешествие в Бутан и Индию
Кармапа принял меры для строительства новых монастырей в Ладакхе, Непале и Бутане, и новый центр строится в Калькутте. В 1971 году он руководил в новом монастыре Румтек чтениями буддийских текстов перед большим собранием буддистов из разных стран. В том же году была отлита и освящена тысяча позолоченных статуэток Будды высотой около двадцати пяти сантиметров, в которые вложили травы и святые предметы, а также восемьдесят четыре статуи индийских сиддхов, шесть - тибетских сиддхов и многие другие учителей различных буддийских традиций. Все были помещены в контейнеры для реликвий на алтарях зала собраний.
В 1972 году в сопровождении тринадцатого Тулку Шамара, пятого Тулку Пёнлопа и других Лам и монахов нового монастыря Румтек Кармапа предпринял ещё раз длинное паломничество по Индии. Он посетил Бодх Гая, Сарнатх, Санчи, Аджанту, Эллору и Нагарджуна-Сагар, после чего возвратился в Сикким. Люди приходили без перерыва, чтобы встретиться с Гьелвой Кармапой, и многие получили его благословения.
Путешествие в Бутан и Индию
Кармапа принял меры для строительства новых монастырей в Ладакхе, Непале и Бутане, и новый центр строится в Калькутте. В 1971 году он руководил в новом монастыре Румтек чтениями буддийских текстов перед большим собранием буддистов из разных стран. В том же году была отлита и освящена тысяча позолоченных статуэток Будды высотой около двадцати пяти сантиметров, в которые вложили травы и святые предметы, а также восемьдесят четыре статуи индийских сиддхов, шесть - тибетских сиддхов и многие другие учителей различных буддийских традиций. Все были помещены в контейнеры для реликвий на алтарях зала собраний.
В 1972 году в сопровождении тринадцатого Тулку Шамара, пятого Тулку Пёнлопа и других Лам и монахов нового монастыря Румтек Кармапа предпринял ещё раз длинное паломничество по Индии. Он посетил Бодх Гая, Сарнатх, Санчи, Аджанту, Эллору и Нагарджуна-Сагар, после чего возвратился в Сикким. Люди приходили без перерыва, чтобы встретиться с Гьелвой Кармапой, и многие получили его благословения.
Великие Мастера Буддизма.
Семья - окружение 16го Кармапы
Великие Мастера Буддизма.
1974 - 1975
Путешествие в Европу
В 1974 году Кармапа в сопровождении Лам Кагью прибыл на Запад, посетив Европу, и впервые люди на Западе получили возможность увидеть церемонию Черной Короны, которая была совершена много раз.
Таким образом, Кармапа смог установить непосредственный контакт со своими центрами в других странах и распространить учения шире. Для всех, кто искал путь Дхармы, он действовал, как и в предыдущих воплощениях, в качестве учителя, друга и подлинного примера.
По приглашению своих первых западных учеников Оле и Ханны, он прибыл в Копенгаген, Данию, 10го декабря 1974 года. После Копенгагена Кармапа посетил Осло, Стокгольм, Упсалу, Гетеборг, Копенгаген, Родби, Северную Германию, Амстердам, Антверпен, Париж и Лион. В середине января Кармапа на два дня прилетел в Рим. Его пригласил Папа Павел VI, на которого тибетцы не произвели большого впечатления.
После встречи с Папой в Риме, Кармапа проследовал через Клемонт-Ферранд, Цюрих, Рикон, Женеву, Дордонью и т.д. Из Женевы Кармапа отбыл в Индию. Множество буддийских центров были основаны им и позже его учениками Оле и Ханной Нидал.
Проезжая по главным европейским городам, где он раньше никогда не был, часто Кармапа мог сказать: "Парк там!" Взяв сопровождавших его людей за руку, он вёл их за угол, где обнаруживался самый большой птичий магазин в городе. Войдя внутрь, он на мгновенье прислушивался, а затем говорил:" Тот-то и тот-то рассказывает интересные истории, а этот болтает одну чушь".
Когда он протягивал руку в клетку, птицы подлетали к нему. В изумлении владельцы часто просто отдавали их ему. Он говорил мантры и дул на них холодным и теплым воздухом, объясняя людям, пришедших с ним, что учит их медитации.
Махамудра Кармапы
Путешествие в Европу
В 1974 году Кармапа в сопровождении Лам Кагью прибыл на Запад, посетив Европу, и впервые люди на Западе получили возможность увидеть церемонию Черной Короны, которая была совершена много раз.
Таким образом, Кармапа смог установить непосредственный контакт со своими центрами в других странах и распространить учения шире. Для всех, кто искал путь Дхармы, он действовал, как и в предыдущих воплощениях, в качестве учителя, друга и подлинного примера.
По приглашению своих первых западных учеников Оле и Ханны, он прибыл в Копенгаген, Данию, 10го декабря 1974 года. После Копенгагена Кармапа посетил Осло, Стокгольм, Упсалу, Гетеборг, Копенгаген, Родби, Северную Германию, Амстердам, Антверпен, Париж и Лион. В середине января Кармапа на два дня прилетел в Рим. Его пригласил Папа Павел VI, на которого тибетцы не произвели большого впечатления.
После встречи с Папой в Риме, Кармапа проследовал через Клемонт-Ферранд, Цюрих, Рикон, Женеву, Дордонью и т.д. Из Женевы Кармапа отбыл в Индию. Множество буддийских центров были основаны им и позже его учениками Оле и Ханной Нидал.
Проезжая по главным европейским городам, где он раньше никогда не был, часто Кармапа мог сказать: "Парк там!" Взяв сопровождавших его людей за руку, он вёл их за угол, где обнаруживался самый большой птичий магазин в городе. Войдя внутрь, он на мгновенье прислушивался, а затем говорил:" Тот-то и тот-то рассказывает интересные истории, а этот болтает одну чушь".
Когда он протягивал руку в клетку, птицы подлетали к нему. В изумлении владельцы часто просто отдавали их ему. Он говорил мантры и дул на них холодным и теплым воздухом, объясняя людям, пришедших с ним, что учит их медитации.
Махамудра Кармапы
Великие Мастера Буддизма.
1976 - 1980
Путешествие в Европу и Америку
17го ноября 1976 года Кармапа прибыл в Нью-Йорк, это было его первое посещение США. 20 июня 1977 года он побывал в Париже, а затем продолжил свою насыщенную поездку, посетив Лангведел, Норвегию и Швецию.
Возле Осло Кармапа легко перепрыгивал с камня на камень, не смотря на очень высокое содержание сахара в крови, несколько капель которой могли легко подсластить стакан чая. Доктора не могли понять, почему он не впадает в кому. Вообще, Кармапа был "святым" в полном смысле английского слова "holy". Он был "цельным" (whole) и "полностью функционирующим".
Затем он посетил Копенгаген, Родби, Аарус, Нидерланды, Виттен, Кёнингштайн, Берлин, Венну, Шейбс, Мюнхен, Винтертхур, Цюрих, Генф, Францию, Ниццу, Сант Тропез, Дордонью, Аикс, Монтепельер, Плайг, Бордо, Уэльс, Афины, Антверпен и Лондон.
28 ноября 1979 года Кармапа Рангджунг Ригпе Дордже начал строительство нового медитационного центра на юго-востоке Нью-Дели, где сегодня находится "Международный Буддийский Институт Кармапы" (МБИК).
В мае 1980 он снова посетил Запад, остановившись для лекций и церемоний в Лондоне, Нью-Йорке, Вудстоке, Сан-Франциско, а в июне в Боулдере.
Путешествие в Европу и Америку
17го ноября 1976 года Кармапа прибыл в Нью-Йорк, это было его первое посещение США. 20 июня 1977 года он побывал в Париже, а затем продолжил свою насыщенную поездку, посетив Лангведел, Норвегию и Швецию.
Возле Осло Кармапа легко перепрыгивал с камня на камень, не смотря на очень высокое содержание сахара в крови, несколько капель которой могли легко подсластить стакан чая. Доктора не могли понять, почему он не впадает в кому. Вообще, Кармапа был "святым" в полном смысле английского слова "holy". Он был "цельным" (whole) и "полностью функционирующим".
Затем он посетил Копенгаген, Родби, Аарус, Нидерланды, Виттен, Кёнингштайн, Берлин, Венну, Шейбс, Мюнхен, Винтертхур, Цюрих, Генф, Францию, Ниццу, Сант Тропез, Дордонью, Аикс, Монтепельер, Плайг, Бордо, Уэльс, Афины, Антверпен и Лондон.
28 ноября 1979 года Кармапа Рангджунг Ригпе Дордже начал строительство нового медитационного центра на юго-востоке Нью-Дели, где сегодня находится "Международный Буддийский Институт Кармапы" (МБИК).
В мае 1980 он снова посетил Запад, остановившись для лекций и церемоний в Лондоне, Нью-Йорке, Вудстоке, Сан-Франциско, а в июне в Боулдере.
Великие Мастера Буддизма.
1981
Прощание с Кармапой
В июле 1981 года Кармапа начал реконструкцию храмов и медитационных центров. Под его руководством были распечатаны и распространены тысячи текстов Дхармы, среди которых 500 копий Канджура редакции Деге. Даже в последние месяцы жизни он много работал по распространению Дхармы.
Кармапа умер в США в клинике города Зион возле Чикаго 5 ноября 1981 года в 8:30 вечера местного времени. Его смерть стала последним учением о непостоянстве для всех присутствующих, для каждого из нас.
Когда подошло время смерти, он взял на себя полдюжины смертельных заболеваний. Используя свою йогическую силу, он устранил опсаность большинства из них, по крайней мере для тех людей, которые были в его поле силы. Он также позволил врачам опробовать на себе лекарства. Некоторые из исследований просто удивительны: даже очень высокие дозы успокоительных средств абсолютно не действовали на него. Он заботился скорее о благополучии врачей и никогда не говорил о себе.
Вечером 5 ноября, в день Освободительницы, врачи как обычно вошли в его комнату. Увидев, что аппаратура остановилась, у всех возникла одна и та же мысль: "Он шутит над нами". В тот же самый момент, приборы снова заработали, проработали пять минут и остановились насовсем. На следующее утро, когда персонал собирался забрать с кровати его тело, держатели линии спросили, имеются все ли признаки смерти. Тело Кармапы все еще оставалось теплым и гибким, особенно область сердца. Тепло, исходящее от него, ощущалось на значительном расстоянии. В таком состоянии он и остался.
9 ноября в военном аэропорту в большой долине Сиккима на противоположной от Румтека стороне приземлился вертолёт. Вереница машин покинула аэропорт, а через час Кармапа был доставлен в Румтек на грузовом Мерседесе. Все четыре держателя линии сидели возле водителя на узком сидении.
Тело Кармапы положили на концентрическую структуру (мандалу) в верхнем зале монастыря Румтек. Кремация состоялась спустя полтора месяца. Тело Кармапы спустя сорок пять дней не разложилось, а просто уменьшилось и теперь он сидел в коробке высотой два фута, в которой было проделано смотровое окошко. Он продолжал оставаться в сидячем положении. Его лицо, которое имело темно-серый оттенок и было несколько уменьшено, покрывала тонкая ткань. Прежде могучий мужчина стал размером с маленького ребенка. После того, как были прочитаны "Алмазные песни Мастеров Кагью" и проделана медитация на Восьмого Кармапу, коробку с телом вынесли и поместили в недавно построенную погребальную ступу на монастырской террасе. Затем монах, который никогда не встречался с этим Кармапой, поджег сухие сандаловые бревна под ступой.
Неожиданно, в середине церемонии вокруг солнца возникла гигантская радуга, хотя погода стояла сухая и ясная. Сердце шестнадцатого Кармапы выкатилось из ступы в сторону Тибета. Тысячи ринпоче и учеников со всего мира наблюдали это событие.
"Пусть все духовные лидеры наслаждаются долгой жизнью и благополучием. Пусть растёт сообщество практикующих и пусть все приводят к завершению свои задачи. Пусть благословение Дхармы освободит всех запутавшихся. Пусть в этом мире навсегда исчезнут болезни, нищета, зло и войны. Пусть все будет благоприятным. Пусть все устремления сбудутся. Пусть рассеется мрак Кали Юги - Тёмного Века!"
Прощание с Кармапой
В июле 1981 года Кармапа начал реконструкцию храмов и медитационных центров. Под его руководством были распечатаны и распространены тысячи текстов Дхармы, среди которых 500 копий Канджура редакции Деге. Даже в последние месяцы жизни он много работал по распространению Дхармы.
Кармапа умер в США в клинике города Зион возле Чикаго 5 ноября 1981 года в 8:30 вечера местного времени. Его смерть стала последним учением о непостоянстве для всех присутствующих, для каждого из нас.
Когда подошло время смерти, он взял на себя полдюжины смертельных заболеваний. Используя свою йогическую силу, он устранил опсаность большинства из них, по крайней мере для тех людей, которые были в его поле силы. Он также позволил врачам опробовать на себе лекарства. Некоторые из исследований просто удивительны: даже очень высокие дозы успокоительных средств абсолютно не действовали на него. Он заботился скорее о благополучии врачей и никогда не говорил о себе.
Вечером 5 ноября, в день Освободительницы, врачи как обычно вошли в его комнату. Увидев, что аппаратура остановилась, у всех возникла одна и та же мысль: "Он шутит над нами". В тот же самый момент, приборы снова заработали, проработали пять минут и остановились насовсем. На следующее утро, когда персонал собирался забрать с кровати его тело, держатели линии спросили, имеются все ли признаки смерти. Тело Кармапы все еще оставалось теплым и гибким, особенно область сердца. Тепло, исходящее от него, ощущалось на значительном расстоянии. В таком состоянии он и остался.
9 ноября в военном аэропорту в большой долине Сиккима на противоположной от Румтека стороне приземлился вертолёт. Вереница машин покинула аэропорт, а через час Кармапа был доставлен в Румтек на грузовом Мерседесе. Все четыре держателя линии сидели возле водителя на узком сидении.
Тело Кармапы положили на концентрическую структуру (мандалу) в верхнем зале монастыря Румтек. Кремация состоялась спустя полтора месяца. Тело Кармапы спустя сорок пять дней не разложилось, а просто уменьшилось и теперь он сидел в коробке высотой два фута, в которой было проделано смотровое окошко. Он продолжал оставаться в сидячем положении. Его лицо, которое имело темно-серый оттенок и было несколько уменьшено, покрывала тонкая ткань. Прежде могучий мужчина стал размером с маленького ребенка. После того, как были прочитаны "Алмазные песни Мастеров Кагью" и проделана медитация на Восьмого Кармапу, коробку с телом вынесли и поместили в недавно построенную погребальную ступу на монастырской террасе. Затем монах, который никогда не встречался с этим Кармапой, поджег сухие сандаловые бревна под ступой.
Неожиданно, в середине церемонии вокруг солнца возникла гигантская радуга, хотя погода стояла сухая и ясная. Сердце шестнадцатого Кармапы выкатилось из ступы в сторону Тибета. Тысячи ринпоче и учеников со всего мира наблюдали это событие.
"Пусть все духовные лидеры наслаждаются долгой жизнью и благополучием. Пусть растёт сообщество практикующих и пусть все приводят к завершению свои задачи. Пусть благословение Дхармы освободит всех запутавшихся. Пусть в этом мире навсегда исчезнут болезни, нищета, зло и войны. Пусть все будет благоприятным. Пусть все устремления сбудутся. Пусть рассеется мрак Кали Юги - Тёмного Века!"
Великие Мастера Буддизма.
Наропа (1016 - 1100)
Существуют различные точки зрения относительно места рождения Наропы. Некоторые биографы говорили, что он был рожден в Бангладеше, но согласно тому, что говорил Марпа, его главный ученик, родина Наропы - Лахор в Индии. Его семья была очень богатой и сильной. В то время было принято относиться к мастеру, как к королю, поэтому некоторые биографы утверждают, что Наропа был принцем.
Детство и женитьба Наропы
В первой половине жизни юного Наропу обучали в соответствии с традицией браминов. Его отец, вероятно, был буддист, потому что Наропа получил буддийское образование дома. Однажды он попросил благословения отца на то, чтобы стать монахом. Отец отказал.
Тогда Наропа заявил: "Если я не могу стать монахом, я хочу жениться на девушке из семьи браминов, хинди по национальности и обладаюшей любовью и состраданием. Ее имя - Санмо и она белокурая". Он добавил также, что ей должно быть 16 лет.
Его отец подумал, что никогда не найдет такой девушки и пошел за советом к другу. Друг посоветовал ему не беспокоиться, так как Индия - большая страна и где-нибудь такая девушка отыщется.
И друг начал поиски. Однажды он увидел группу девушек, собирающих цветы. В то время цветы собирались обычно для подношений богам и божествам. Это означало, что девушки - хинди. Начался дождь и девушки стали уходить. Путь их пролегал через реку, поэтому они подняли юбки. И только одна, не приподняв юбки, прошла по воде. Друг понял, что она отличается от других. На другом берегу реки на дороге сидел нищий, которому девушка дала немного еды. Друг также заметил, что девушка была блондинкой. Он подошел к ней и спросил из какой она семьи. Она ответила ему, что она из семьи браминов, зовут ее Санмо и ей 16 лет.
Друг очень обрадовался. Он возвратился и рассказал, что видел нужную девушку. Отец Наропы, полный радости, рассказал сыну, что девушка найдена и скоро он попросит ее прийти. К родителям девушки была послана делегация просить выдать дочь за Наропу. С собой они взяли бесчисленное количество подарков, которые едва уместились на сотне слонов. Так Санмо стала женой Наропы.
До 25 лет Наропа жил дома. Но затем он и его жена договорились, что посвятят себя религии и Наропа пошел в Университет Наланды.
Универститет Наланды
В Наланде Наропа изучал буддийскую философию, сутру и тантру. Там он стал величайшим ученым. В те времена существовала традиция, согласно которой ученые других религий соревновались с буддийскими учеными в дебатах. Победивший становился учителем проигравшего и всех его учеников.Таким образом, было важно, чтобы участники споров знали предмет очень хорошо. В противоположном случае это дело было очень рискованным.
По этой причине для дебата были выбраны 4 лучших ученых университета Наланды. Каждый ученый был ответственным за одно из четырех ворот университета. Наропа стал великим ученым северных ворот и участвовал во многих дебатах. Он также обучал учеников. Наропа сам был убежден в своей великой учености.
Однажды, когда он сидел и читал тексты, на книгу легла чья-то тень. Он обернулся и увидел очень старую и уродливую женщину. Она спросила его, что он изучает, что он читает. Он ответил: "Я изучаю Гуясамаджа-тантру". Она спросила: "Можешь ли ты что-нибудь прочитать?" - "Да", - ответил он и начал читать вслух текст.
Женщина так обрадовалась, что стала прыгать вокруг него и танцевать. Наропа подумал: "Она стала такой счастливой, когла я сказал ей, что могу читать". Он сказал: "Я также понимаю смысл прочитанного".
После этих слов Наропы женщина погрустнела и стала плакать. Наропа сказал: "Ты была так счастлива когда я читал, а когда я сказал, что понимаю смысл прочитанного, опечалилась. Почему? Она ответила: "Я расстроилась, потому что такой великий ученый, как ты, лжец. Это очень печально. Во всем мире, кроме моего брата, нет никого, кто бы понимал смысл этих слов". Наропа спросил, кто ее брат и где он живет. Она сказала: "Мой брат - Тило Шераб Санпо. Где он живет, неизвестно, но если ты хочешь встретиться с ним, я могу помочь тебе".
Услышав имя Тилопы, Наропа почувствовал очень сильное волнение, доселе не испытанное им. В его уме была только мысль, как найти Тилопу. Он захотел немедленно пойти и увидеть его.
Он вернулся в Универститет и попросил разрешения покинуть его. Он сказал, что идет на встречу с Тилопой. Все ученые Наланды просили его остаться, и 3 месяца он не мог уйти. В своих снах он видел много знаков, означающих, что идти необходимо .
В конце концов, Наропа сказал, что уйдет независимо от их просьб. В университете он останется только до окончания изучения того, что начал учить, но не будет браться за новые учения.
Поиски Тилопы и 12 месяцев нужды
Наропа покинул Универститет, чтобы увидеть Тилопу. Он получил пророчество, что должен медитировать на Чакрасамбаве и закончить эту медитацию. Затем, когда найдет Тилопу, он получит инициацию.
Он достиг кладбища в южной Индии, где в течении шести месяцев медитировал на Чакрасамбаву. В конце, от дакинь он получил пророчество, что встретит Тилопу, если пойдет на восток. Претерпевая многочисленные невзгоды, он пробирался на восток, но так и не встретил Тилопу.
Трудности были так велики, что Наропа уже был готов отказаться от всего, но неожиданно он услышал голос, который сказал ему, что леность - работа демонов. Он встретит Тилопу и получит Просветление, только если отбросит леность.
С этого момента, все, что рассказывалось Тилопой, в действительности является учением о пути к Просветлению. Точно описывается, как Тилопа учил Наропу и что необходимо каждому, желающему достичь Просветления. Первое - это отбросить ленность, так как иначе нет никакого шанса достичь Просветления- нет Просветления совместно с ленью.
Наропа отбросил лень и стал очень усердным и прилежным. Каждый день и ночь он молился Тилопе.
Вскоре после этого он достиг узкого прохода между скалой и рекой. На пути лежала больная женщина. Она была так больна проказой, что руки и ноги ее почти разложились. Она харкала кровью, источая неимоверную вонь, и из всего ее тела тек гной. Женщина перекрыла всю дорогу. Завидя Наропу, она обратилась к нему: "Я прошу прощения, но так как я не могу пошевелиться, ты должен или перенести меня в другое место, или переступить через меня, или идти другой дорогой".
Делать было нечего, и, зажав нос и глядя в сторону, так как смотреть на нее было отвратительно, Наропа перепрыгнул через старуху. Мгновенно он исчезла, и с небес раздался голос: "Если кто-либо практикует путь Махаяны, он должен иметь любовь и сострадание. В противном случае он не может практиковать путь Махаяны и не получит результаты этого пути. Он также не сможет найти себе учителя. Все чувствующие существа подобны родителям, поэтому для того, чтобы практиковать, нельзя исключить даже одного. Необходимо развивать Бодхичитту и увеличивать любовь и сострадание".
Снова Наропа пошел на восток искать Тилопу. Он дошел до реки, где встретил свирепого пса. Пес был очень агрессивным и свирепо лаял на Наропу. Наропа попытался отогнать пса, но тот не двигался с места. В конце концов он перепрыгнул собаку, так как хотел продолжить поиски Тилопы. Немедленно раздался голос: "Если ты не понимаешь, что все существа в мире всех 6 форм существования в разное время были твоими родителями , то ты никогда не сможешь встретить не только хорошего учителя, но даже плохого". Эти события были учениями Тилопы.
Следующим, кого встретил Наропа, был носильщик с тяжелой ношей. Наропа спросил, не знает ли он Тилопу и где его можно найти. Человек указал ему на противоположную сторону горы, где он сможет встретить кого-нибудь, способного дать ответ на этот вопрос.
Там он встретил человека и спросил его о Тилопе. Человек сказал, что знает где Тилопа, но скажет только если Наропа лично отpубит несколько голов. Наропа подумал: "Я монах, пандит. Я происхожу из очень высокой касты. Как могу я отpубать головы?"
Как только он подумал об этом, все вокруг исчезло. Снова голос с неба сказал ему, что если Наропа хочет получить хоть какое-нибудь Просветление, он должен отбросить привязанность к Эго и гордость. Без понимания того, что в действительности "Я" не существует, что нет индивидуальности, он не сможет получить Просветление.
В этот момент Наропа понял, что все его встречи с кем-то есть уроки. Он поклялся, что попытается понять урок.
Он продолжил путешествие и встретил двух людей, которые тащили третьего. Его живот был вскрыт, кишки вывалились наружу и он пронзительно кричал. Наропа подошел к ним и спросил, не знают ли они Тилопу. Люди сказали, что знают о нем, но вначале Наропа должен отрезать болтающиеся кишки третьего. Наропа не мог причинить еще большую боль и отказался. Люди исчезли и в это время голос с неба сказал ему, что основа Сансары - привязанность, концептуальное цепляние, вера в реальность существования "Я", которые он должен отбросить.
Тилопа создавал для Наропы экстремальные ситуации для того, чтобы дать ему непосредственное учение. Не так трудно отбросить малейшую привязанность и негативные эмоции, но в экстремальных ситуациях Наропа должен был еще держать ум чистым, свободным от любого типа реакций. Это очень трудно.
Наропа достиг места, где он увидел ужасную сцену, как один человек вливал горячую воду в вспоротый живот другого, из которого текла кровь, а от ужасного крика стыла кровь в жилах.
Наропа спросил, не знают ли они Тилопу. Для получения ответа он вначале должен был влить в желудок еще больше кипятка. И снова Наропа не смог сделать это.
Вдруг люди исчезли и голос с неба сказал, что учения ламы подобны потоку воды, который очищает ум от примесей. И это не может быть сделано через что-либо извне.
Наропа должен был очиститься от привязанности к фиксированной идее, что он монах.
Наропа продолжил путешествие и пришел в прекрасный город, король которого знал о Тилопе, но вначале предложил Наропе остаться во дворце, чтобы тот ответил на его вопросы. Наропа остался во дворце на долгое время, молясь и живя в очень комфортабельных условиях.
Однажды король предложил ему жениться на своей дочери. Наропа, будучи монахом, отверг это предложение. Но король был очень настойчив и в конце концов избил его. Наропа очень разозлился и начал медитацию на Чакрасамбаву, для того чтобы напустить черную магию на короля. И как только он начал, город исчез и вокруг остался только песок.
С этого момента учения заключались в избавлении Наропы от желаний и гнева. В противном случае возможность всречи с учителем исключалась, а без учителя Освобождение невозможно. Наропа продемонстрировал свои желания, оставаясь в замке долгое время в хороших условиях, и свой гнев, выйдя из равновесия, когда его побили. Кроме того, он не понимал, что это все нереально, поэтому учения заключались в обучении тому, что все вокруг подобно сну.
Наропа был убежден, что все время он встречал Тилопу. Молясь Тилопе, он продолжал путешествие на восток. В конце концов он пришел к огромному лесу. Наропа увидел охотника с собакой, которые гнались за антилопой. Наропа спросил охотника, не знает ли он Тилопу и где его можно найти. Человек сказал, что знает, но вначале Наропа должен убить антилопу.
В уме Наропы зародилось сомнение, потому что он был монах и не мог убивать никаких живых существ. В этот момент антилопа и собака исчезла и охотник сказал ему, что он должен победить привязанность к своему Эго. Подобно стреле, убивающей оленя, его понимание должно положить конец привязанности к своему Эго.
Он должен освободить себя от сомнений. До тех пор пока это не произойдет, он не сможет встретить учителя.
Наропа пришел к озеру, где встретил старую паpу. Он спросил их, знают ли они Тилопу и как его найти. Те сказали, что знают Тилопу, но вначале хотят накормить Наропу мясом. Жена, готовя мясо, положила живых лягушек и рыбу в кипящую воду. Наропе был предложен суп. Увидев животных в супе, он был охвачен сомнениями, может ли он, монах, есть это. Кроме того, он не должен был есть вечером. Когда Наропа посмотрел на суп, муж сказал жене, что этот человек - последователь низшей школы буддизма - Тхеравады, так как не может есть вечером.
Затем он взял лягушек и рыбу и подбросил их в воздух, где те расстворились в радуге.
Старый человек сказал Наропе, что до тех пор, пока тот имеет в уме фиксированные идеи низшего пути, он не найдет своего ламы. Перед тем как расствориться, он сказал, что его родители будут убиты на следующий день.
Это поучение показало необходимость Наропе отбросить привязанность к фиксированным идеям низшего пути (Хинаяны и Тхеравады).
На следующий день Наропа встретил человека, убивающего своего отца и копающего яму в земле, чтобы похоронить живьем мать. Родители молили Наропу: "Пожалуйста, помоги нам. Мы так любили нашего сына, а теперь он хочет убить нас. Пожалуйста, помоги!"
Снова Наропа спросил о Тилопе. Человек знал о нем, но вначале он хотел, чтоб Наропа помог ему зарыть его мать. Но крики и плач родителей были слишком тяжелы для Наропы: он еще имел некоторые сомнения в своем сознании. Неожиданно родители растворились.Человек сказал ему, что он должен полностью расстворить любые двойственные понятия и все виды привязанности к объекту.
Этот же человек приказал Наропе на следующий день отправляться просить милостыню.
Наропа подумал, что это означает, что он должен встретить нищего монаха, который может помочь в поисках Тилопы. Поэтому он пошел в монастырь. На входе его встретили несколько монахов. Одного из них он встречал раньше, а о других слышал, будучи в Наланде. Итак, они отвели Наропу в монастырь.
Снова он спросил, не слышали ли они о Тилопе и где его можно найти. Монахи ответили, что никогда не слышали о таком великом учителе, но они знают нищего, которого зовут Тилопа. Наропа был уверен, что он встретит своего учителя. С несколькими монахами из монастыря он пришел в место, где сидел на земле человек, называющий себя Тилопа.
Изредка он ловил лягушек, жарил их на огне и ел. Так как Наропа был уверен, что это его учитель Тилопа, он начал делать перед ним простирания и просить взять его учеником.
Человек согласился, снял со своего тела горсть вшей, дал их Наропе и сказал, что тот должен избавиться от всех фиксированных идей. Затем он приказал бросить вшей в огонь. Так как рядом стояли монахи из монастыря, Наропа начал колебаться. Тогда нищий сказал ему, что если он не уничтожет 51у каузальную проекцию, возникающую в сознании, которое функционирует на относительном уровне, он никогда не сможет встретить правильного ламу.
Наропа продолжил свое путешествие и на следующий день прибыл в очень странное место со множеством людей, которые выглядели очень странно. Один говорил, не имея языка, другой был глухой, но слышал звуки- слепой видел, некоторые ходили без ног, трупы танцевали. Наропа полностью расстерялся, рассматривая это явление. Неожиданно он понял, что его мысли рассеяны и он должен сконцентрироваться на поисках Тилопы .
Наропа понял, что шел по неправильному пути. "Лама, которого он хотел найти, реализовал свою природу. Для того, чтобы его найти, необходимо сконцентрировать свой ум на нем. Каждый раз, когда он будет делать это, лама будет появляться.
Странные существа, увиденные им, символизируют нереальность объекта и субъекта.
Видящий слепой означает, что для понимания природы ума, Махамудры, необходимо осознать, что нет никого, смотрящего на что-либо. Человек, говорящий без языка и глухой, слышащий звуки, означают, что Махамудра не может быть объяснена словами. Человек, идущий без ног, символизирует вневременную природу ума. Он ниоткуда не появляется и никуда не исчезает.
Танцующие скелеты обозначают необходимость освобождения себя от идей восприятия объекта и воспринимающего ума.
Наропа понял, что все это было создано его ламой, а он не в состоянии был определить, где реальность, а где иллюзия. Он опечалился и ощутил досаду, что не в состоянии был понять это. Наропа решил, что с этого момента он никуда не пойдет, а сейчас же сядет медитировать.
Так он медитировал и думал, что не в состоянии встретить учителя в этой жизни. Храбрость покинула его, поэтому он решил сделать сильную решимость, чтобы встретиться с учителем в следующей жизни, после чего убить себя.
Наропа взял нож, положил его в рот, но в этот момент появился синий человек с красными глазами прямо перед ним. Наропа понял, что это был Тилопа. Полный преданности, он открылся Тилопе, и спросил его, почему тот не появился раньше и почему он не мог найти его.
Тилопа ответил, что с тех пор, как Наропа начал его искать, он всегда был с ним. И только загрязнения его сознания не позволяли ему увидеть учителя. В данный момент он освободил сознание и увидел Тилопу.
В первой части было рассказано, как Наропа преодолел 12 второстепенных препятствий, чтобы встретиться с Тилопой. Здесь идет рассказ о 12 основных препятствиях, которые преодолел Наропа до того, как достичь полного Просветления.
Великие Мастера Буддизма.
12 основных препятствий
Наропа попросил посвящение, освобождающее сознание, вступление в Махамудру. Тилопа странно посмотрел на него и пошел прочь. Наропа последовал за ним.
Они вошли в храм, имевший много этажей. Тилопа стал подниматься вверх, а Наропа шел позади справа. Когда они достигли последнего этажа, Тилопа сел отдохнуть напротив стены. Он сказал: "Если я имею преданного ученика, он прыгнет вниз".
Наропа немедленно прыгнул. При падении он переломал все кости и лежал, корчась от боли, действительно страдая. Он думал: "Я не достиг Просветления в этой жизни". Он начал читать молитвы, которые должны были помочь встретить в следующей жизни Тилопу.
Пока он молился, возле него появился Тилопа и спросил : "Что случилось с тобой?" Наропа сказал: "Я прыгнул, потому что мой лама сказал сделать это, и теперь я лежу здесь, страдая от страшной боли с поломанными костями. Это ужасно. Я чувствую себя так, будто наполовину умер".
Тилопа ответил: "Ты знаешь, что тело, действительно, результат наших действий и наших разрушительных эмоций. Вот что создает физическое тело. Поэтому не так важно, имеешь ты его или нет. Однако у меня есть некоторые методы, полученные от Дакини". Он поводил рукой по коже Наропы и полностью вылечил его. После этого Тилопа дал ему все учения Демчог-Тантры. Затем он сказал Наропе: "То, что ты должен медитировать сейчас, освободит тебя от привязанностей сознания".
Наропа ответил: "Я знаю, что чтобы освободиться, я должен отбросить мое невежество. Я не могу понять, что все существует и не существует одновременно. Я знаю цель, но не путь. Что я должен делать?"
Тилопа ответил: "Ты должен понять, что идея о том, что все предметы существуют, неверна, и что идея, что все не существует, также неверна. Любое проявление - иллюзия. Ты должен сосредоточить свое сознание на понимании этой иллюзии, а это понимание заключается в непрерывности твоего сознания".
Наропа медитировал это один год. В течение этого времени Тилопа вел себя то как ребенок, то как сумасшедший. Он поступал очень странно. Никогда не было понятно, что он сделает. Тилопа вел себя так, чтобы показать, что все подобно иллюзии и нереально, независимо от того, здраво это или безумно.
Через год Тилопа пришел к Наропе и спросил: "Почему ты не просишь у меня дальнейших инструкций?"
Наропа тут же стал подносить ему мандалу и просить дальнейших наставлений. Снова Тилопа пошел прочь, а Наропа последовал за ним.
Они пришли на большое пустынное поле, в центре которого бушевал огромный огонь. Тилопа подошел к огню и сказал: "Если бы я имел действительно преданного ученика, он прыгнул бы в огонь". Наропа прыгнул в огонь и сильно обгорел. Его страдания были ужасны.
Тиопа подошел к нему и спросил: "Что случилось с тобой сейчас?" Наропа ответил: "Мое тело обожжено и мое сознание страдает". Тилопа ответил: "Сжечь привязанность к Эго хорошо, и я имею практику и наставления на равенство элементов". Он прикоснулся к его коже и полностью вылечил, после чего огонь исчез.
После этого Тилопа наставлял Наропу, что все имеет один вкус, нет различий между удовольствием и несчастьем, здоровьем и болезнью. Он обучил 6 видам равенства, в том смысле, что сущность всех явлений одна.
После этого Наропа оставался в лесу с Тилопой, который себя вел себя по-разному. Иногда он поступал как животное, иногда как великий йогин, иногда как сумасшедший. В течение этого времени Наропа занимался своей практикой. Иногда он ходил в ближайшую деревню за пищей и приносил ее Тилопе. Он также прислуживал ему.
Однажды, когда Наропа пошел в деревню, там собралось очень много народа из города. Он получил очень хорошую пищу, которую принес Тилопе. Тилопа был действительно доволен едой и сказал: "О, это чудесно- пища так хороша". Он много говорил и наслаждался мясом.
Наропа подумал: "Я так долго был с Тилопой, и это первый раз, когда он ведет себя как нормальный человек. Он, действительно, кажется, доволен тем, что я принес ему- он говорит со мной- он очень счастлив. Может быть я должен пойти и принести еще еды для него?"
Он спросил Тилопу, который сказал: "Просить пищу в качестве подаяния можно только 1 раз. Такова здешняя традиция. Если ты пойдешь, могут возникнуть проблемы. Но ты можешь пойти. Почемы бы нет? Возьми воду. Если что-либо произойдет, сбрызни водой. Если не поможет, возьми этот деревянный меч и сделай им 3 круга в воздухе. И все будет хорошо. Итак, иди и возьми пищу".
Наропа пошел в город и, так как он не мог просить снова пищу, он украл ее. Когда он попытался уйти, люди заметили, что он украл. Наропа брызнул водой и она превратилась в озеро, преградившее путь людям, преследовавшим его.
Когда он использовал меч, он превратился в заграждение, но так как оно было деревянным, людям было очень легко поймать его. Они развели огонь, чтобы сжечь заграждение. А потом поймали его и сильно избили. В конце концов, он возвратился к Тилопе избитым и израненым.
Тилопа сказал: "Нет проблем". Он сказал ему, что имеет наставления на различные передачи. Вначале он излечил Наропу, а затем дал наставления, называемые Умственное зеркало наставлений.
Наропа оставался с Тилопой и продолжал практику. Однажды Тилопа неожиданно пошел в место, где был очень глубокий пруд, кишащий пиявками. Наропа последовал за ним. Когда Наропа подошел к пруду, Тилопа сидел в глубокой медитации. Наропа подошел к нему, предложил мандалу, поклонился и попросил наставлений.
Тилопа сказал: "Если у меня хороший ученик, он должен стать мостом, чтобы я смог перейти пруд".
Наропа немедленно лег так, чтобы Тилопа по нему смог перейти на другой берег. Когда он переходил, он тяжело ступал по спине Наропы, а в конце прыгнул. Наропа упал в пруд. Это был страшный опыт. Вода была ледяной, и он чуть не утонул. Его тело покрыли пиявки, сосавшие кровь.
Тилопа спросил его: "Что случилось? Это неприятно?"
Наропа ответил: "Да, это очень болезненно. Пиявки едят меня и очень холодно. Это ужасно."
Тилопа сказал: "Нет проблем. Я могу дать тебе наставления, которые помогут тебе согреться и не чувствовать любую боль. Я имею наставления по Внутреннему Теплу, основанному на пустоте". Тилопа вылечил Наропу и затем дал ему полную передачу практики Тумо (Йога Тепла, о ней можно посмотреть в материале "О кундалини Йоге").
Пока Наропа практиковал Тумо, прошел второй год. Тилопа, как обычно, вел себя странно. Снова Наропа предложил мандалу Тилопе и попросил больше наставлений. Тилопа сказал ему взять 10 кусков бамбука, положить на них топленное масло, нагреть очень сильно и заострить их. Затем, Тилопа взял наточенные палочки и вонзил их в тело Наропы. После этого он пошел прочь. Наропа почувствовал страшную боль.
Когда Тилопа вернулся, он спросил Наропу: "Что с тобой случилось?" Наропа ответил: "Я пронзен бамбуковыми палочками и это очень больно. Я думаю, что, наверное, умру."
Тилопа положил на него руку и боль,и раны исчезли. Затем Тилопа передал Наропе учение об Иллюзорном Теле.
Наропа практиковал эти учение один год. В течение этого времени Тилопа вел себя как обычно.
На следующий год Тилопа пришел к Наропе и глядя на него спросил: "Хочешь ли ты попросить у меня наставлений?"
Наропа быстро встал, сделал простирания перед Тилопой и попросил наставлений. Тилопа повернулся и пошел. Наропа последовал за ним и вскоре они подошли к большой равнине, покрытой песком. Невдалеке они увидели человека, гуляющего по песку.
Тилопа сказал: "Если у меня хороший ученик, он должен пойти и схватить этого человека, иначе тот принесет мне вред".
Наропа пошел ловить, но не сумел. Он бегал за ним, но никак не мог его схватить. В конце концов Наропа обессиленный упал на землю.
Тилопа подошел к нему и спросил: "Что случилось?" Наропа рассказал, что он пытался схватить человека, но тот постоянно ускользал от него, словно это был фантом или мираж.
Тилопа сказал: "Это подобно Сансаре. Все пытаются достичь того, что на самом деле не существует. Это проблема Сансары. Сейчас я дам тебе инструкции по Йоге Сновидений - что все подобно сну". Затем Тилопа передал наставления по Йоге Сновидений (об этой йоге смотрите. в материале "О кундалини Йоге")
Еще год Наропа практиковал Йогу Сновидений. В течение этого времени Тилопа пребывал в медитации. Он не ел и не говорил. Через год Тилопа ушел. Наропа последовал за ним, предложил мандалу и попросил дальнейших наставлений. Но Тилопа ничего не ответил. Они пошли дальше, и навстречу им попалась свадебная процессия сына министра.
Тилопа увидел ее и сказал Наропе: "Если бы у меня был хороший ученик, он бы пошел и стащил с лошади жениха. Он должен схватить за волосы невесту и попытаться получить ее".
Наропа ничего не ответил и сделал, как сказал Тилопа. Конечно, люди избили Наропу. Тилопа подошел к Наропе, который еле дышал. Он коснулся его и снова излечил его раны. В это время он передал ему учения Ясного Света.
Следующий год они провели вместе, и Наропа практиковал Йогу Света . Тилопа вел себя забавно, то как ребенок, то как сумасшедший.
Когда Наропа попросил дальнейших наставлений, Тилопа только сказал, что каждый, кто хочет больше наставлений должен пойти прямо за ним. Затем они двинулись в путь, и Наропа шел за Тилопой. Так они шли долое время, пока не повстречали процессию с королем и королевой. Тилопа сказал: "Еслии бы у меня был хороший ученик, он бы скинул короля с лошади".
Наропа сделал это, и в результате чуть не умер. Тилопа подошел к нему, излечил все раны и сказал: "Причина, по которой тебе еще больно, состоит в том, что ты еще не расстворил свое Эго. Ты еще цепляешься за свое Я. Сейчас я дам тебе Пхова". Итак, следующий год Наропа практиковал Пхова (Йогу перенесения сознания).
Через год Наропа пришел за дальннейшими инструкциями к Тилопе. На большой поляне они встретили принца с несколькими слугами, которые расположились на пирушку.
Тилопа сказал Наропе: "Пока еще не очень много народа. Ты должен пойти ударить принца, забрать его украшения и затем вернуться ко мне. Если возникнут проблемы, позови меня".
Наропа избил принца, забрал его украшения и побежал назад. Но слуги принца и множество солдат, бывшие неподалеку, побежали вслед.
Наропа закричал: "Тилопа, помоги мне, защити меня!" Когда он добежал до Тилопы, солдаты догнали его. Тилопа спросил солдат: "Что он сделал?" Они ответили: "Он ударил принца и украл его украшения". Тилопа ответил: "Это очень плохо. Мы должны наказать его". Вместе они избили Наропу до полусмерти.
Затем Тилопа спросил его, что произошло.
Наропа сказал: "Меня избили, и хотя ты обещал помочь мне, ты не сделал этого. Я думаю, что сейчас умру."
Тилопа вылечил его и затем дал ему Пхова Донджуг (тип Пхова, в которой вы отправляете ваше сознание в другое существо, которое только что умерло).
Наропа занимался этой специальной практикой в течении года и затем снова пришел к Тилопе за инструкциями.
Тилопа приказал Наропе жениться на девушке, которая практиковала Дхарму. Следуя его совету, Наропа женился. Первое время они нравились друг другу, но затем проблемы возросли, и они часто ругались. Наропа испытывал очень сильное беспокойство из-за этой ситуации. В это время к нему пришел Тилопа и спросил, чем тот обеспокоен. Наропа объяснил, что они с женой переживают очень трудное время.
Тилопа ответил: "Эти проблемы происходят из-за твоих фиксированных идей, что все двойственно. Ты должен отказаться от двойственного мышления и гнева и опереться на тантрическую супругу".
Тилопа затем передал Наропе наставления по практике Кармамудры.
В следующий раз, Тилопа сказал Наропе, что тот нарушил монастырские обеты, так как имеет сексуальный контакт со своей женой. Поэтому, он должен наказать себя. В результате чего, Наропа взял камень и бил им по своим половым органам до тех пор, пока не потерял сознание. Тилопа полностью его вылечил.
Тилопа попросил у Наропы в качестве подношения его жену. Наропа сделал это, и его жена осталась на некоторое время с Тилопой. Однако, она занималась еще любовью и с Наропой, что очень разгневало Тилопу и он избил их обоих. Тем не менее, Наропа не потерял веры в Тилопу.
В результате Тилопа дал ему учение Махамудры Сияющей Мудрости.
Тилопа пошел прочь и Наропа последовал за ним. Они шли очень долго, и когда Наропа начал уставать, Тилопа сел. Наропа предложил ему мандалу, но в том месте было очень пыльно. Воды не было, поэтому невозможно было смыть пыль.
Тилопа сказал: "Используй для этого свою кровь".
Наропа порезал себя и своей кровью окропил землю, чтобы очистить ее от пыли. Так он предложил тело мандалы.
Тилопа дал ему наставления по Бардо.
Наропа практиковал это учение в течении года. Однажды они пришли к реке и Наропа попросил дополнительных наставлений. И он получил последние инструкции. Тилопа взял его туфлю и ударил ею Наропу по голове, сказав, что учить больше нечему. "Последнее освобождение в твоем собственном сознании".
В этот момент последние затемнения растворились в сознании Наропы. Наропа осознал Махамудру. 12 лет Наропа провел с Тилопой, получая и практикуя его наставления, которые являлись методами, помогшими ему преодолеть все трудности. В течение этого времени он преодолел 12 основных препятствий и достиг состояния, из которого не было возврата в Сансару. То, что в течение одной жизни Наропа смог достичь полного Просветления, произошло потому, что он был в состоянии без всяких сомнений следовать за Тилопой. Это пример пути Ваджраяны. Если лама является квалифиицированным учителем, а ученик дисциплинированным, то создаются условия для достижения просветления в течение одной жизни.
Наропа провел следующие 3 года вместе с Тилопой, который обучал его йоге в различных ситуациях. После этого Наропа остался в Пулахари на 21 год. В течинии этого времени он обучал учеников. В 85 лет он ушел в чистую страну дакинь.
Существуют различные описания того, как Наропа оставил этот мир. Одни говорят, что его тело осталось, другие, что расстворилось. Очень близкие его ученики говорили: "Перед тем как умереть, он предстал в форме Хеваджры (одного из наиболее важных богов-защитников буддийской тантры) и в этой форме дал посвящение Хеваджры всем ученикам. После этого вся мандала Хеваджры расстворилась в нем, а его Хеваджра форма расстворилась в тибетской букве "А", которая также расстворилась. Так он ушел.
Наропа попросил посвящение, освобождающее сознание, вступление в Махамудру. Тилопа странно посмотрел на него и пошел прочь. Наропа последовал за ним.
Они вошли в храм, имевший много этажей. Тилопа стал подниматься вверх, а Наропа шел позади справа. Когда они достигли последнего этажа, Тилопа сел отдохнуть напротив стены. Он сказал: "Если я имею преданного ученика, он прыгнет вниз".
Наропа немедленно прыгнул. При падении он переломал все кости и лежал, корчась от боли, действительно страдая. Он думал: "Я не достиг Просветления в этой жизни". Он начал читать молитвы, которые должны были помочь встретить в следующей жизни Тилопу.
Пока он молился, возле него появился Тилопа и спросил : "Что случилось с тобой?" Наропа сказал: "Я прыгнул, потому что мой лама сказал сделать это, и теперь я лежу здесь, страдая от страшной боли с поломанными костями. Это ужасно. Я чувствую себя так, будто наполовину умер".
Тилопа ответил: "Ты знаешь, что тело, действительно, результат наших действий и наших разрушительных эмоций. Вот что создает физическое тело. Поэтому не так важно, имеешь ты его или нет. Однако у меня есть некоторые методы, полученные от Дакини". Он поводил рукой по коже Наропы и полностью вылечил его. После этого Тилопа дал ему все учения Демчог-Тантры. Затем он сказал Наропе: "То, что ты должен медитировать сейчас, освободит тебя от привязанностей сознания".
Наропа ответил: "Я знаю, что чтобы освободиться, я должен отбросить мое невежество. Я не могу понять, что все существует и не существует одновременно. Я знаю цель, но не путь. Что я должен делать?"
Тилопа ответил: "Ты должен понять, что идея о том, что все предметы существуют, неверна, и что идея, что все не существует, также неверна. Любое проявление - иллюзия. Ты должен сосредоточить свое сознание на понимании этой иллюзии, а это понимание заключается в непрерывности твоего сознания".
Наропа медитировал это один год. В течение этого времени Тилопа вел себя то как ребенок, то как сумасшедший. Он поступал очень странно. Никогда не было понятно, что он сделает. Тилопа вел себя так, чтобы показать, что все подобно иллюзии и нереально, независимо от того, здраво это или безумно.
Через год Тилопа пришел к Наропе и спросил: "Почему ты не просишь у меня дальнейших инструкций?"
Наропа тут же стал подносить ему мандалу и просить дальнейших наставлений. Снова Тилопа пошел прочь, а Наропа последовал за ним.
Они пришли на большое пустынное поле, в центре которого бушевал огромный огонь. Тилопа подошел к огню и сказал: "Если бы я имел действительно преданного ученика, он прыгнул бы в огонь". Наропа прыгнул в огонь и сильно обгорел. Его страдания были ужасны.
Тиопа подошел к нему и спросил: "Что случилось с тобой сейчас?" Наропа ответил: "Мое тело обожжено и мое сознание страдает". Тилопа ответил: "Сжечь привязанность к Эго хорошо, и я имею практику и наставления на равенство элементов". Он прикоснулся к его коже и полностью вылечил, после чего огонь исчез.
После этого Тилопа наставлял Наропу, что все имеет один вкус, нет различий между удовольствием и несчастьем, здоровьем и болезнью. Он обучил 6 видам равенства, в том смысле, что сущность всех явлений одна.
После этого Наропа оставался в лесу с Тилопой, который себя вел себя по-разному. Иногда он поступал как животное, иногда как великий йогин, иногда как сумасшедший. В течение этого времени Наропа занимался своей практикой. Иногда он ходил в ближайшую деревню за пищей и приносил ее Тилопе. Он также прислуживал ему.
Однажды, когда Наропа пошел в деревню, там собралось очень много народа из города. Он получил очень хорошую пищу, которую принес Тилопе. Тилопа был действительно доволен едой и сказал: "О, это чудесно- пища так хороша". Он много говорил и наслаждался мясом.
Наропа подумал: "Я так долго был с Тилопой, и это первый раз, когда он ведет себя как нормальный человек. Он, действительно, кажется, доволен тем, что я принес ему- он говорит со мной- он очень счастлив. Может быть я должен пойти и принести еще еды для него?"
Он спросил Тилопу, который сказал: "Просить пищу в качестве подаяния можно только 1 раз. Такова здешняя традиция. Если ты пойдешь, могут возникнуть проблемы. Но ты можешь пойти. Почемы бы нет? Возьми воду. Если что-либо произойдет, сбрызни водой. Если не поможет, возьми этот деревянный меч и сделай им 3 круга в воздухе. И все будет хорошо. Итак, иди и возьми пищу".
Наропа пошел в город и, так как он не мог просить снова пищу, он украл ее. Когда он попытался уйти, люди заметили, что он украл. Наропа брызнул водой и она превратилась в озеро, преградившее путь людям, преследовавшим его.
Когда он использовал меч, он превратился в заграждение, но так как оно было деревянным, людям было очень легко поймать его. Они развели огонь, чтобы сжечь заграждение. А потом поймали его и сильно избили. В конце концов, он возвратился к Тилопе избитым и израненым.
Тилопа сказал: "Нет проблем". Он сказал ему, что имеет наставления на различные передачи. Вначале он излечил Наропу, а затем дал наставления, называемые Умственное зеркало наставлений.
Наропа оставался с Тилопой и продолжал практику. Однажды Тилопа неожиданно пошел в место, где был очень глубокий пруд, кишащий пиявками. Наропа последовал за ним. Когда Наропа подошел к пруду, Тилопа сидел в глубокой медитации. Наропа подошел к нему, предложил мандалу, поклонился и попросил наставлений.
Тилопа сказал: "Если у меня хороший ученик, он должен стать мостом, чтобы я смог перейти пруд".
Наропа немедленно лег так, чтобы Тилопа по нему смог перейти на другой берег. Когда он переходил, он тяжело ступал по спине Наропы, а в конце прыгнул. Наропа упал в пруд. Это был страшный опыт. Вода была ледяной, и он чуть не утонул. Его тело покрыли пиявки, сосавшие кровь.
Тилопа спросил его: "Что случилось? Это неприятно?"
Наропа ответил: "Да, это очень болезненно. Пиявки едят меня и очень холодно. Это ужасно."
Тилопа сказал: "Нет проблем. Я могу дать тебе наставления, которые помогут тебе согреться и не чувствовать любую боль. Я имею наставления по Внутреннему Теплу, основанному на пустоте". Тилопа вылечил Наропу и затем дал ему полную передачу практики Тумо (Йога Тепла, о ней можно посмотреть в материале "О кундалини Йоге").
Пока Наропа практиковал Тумо, прошел второй год. Тилопа, как обычно, вел себя странно. Снова Наропа предложил мандалу Тилопе и попросил больше наставлений. Тилопа сказал ему взять 10 кусков бамбука, положить на них топленное масло, нагреть очень сильно и заострить их. Затем, Тилопа взял наточенные палочки и вонзил их в тело Наропы. После этого он пошел прочь. Наропа почувствовал страшную боль.
Когда Тилопа вернулся, он спросил Наропу: "Что с тобой случилось?" Наропа ответил: "Я пронзен бамбуковыми палочками и это очень больно. Я думаю, что, наверное, умру."
Тилопа положил на него руку и боль,и раны исчезли. Затем Тилопа передал Наропе учение об Иллюзорном Теле.
Наропа практиковал эти учение один год. В течение этого времени Тилопа вел себя как обычно.
На следующий год Тилопа пришел к Наропе и глядя на него спросил: "Хочешь ли ты попросить у меня наставлений?"
Наропа быстро встал, сделал простирания перед Тилопой и попросил наставлений. Тилопа повернулся и пошел. Наропа последовал за ним и вскоре они подошли к большой равнине, покрытой песком. Невдалеке они увидели человека, гуляющего по песку.
Тилопа сказал: "Если у меня хороший ученик, он должен пойти и схватить этого человека, иначе тот принесет мне вред".
Наропа пошел ловить, но не сумел. Он бегал за ним, но никак не мог его схватить. В конце концов Наропа обессиленный упал на землю.
Тилопа подошел к нему и спросил: "Что случилось?" Наропа рассказал, что он пытался схватить человека, но тот постоянно ускользал от него, словно это был фантом или мираж.
Тилопа сказал: "Это подобно Сансаре. Все пытаются достичь того, что на самом деле не существует. Это проблема Сансары. Сейчас я дам тебе инструкции по Йоге Сновидений - что все подобно сну". Затем Тилопа передал наставления по Йоге Сновидений (об этой йоге смотрите. в материале "О кундалини Йоге")
Еще год Наропа практиковал Йогу Сновидений. В течение этого времени Тилопа пребывал в медитации. Он не ел и не говорил. Через год Тилопа ушел. Наропа последовал за ним, предложил мандалу и попросил дальнейших наставлений. Но Тилопа ничего не ответил. Они пошли дальше, и навстречу им попалась свадебная процессия сына министра.
Тилопа увидел ее и сказал Наропе: "Если бы у меня был хороший ученик, он бы пошел и стащил с лошади жениха. Он должен схватить за волосы невесту и попытаться получить ее".
Наропа ничего не ответил и сделал, как сказал Тилопа. Конечно, люди избили Наропу. Тилопа подошел к Наропе, который еле дышал. Он коснулся его и снова излечил его раны. В это время он передал ему учения Ясного Света.
Следующий год они провели вместе, и Наропа практиковал Йогу Света . Тилопа вел себя забавно, то как ребенок, то как сумасшедший.
Когда Наропа попросил дальнейших наставлений, Тилопа только сказал, что каждый, кто хочет больше наставлений должен пойти прямо за ним. Затем они двинулись в путь, и Наропа шел за Тилопой. Так они шли долое время, пока не повстречали процессию с королем и королевой. Тилопа сказал: "Еслии бы у меня был хороший ученик, он бы скинул короля с лошади".
Наропа сделал это, и в результате чуть не умер. Тилопа подошел к нему, излечил все раны и сказал: "Причина, по которой тебе еще больно, состоит в том, что ты еще не расстворил свое Эго. Ты еще цепляешься за свое Я. Сейчас я дам тебе Пхова". Итак, следующий год Наропа практиковал Пхова (Йогу перенесения сознания).
Через год Наропа пришел за дальннейшими инструкциями к Тилопе. На большой поляне они встретили принца с несколькими слугами, которые расположились на пирушку.
Тилопа сказал Наропе: "Пока еще не очень много народа. Ты должен пойти ударить принца, забрать его украшения и затем вернуться ко мне. Если возникнут проблемы, позови меня".
Наропа избил принца, забрал его украшения и побежал назад. Но слуги принца и множество солдат, бывшие неподалеку, побежали вслед.
Наропа закричал: "Тилопа, помоги мне, защити меня!" Когда он добежал до Тилопы, солдаты догнали его. Тилопа спросил солдат: "Что он сделал?" Они ответили: "Он ударил принца и украл его украшения". Тилопа ответил: "Это очень плохо. Мы должны наказать его". Вместе они избили Наропу до полусмерти.
Затем Тилопа спросил его, что произошло.
Наропа сказал: "Меня избили, и хотя ты обещал помочь мне, ты не сделал этого. Я думаю, что сейчас умру."
Тилопа вылечил его и затем дал ему Пхова Донджуг (тип Пхова, в которой вы отправляете ваше сознание в другое существо, которое только что умерло).
Наропа занимался этой специальной практикой в течении года и затем снова пришел к Тилопе за инструкциями.
Тилопа приказал Наропе жениться на девушке, которая практиковала Дхарму. Следуя его совету, Наропа женился. Первое время они нравились друг другу, но затем проблемы возросли, и они часто ругались. Наропа испытывал очень сильное беспокойство из-за этой ситуации. В это время к нему пришел Тилопа и спросил, чем тот обеспокоен. Наропа объяснил, что они с женой переживают очень трудное время.
Тилопа ответил: "Эти проблемы происходят из-за твоих фиксированных идей, что все двойственно. Ты должен отказаться от двойственного мышления и гнева и опереться на тантрическую супругу".
Тилопа затем передал Наропе наставления по практике Кармамудры.
В следующий раз, Тилопа сказал Наропе, что тот нарушил монастырские обеты, так как имеет сексуальный контакт со своей женой. Поэтому, он должен наказать себя. В результате чего, Наропа взял камень и бил им по своим половым органам до тех пор, пока не потерял сознание. Тилопа полностью его вылечил.
Тилопа попросил у Наропы в качестве подношения его жену. Наропа сделал это, и его жена осталась на некоторое время с Тилопой. Однако, она занималась еще любовью и с Наропой, что очень разгневало Тилопу и он избил их обоих. Тем не менее, Наропа не потерял веры в Тилопу.
В результате Тилопа дал ему учение Махамудры Сияющей Мудрости.
Тилопа пошел прочь и Наропа последовал за ним. Они шли очень долго, и когда Наропа начал уставать, Тилопа сел. Наропа предложил ему мандалу, но в том месте было очень пыльно. Воды не было, поэтому невозможно было смыть пыль.
Тилопа сказал: "Используй для этого свою кровь".
Наропа порезал себя и своей кровью окропил землю, чтобы очистить ее от пыли. Так он предложил тело мандалы.
Тилопа дал ему наставления по Бардо.
Наропа практиковал это учение в течении года. Однажды они пришли к реке и Наропа попросил дополнительных наставлений. И он получил последние инструкции. Тилопа взял его туфлю и ударил ею Наропу по голове, сказав, что учить больше нечему. "Последнее освобождение в твоем собственном сознании".
В этот момент последние затемнения растворились в сознании Наропы. Наропа осознал Махамудру. 12 лет Наропа провел с Тилопой, получая и практикуя его наставления, которые являлись методами, помогшими ему преодолеть все трудности. В течение этого времени он преодолел 12 основных препятствий и достиг состояния, из которого не было возврата в Сансару. То, что в течение одной жизни Наропа смог достичь полного Просветления, произошло потому, что он был в состоянии без всяких сомнений следовать за Тилопой. Это пример пути Ваджраяны. Если лама является квалифиицированным учителем, а ученик дисциплинированным, то создаются условия для достижения просветления в течение одной жизни.
Наропа провел следующие 3 года вместе с Тилопой, который обучал его йоге в различных ситуациях. После этого Наропа остался в Пулахари на 21 год. В течинии этого времени он обучал учеников. В 85 лет он ушел в чистую страну дакинь.
Существуют различные описания того, как Наропа оставил этот мир. Одни говорят, что его тело осталось, другие, что расстворилось. Очень близкие его ученики говорили: "Перед тем как умереть, он предстал в форме Хеваджры (одного из наиболее важных богов-защитников буддийской тантры) и в этой форме дал посвящение Хеваджры всем ученикам. После этого вся мандала Хеваджры расстворилась в нем, а его Хеваджра форма расстворилась в тибетской букве "А", которая также расстворилась. Так он ушел.
Великие Мастера Буддизма.
ТИЛОПА (988-1069)
Тилопа родился в Бенгалии в семье брахмана. "Согласно Паво Цуклаку, когда Тилопа был ещё ребёнком, он имел видение дакини, сказавшей ему: "Я Ваджраварахи, твоя мать, Чакрасамвара – твой отец, а ты сам – Ваджрадхара". Лишь гораздо позже Тилопа стал способен понять значение этого видения.
Тилопа стал бхикшу в монастыре Сомапури и принял имя Праджнябхадра. В течение нескольких лет он был занят изучением Махаяны, пока не вступил в Ваджраяну посредством другой неожиданной встречи с дакини, которая помогла ему преодолеть ограниченности сверхинтеллектуализированного подхода к Дхарме.
Однажды, когда Тилопа изучал текст, он был прерван появлением дакини в форме безобразной женщины с синей кожей, которая потребовала, чтобы он рассказал ей о предмете своих занятий. Когда он ответил, что предмет – философия Махаяны, ведьма накинулась на него со словами: "В Махаяне много слов, и препятствий много- в Ваджраяне слов мало, и трудностей немного". Как только дакини произнесла эти слова, мандала Чакрасамвары появилась в небе перед Тилопой, и сами божества мандалы дали ему посвящение. Тилопа был настолько потрясён этим событием, что оставил монастырь и в последующие годы стал странствующим йогином, путешествующим по Индии. От многочисленных учителей он получал абхишеки (посвящения), передачу текста и устные пояснения, заключавшие в себе "четыре линии объявлений":
Объявление "Отцовской тантры" через Сараху, Нагарджуну, Арьядеву, Чандракирти, Матанги, Тилопу-
Объявление Махамудры через Сараху, Луйипу, Тенги, Дарику, Дакиню Шукрадхари, Тилопу-
Объявление сна и промежуточного состояния через Домби, Винапу, Лавапу, Индрабхути, Тилопу
Объявление жара, через Дакиню Сумати, Танглопу, Шинглопу, Карнарипу, Джаландхари, Кришначарью, Тилопу.
После нескольких лет медитаций Тилопе его учителем Матанги было приказано практиковать фазу "действия". В течение следующих двенадцати лет он оставался в Бенгалии, зарабатывая на жизнь выжимкой кунжута- от этого занятия он и получил имя "Тилопа"- в то же самое время ночью он работал как слуга проститутки. Когда прошёл этот двенадцатилетний период, духовное развитие Тилопы достигло такого уровня, что компаньоны стали воспринимать его в различных формах. Один видел его как пылающую форму в центре двенадцати меньших огней, другой видел его как монаха, кто-то – как йогина, тогда как другие видели его окруженным толпой молодых женщин. Празднуя свою реализацию, Тилопа пел:
Как масло – сущность кунжута,
Так природная мудрость – врождённа.
Хотя она есть в сердце всех существ,
Её не реализовать, если не подскажет гуру.
Слушавшая это публика была немедленно перенесена в царство дакинь. Его реализация дала ему силы для работы с другими, и Тилопа снова начал путешествовать по Индии. На западе он победил небуддийского йогина Мати в соревновании по чародейству- тогда он скакал на льве и управлял движением солнца и луны, а также показал внутреннюю часть своего тела: там был космос. На юге он столкнулся с теистическим философом, который в дебатах победил многих буддийских ученых. Неспособный противостоять силе Тилопы, обратившийся в буддизм философ начал усердно практиковать методы и в конце концов стал сиддхой. На востоке Тилопа покорил могучего мага, который стал его учеником и в смерти достиг радужного тела. В Центральной Индии Тилопа обратил трактирщика Сурьяпрабху, превратив вино в нектар. На севере он положил конец серии убийств, обратив преступников, которые стали его учениками. В Шринагаре он смирил гордого музыканта, после чего тот тоже стал его учеником. Вернувшись ещё раз на юг, Тилопа победил материалистического философа, объяснив, что такое карма.
Несколько позже дакини открыла Тилопе, что он готов к путешествию в страну дакинь. Она сказала ему, что ему потребуются три вещи, чтобы обеспечить себе успех: стеклянная лестница, мост, сделанный из драгоценностей и ключ острой травы. Тилопа без колебаний пошёл на эти поиски, вступив в самосущий дворец Чакрасамвары в стране Оддияна, и обнаружил там, что его путь прегражден группой плотоядных дакинь. Не устрашившись, он победил их, при помощи стеклянной лестницы взобравшись на железную стену, окружавшую дворец. Затем он пересёк дворцовый ров с помощью драгоценного моста. В этот момент Тилопа встретил вторую группу дакинь, появившихся в облике женщин низких каст- в действительности они были министрами самой королевы. Преодолев их, Тилопа использовал ключ острой травы и вошёл во дворец, где получил доступ к внутреннему святилищу королевы дакинь, Ваджрайогини, "королевы дхармакайи". Тилопа вошёл в мандалу королевы, и она немедленно провозгласила: "Ты – Чакрасамвара". Затем она дала ему абхишеки "вазы", "тайны", "мудрости" и "четвёртую". Во время каждой абхишеки он получал инструкции по всем фазам практики. В дополнение к абхишекам Тилопа получил передачу учений "линии нашёптывания".
У Тилопы было три главных ученика: Наропа, Ририпа и Кашорипа, но так как Марпе Лоцаве, тибетскому основателю традиции Кагью, передал учение Наропа, поэтому он является второй фигурой "близкой линии".
Великие Мастера Буддизма.
Нечеловеческий учитель
Святой Тилопа стал знаменит, получив учения прямо от Дакини Мудрости в Уддияне. Когда его спрашивали, кто был его гуру, Тилопа отвечал:
У меня нет человеческого учителя-
Мой Лама - Всевышний.
Глядя вниз с небес, Дакини сказала:
Тилопа, осознавший две истины
И опытный в пяти аспектах знания,
У тебя нет учителя-человека-
Твой гуру - Всевышний.
Когда люди слышали, что у Тилопы нет человеческого гуру, они теряли к нему доверие.
Прекращение недоверия: Тилопа показывает, что у него есть человеческий учитель
Великий йогин Тилопа получил две линии Будды, и четыре линии достигших Освобождения йогинов. Таким образом, он держал шесть линий. Среди линий Будды, которые он получил от Ваджрайогини, матери Будд Трех Миров, были учения линии слушания, которые не записывались. Их он получил в Уддияне на севере. Он также получил и реализовал тантру секретной мантры от Ваджрапани на Кладбище Горящего Пламени на востоке. У четырех йогинов, он получил следующие учения:
Учения Арьи Нагарджуны
В Бхалента на юге, когда Тилопа был там пастухом, Нагарджуна практиковал с целью обрести драгоценную вазу достижения. После того как ему это удалось, к нему пришел Тилопа и получил наставления Йоги Света и Йоги Иллюзорного Тела из отцовской тантры Гухьясамаджи. Нагарджуна назначил Тилопу царем той местности, и поэтому его звали Нада Тило. Вне царства жило много неверующих, но внутри - каждый чувствовал сильную приверженность Тилопе. Верхом на слоне, вооруженный мечом и щитом, он порубил все деревья, приговаривая: "Выходите на битву." Однажды, все деревья, также как и трава и кусты, стали солдатами. В результате, те, кто первоначально не имел доверия к Тилопе, развил глубокую приверженность ему. Когда произошло нападение персов на их страну, Нада Тило наделил своих подданных бесстрашием. Забравшись на гигантский ствол, он стал излучать из щита яркий свет, который ослепил целую армию, вместе с лошадьми и слонами. Когда он вынул меч, люди без оглядки разбежались:
Заканчивайте битву Дуруки,
Щит и меч достигли своей цели.
Учения Лавапы
От Ролпая Дордже, ученика Лавапы, Тилопа получил наставления по Йоге Света И Бардо-Йоге из учения Хеваджры.
Учения Луипы
Тилопа получил все учения Чакрасамвары от Нампар Гьялвы линии Луипы.
Учения Великого Брамина Сарахи
Тилопа получил все учения Махамудры от Шавари. Это учение линии получено от четырех йогинов. Некоторые говорят, что от Дакини Калвазангмо он получил наставления по Кармамудре, Пхова, и Бардо из "Домпа Гьятсо Тантры", что от ачарьи Чарьявы он получил наставления по Туммо, практике основания, пути и результата из "Чакрасамвара Тантры".
Чарьява, Лудруб, Лавапа и Калвазангмо -
Четыре ламы моей линии.
Достижение возможности постоянного пребывания на небесах
На востоке Тилопа достиг Освобождений, когда толок семена кунжута. Он спел такую песню:
Невежды не знают,
Что масло - суть семени кунжута-
Также, не зная ветвей взаимозависимости,
Они не могут вылушить их сущность.
Подобно этому, мудрость
Живет в сердце каждого живого существа,
Однако ее не дано осознать,
Если она не указана Ламой.
Давление на скорлупу кунжута
Высвобождает его сущность-
Так и смысл нашей сущности
Раскрывается в наставлениях Ламы.
Превращенный в одну природу,
Он неразделимость всех предметов.
Кьехо! Чудесно видеть ясно в такой момент
Глубину смысла,
До которого другие пути далеки,
Нет надобности в мудрости противоядия,
Нет пути или этапов, которые необходимо пройти-
Нет цели, которую нужно достичь.
Выслушав эти учения, огромное собрание под началом пяти глав Пантсапаны мгновенно достигли Освобождения от мирских желаний, и все достигли небес. Таким образом, все то место опустело от обитателей.
Замечательная способность, при помощи которой Тилопа победил могущественного йогина
Царь Меток Лингпа попросил от имени своей матери, всех пандитов и йогинов совершить угощение ганачакры. Те были согласны, что это высочайший путь накопления добродетели, и все пришли и построили мандалу. Когда могущественный йогин, который вел собрание, сел на трон, посреди присутствующих возникла женщина безобразной внешности и, указав на него, сказала: "Ты не можешь вести медитацию." Тогда собрание спросило: "Кто должен вести?" Она ответила: "Мой брат." "Где он теперь?"- они спросили. "Он на горящем кладбище." Собрание порешило разыскать его, его нашли висящим на лошадином хвосте, который был привязан к пальцам трупов, сваленных на ветвях дерева. Он был голубого цвета, с кровавыми
выкатившимися глазами, в одной лишь нижней одежде из хлопка. Они попросили его прийти на пир, а когда он явился, он и йогин сели на трон и принялись состязаться. Каждый построил алтарь для поклонения и затем попытался разрушить алтарь соперника своими чудесными силами. Тилопе удалось разрушить алтарь йогина, а йогин не смог разрушить алтарь Тилопы. Оба проявились во множестве разнообразных форм, и каждая несла на спине труп. Трупы затем превратились в угощения ганачакры. В медитации Тилопа перенес все трупы с кладбища, а йогин не смог сделать того же. Потом Тилопа вывернул свое тело наизнанку и из каждой поры произвел дворец божеств мандалы, полный кладбищами. Он так же сотворил Джамбудвипу, в которой находилось множество Будд, приносящих благо всем живым существам. Затем, катаясь на снежных львах, он стащил солнце и луну вниз на землю и проскакал галопом над ними. Йогин был не в состоянии смотреть на это поражение, и тем самым возвысился до огромной приверженности Тилопе. Все спрашивали: "Кто этот поразительный йоги?" Тилопа отвечал:
Я - Тилопа, достигший Освобождения йогин,
Не прилагающий усилий, что бы ни делал.
Потом он провел медитацию, а другой йогин повинился, испросив у Тилопы учения. Могущественный йогин Лодре теперь в стране Уддияна.
Покорение практикующих ложные учения
Видя, что практикующий ложное учение вредит учению Будды, Тилопа сказал себе: "Настало время укротить это существо." Поэтому он согласился вступить в диспут, исход которого решил бы чей путь будет преобладать. В качестве медитатора на этом диспуте о языке, логике и другим предметам присутствовал царь. Как и раньше, в построении и разрушении алтаря мандалы, практикующий ложное учение остановил движение солнца, а Тилопа заставил солнце закатиться. Тилопа сказал: "Сорви запоры и вступай на мой путь." Но йогин разозлился и испустил на него пламя, сказав:
Я могу сотрясти три мира-
Нет такого йогина, которого я не мог бы испугать.
Тилопа сотворил еще большее пламя, и послал как свое так и пламя еретика обратно к нему. Таким образом все вещи и даже косматые волосы практикующего ложное учение, сгорели.
Я Тилопа,
Который достиг всеведения.
Практикующий ложное учение развил огромную приверженность, и вместе со всеми своими последователями сделал простирание, подношение мандалы и попросил учения. Таким образом, все собравшиеся достигли Освобождения. Практикующий ложное учение стал известен как йогин Накпо Кева, и после этого жил на Центральном Лесном Кладбище.
Встреча с хозяйкой кабака
Однажды, войдя в кабак, Тилопа сказал: "Принесите мне пива." Хозяйка ответила: "Сначала заплати." Тилопа провел линию на земле, сказав: "Когда солнце перейдет эту линию, я дам тебе деньги." По мере того, как он пил пиво, он преобразовывался когда в кота, когда во всевозможных йогинов, а когда в свою первоначальную форму. Так он выпил содержимое семи подвалов. Когда его снова спросили о деньгах, он вошел в самадхи и сотворил достаточно бочек пива, чтобы заменить те, которые он выпил. Он остановил ход солнца, и все пиво было продано. Таким образом, хозяйка и ее компаньоны развили громадную приверженность. Обращаясь к Тилопе, она сказала:
Ты драгоценное существо,
Поэтому позволь нам быть твоими учениками.
Он передал тогда учения и практики Ваджрайогини, засчет чего хозяйка и другие существа достигли Освобождения в этой же жизни. С того дня хозяйка стала называться Йогини Ньимай Од и жить на кладбище Сосалинга.
Подчинение колдуна
Царь Сосалинга и колдун Ракья Дева враждовали. Поэтому колдун послал волшебную армию, чтобы захватить людей вокруг дворца. Царь, осознав, что стал жертвой колдовства, встревожился и созвал министров решить, как поступить. Как раз тогда между ними появилась женщина, спросив: "Зачем вы собрались здесь?" Они ответили: "Мы пытаемся придумать способы прекратить эту войну." Она сказала: "Я знаю что делать- пошли к царю". В присутствии Царя она предложила попросить помощи у Тилопы. Посредством самадхи, Тилопа сотворил несметное число армий, которые разгромили врага и поймали колдуна. Колдун сказал:
Драгоценный, ты полагаешься на учения,
Поэтому, как ты мог дать произойти такому уничтожению.
Тилопа ответил:
Убийство магических существ - не грех,
Потому что у них нет ума.
Таким образом, колдун развил приверженность Тилопе и попросил у него учения. С этого дня он стал известен как йогин Лучье Денма и стал проживать на кладбище Хаха.
Проявление многочисленных форм
Тилопа проявлялся как охотник и мясник, которые своей активностью привели к тому, что остальные охотники и мясники в области лишились средств к существованию. Но до конца осознав предельное, он знал, что нет ничего, что можно убить.
Явная демонстрация закона причины и следствия
Практикующий ложное учение, придерживавшийся взглядов Локаяты (атеисты древней Индии), проповедовал эту доктрину людям страны Рода. Буддийский ученый опроверг все его аргументы, сказав, что существует закон причины и следствия. Но не было решено, который из двух прав, потому что не было судьи. Когда Тилопа прибыл в разгаре спора, люди попросили его быть судьей. К концу Тилопа сказал: "Тот, кто признает закон причины и следствия - победитель." Тогда практикующий ложное учение возразил: "Я желаю поспорить с тобой." Тилопа разгромил его своими сверхобычными постижениями и дал ему учение. Тогда практикующий ложное учение сказал: "Так как я не вижу причину и следствие непосредственно, я не принимаю твою доктрину. Если она верна, пожалуйста, покажи мне это прямо. Только тогда я приму учение Будды." Щелчком пальцев Тилопа показал практикующему ложное учение огненные пытки миров ада. Практикующий ложное учение увидел медный чан, наполненный расплавленным металлом, но в котором не было людей. Он спросил тюремщика ада: "Почему нет существ в этом котле?" Мужчина ответил: "В стране Рода в Джамбудвипе есть практикующий ложное учение, который не верит в закон причины и следствия, и который накапливает плохую карму, распространяя неправильные взгляды. После его смерти мы сварим его в этом котле." Практикующий ложное учение тогда сказал Тилопе: "Может быть и правда, что рождаются в аду из-за плохой кармы, но, может быть, совсем необязательно совершать добродетельные поступки?" Тилопа сказал: "Подойди, я покажу тебе." В одно мгновение Тилопа перенес его на Небо Тридцати Трех Богов. Там, в каждом из дворцов бога находилась божественная пара - бог и богиня. В одном дворце, однако, была лишь богиня в одиночестве. Еретик спросил: "Почему у тебя нет супруга?" Богиня прямо ответила: "В Джамбудвипе есть существо, которое как раз сейчас меняет свою точку зрения, понимая закон причины и следствия, отказываясь от недобродетельных поступков и практикуя добродетельные поступки. После смерти он переродится здесь." Таким образом, практикующий ложное учение развил глубокую приверженность. Тилопа сказал: "Грешные существа, побуждаемые плохой кармой, терпят явления ада, созданные сознанием, но добродетельные существа, побуждаемые хорошей кармой, наслаждаются явлениями высших миров, созданными сознанием." Затем Тилопа дал ему учение засчет чего тот достиг Освобождения. С того дня, тот практикующий ложное учение стал прозываться йогином Дина и проживать в Палкирьи.
Подчинение мясника
Мясник убивал много животных и давал их мясо своему сыну. Тилопа, видя что настало время обуздать его, превратил готовое мясо в тело сына мясника, тем временем спрятав самого сына. Когда мясник снял крышку с кастрюли и увидел тело своего сына, он возопил. Тилопа сказал: "Если ты прекратишь убивать, я верну тебе сына." Мясник согласился и Тилопа привел его сына. Мужчина отмыл свою плохую карму, пообещав больше не делать никаких неправильных действий, и развил приверженность. Тилопа дал ему учение, засчет чего тот достиг Освобождения, говоря:
Результат твоих негативных действий
Вернется к тебе.
Таким способом Тилопа выбрал его своим учеником. С того дня человек стал йогином Дечье Гава и стал жить в земле Ракшасов.
Подчинение певца
Жил как-то искусный певец, у которого была привычка развлекать толпы людей. Тилопа сказал этому человеку: "Зачем ты так завываешь?" Певец разозлился и ответил: "Давай посоревнуемся в пении." Певец знал лишь мирские песни. Просветленным голосом Тилопа пропел множество божественных песен. Певец развил глубокую приверженность Тилопе и попросился быть его учеником.
Откуда, драгоценный, ты пришел?
Ты покорил меня.
Тилопа ответил:
Я певец Тилопа
Населяю весь мир Брахмы.
Я пришел сюда как прекрасный певец-
Сейчас я ухожу без направления.
Затем Тилопа дал ему учение, засчет чего тот достиг Освобождения. С того дня человек стал известен как йогин Йангдан и стал проживать в Нагаре.
Подчинение влиятельного
Человек по имени Ньима имел такое влияние, что мог связывать разные явления. Множество людей собиралось вокруг него, хотя он и пугал их своей силой. Тилопа изобразил притворную злость на него, в ответ человек сделал против него заклинание. Тогда Тилопа убил защитника учения, которое практиковал тот человек, и всю его свиту. Мужчина страдал так сильно, что Тилопа посмотрел на него с глубоким сочувствием, сказав: "Я счастлив, потому что я победитель, а ты страдаешь, потому что твоя свита мертва. Однако другие также страдают из-за твоих неправильных действий. Если ты пообещаешь перестать накапливать плохую карму, у меня найдется способ воскресить мертвых." Человек согласился, и Тилопа вернул обратно сознание тем, кто был убит.
Таким образом, тот развил сильную приверженность Тилопе. Тилопа сказал:
Я, достигший Освобождения йогин Тилопа,
Никого не убивал.
Потом он дал человеку учение, засчет чего тот достиг Освобождения. С этого дня тот стал называться йогином Ньида и жить в городе, известном как И Ми Цундха.
II Проявление в качестве воплощения Чакрасамвары
Тилопа принял обеты монаха в храме на землях Пылающего Кладбища в Лакшетре, в саду Ашоки, близ реки Саланади, потому что настоятелем там был его дядя, а Ачарьей - его мать. Его назвали Бхикшу Калапа. Утром он медитировал в маленькой хижине- по вечерам монахи собирались и читали ритуальные молитвы. Временами они должны были делать монашеские практики очищения. Также монахи наказывались за нарушение дисциплины. Тилопа делал противоположное: рано утром он убивал массу саранчи на дороге, отделял головы от тел и собирал в две кучи- вечером ходил в кабак и ел оставшийся от приготовления пива ячмень. Его дядя, Даве Чжонну, который отвечал за монастырь, не мог более терпеть такое поведение. Он и другие служащие монастыря разговаривали с Тилопой в частном порядке и предлагали прекратить не принятое в монастыре поведение. Они также предупредили, что если он пропустит следующую практику очищения, он будет серьезно наказан. Но Тилопа пошел и убил еще больше саранчи. Как-то его увидел Царь, который совершал путешествие в этот монастырь на церемониальные молитвы. Царь был так потрясен, что спросил: "Кто твой наставник и кто Ачарья?" Тилопа ответил:
Место - сад Ашоки
Мой дядя - наставник, а моя мать - Ачарья.
Я - Бхикшу Калапа.
Много миллионов кальп назад
Я разговаривал с Победителем в Истине Сакьямуни,
Нагарджуной, Арьядевой и Ваджрадхарой.
Я совершил путешествия в сотни земел Будд
И я видел сотню лиц Будды.
Я достиг уровня блаженства.
Я понял взаимозависимость причины и результата.
Я получил опыт Дхармакаи Дхарматы.
Даже великий Сараха
Не может сравниться со мной по уровню.
Я не убил ни одно живое существо.
Так он пел, и щелчком пальцев заставил всех кузнечиков вернуться к жизни и улететь в свет. Тогда все поняли, что Тилопа - воплощение Чакрасамвары. Он стал известен повсюду и каждый чувствовал глубокую приверженность ему.
III Проявление в качестве самого Чакрасамвары
Послушный Тилопа пошел нищенствовать, читая молитвы. Увидев его, Царь Дава почтительно сделал подношение и расспросил о его родителях и других подробностях. Тилопа сказал:
Я Тилопа,
Рожден в семье Браминов,
Без отца или матери.
У меня нет ни Аббата, ни Ачарьи-
Я саморожденный Будда.
У меня нет духовного наставника.
Мои знания об искусствах, звуке и логике
Возникли сами.
Я неотделим от тела, речи и мудрого ума
Чакрасамвары.
Таким образом, стало широко известно, что он - сам Чакрасамвара.
IV Проявление в качестве воплощения всех Будд
Царь Меток Лингпа, который чувствовал глубочайшую приверженность Тилопе, был принят Тилопой в качестве ученика и достиг Освобождения. Царь исполнил огромную ганачакру, пригласил пандитов и практикующих и построил мандалу. Когда Тилопу попросили вести собрание, гости погрузились в самадхи, у каждого было свое видение Тилопы. Когда они спросили, кто он на самом деле, он отвечал: "Я в точности тот, кого вы видели."
Мое тело - Хеваджра-
Моя речь - Махамая-
Мой ум - Чакрасамвара-
Мои конечности - Драгьюнакпо-
Мои пальцы - Ваджрабхайрава-
Мои каналы - четырехместная ваджра-
Мои ветра - ваджрная мала-
Мои капли - тайное сокровище-
Моя ушниша - Сангье Тхепа-
Все это вместе - Калачакра,
Великое блаженство Сангье Ньямджор.
Мой ум - божественная мудрость,
Самопроявляющийся в первый момент,
Я нерожденный Будда прошлого
Непрекращающийся в следующий момент,
Я Будда, еще не рожденный и непоявляющийся,
Спонтанно установленный в третий момент,
Я нерожденный Будда настоящего.
Мои поры - безграничные поля Будд.
В них находится тело, речь и мудрый ум
Будд Трех Миров.
После чего он проследовал в Монастырь с украшенным коньком.
Все йогины узнали о его славе и признали его как воплощение Будд Трех Миров. Он стал называться Праджнябхадрой. Его тайное имя было Дечен Дордже (Ваджра Блаженства). Его так же называли Тхог Мед Дордже (Безграничная Ваджра), Девай Кхерло (Колесо Блаженства), Калапа и Тилопа.
Святой Тилопа стал знаменит, получив учения прямо от Дакини Мудрости в Уддияне. Когда его спрашивали, кто был его гуру, Тилопа отвечал:
У меня нет человеческого учителя-
Мой Лама - Всевышний.
Глядя вниз с небес, Дакини сказала:
Тилопа, осознавший две истины
И опытный в пяти аспектах знания,
У тебя нет учителя-человека-
Твой гуру - Всевышний.
Когда люди слышали, что у Тилопы нет человеческого гуру, они теряли к нему доверие.
Прекращение недоверия: Тилопа показывает, что у него есть человеческий учитель
Великий йогин Тилопа получил две линии Будды, и четыре линии достигших Освобождения йогинов. Таким образом, он держал шесть линий. Среди линий Будды, которые он получил от Ваджрайогини, матери Будд Трех Миров, были учения линии слушания, которые не записывались. Их он получил в Уддияне на севере. Он также получил и реализовал тантру секретной мантры от Ваджрапани на Кладбище Горящего Пламени на востоке. У четырех йогинов, он получил следующие учения:
Учения Арьи Нагарджуны
В Бхалента на юге, когда Тилопа был там пастухом, Нагарджуна практиковал с целью обрести драгоценную вазу достижения. После того как ему это удалось, к нему пришел Тилопа и получил наставления Йоги Света и Йоги Иллюзорного Тела из отцовской тантры Гухьясамаджи. Нагарджуна назначил Тилопу царем той местности, и поэтому его звали Нада Тило. Вне царства жило много неверующих, но внутри - каждый чувствовал сильную приверженность Тилопе. Верхом на слоне, вооруженный мечом и щитом, он порубил все деревья, приговаривая: "Выходите на битву." Однажды, все деревья, также как и трава и кусты, стали солдатами. В результате, те, кто первоначально не имел доверия к Тилопе, развил глубокую приверженность ему. Когда произошло нападение персов на их страну, Нада Тило наделил своих подданных бесстрашием. Забравшись на гигантский ствол, он стал излучать из щита яркий свет, который ослепил целую армию, вместе с лошадьми и слонами. Когда он вынул меч, люди без оглядки разбежались:
Заканчивайте битву Дуруки,
Щит и меч достигли своей цели.
Учения Лавапы
От Ролпая Дордже, ученика Лавапы, Тилопа получил наставления по Йоге Света И Бардо-Йоге из учения Хеваджры.
Учения Луипы
Тилопа получил все учения Чакрасамвары от Нампар Гьялвы линии Луипы.
Учения Великого Брамина Сарахи
Тилопа получил все учения Махамудры от Шавари. Это учение линии получено от четырех йогинов. Некоторые говорят, что от Дакини Калвазангмо он получил наставления по Кармамудре, Пхова, и Бардо из "Домпа Гьятсо Тантры", что от ачарьи Чарьявы он получил наставления по Туммо, практике основания, пути и результата из "Чакрасамвара Тантры".
Чарьява, Лудруб, Лавапа и Калвазангмо -
Четыре ламы моей линии.
Достижение возможности постоянного пребывания на небесах
На востоке Тилопа достиг Освобождений, когда толок семена кунжута. Он спел такую песню:
Невежды не знают,
Что масло - суть семени кунжута-
Также, не зная ветвей взаимозависимости,
Они не могут вылушить их сущность.
Подобно этому, мудрость
Живет в сердце каждого живого существа,
Однако ее не дано осознать,
Если она не указана Ламой.
Давление на скорлупу кунжута
Высвобождает его сущность-
Так и смысл нашей сущности
Раскрывается в наставлениях Ламы.
Превращенный в одну природу,
Он неразделимость всех предметов.
Кьехо! Чудесно видеть ясно в такой момент
Глубину смысла,
До которого другие пути далеки,
Нет надобности в мудрости противоядия,
Нет пути или этапов, которые необходимо пройти-
Нет цели, которую нужно достичь.
Выслушав эти учения, огромное собрание под началом пяти глав Пантсапаны мгновенно достигли Освобождения от мирских желаний, и все достигли небес. Таким образом, все то место опустело от обитателей.
Замечательная способность, при помощи которой Тилопа победил могущественного йогина
Царь Меток Лингпа попросил от имени своей матери, всех пандитов и йогинов совершить угощение ганачакры. Те были согласны, что это высочайший путь накопления добродетели, и все пришли и построили мандалу. Когда могущественный йогин, который вел собрание, сел на трон, посреди присутствующих возникла женщина безобразной внешности и, указав на него, сказала: "Ты не можешь вести медитацию." Тогда собрание спросило: "Кто должен вести?" Она ответила: "Мой брат." "Где он теперь?"- они спросили. "Он на горящем кладбище." Собрание порешило разыскать его, его нашли висящим на лошадином хвосте, который был привязан к пальцам трупов, сваленных на ветвях дерева. Он был голубого цвета, с кровавыми
выкатившимися глазами, в одной лишь нижней одежде из хлопка. Они попросили его прийти на пир, а когда он явился, он и йогин сели на трон и принялись состязаться. Каждый построил алтарь для поклонения и затем попытался разрушить алтарь соперника своими чудесными силами. Тилопе удалось разрушить алтарь йогина, а йогин не смог разрушить алтарь Тилопы. Оба проявились во множестве разнообразных форм, и каждая несла на спине труп. Трупы затем превратились в угощения ганачакры. В медитации Тилопа перенес все трупы с кладбища, а йогин не смог сделать того же. Потом Тилопа вывернул свое тело наизнанку и из каждой поры произвел дворец божеств мандалы, полный кладбищами. Он так же сотворил Джамбудвипу, в которой находилось множество Будд, приносящих благо всем живым существам. Затем, катаясь на снежных львах, он стащил солнце и луну вниз на землю и проскакал галопом над ними. Йогин был не в состоянии смотреть на это поражение, и тем самым возвысился до огромной приверженности Тилопе. Все спрашивали: "Кто этот поразительный йоги?" Тилопа отвечал:
Я - Тилопа, достигший Освобождения йогин,
Не прилагающий усилий, что бы ни делал.
Потом он провел медитацию, а другой йогин повинился, испросив у Тилопы учения. Могущественный йогин Лодре теперь в стране Уддияна.
Покорение практикующих ложные учения
Видя, что практикующий ложное учение вредит учению Будды, Тилопа сказал себе: "Настало время укротить это существо." Поэтому он согласился вступить в диспут, исход которого решил бы чей путь будет преобладать. В качестве медитатора на этом диспуте о языке, логике и другим предметам присутствовал царь. Как и раньше, в построении и разрушении алтаря мандалы, практикующий ложное учение остановил движение солнца, а Тилопа заставил солнце закатиться. Тилопа сказал: "Сорви запоры и вступай на мой путь." Но йогин разозлился и испустил на него пламя, сказав:
Я могу сотрясти три мира-
Нет такого йогина, которого я не мог бы испугать.
Тилопа сотворил еще большее пламя, и послал как свое так и пламя еретика обратно к нему. Таким образом все вещи и даже косматые волосы практикующего ложное учение, сгорели.
Я Тилопа,
Который достиг всеведения.
Практикующий ложное учение развил огромную приверженность, и вместе со всеми своими последователями сделал простирание, подношение мандалы и попросил учения. Таким образом, все собравшиеся достигли Освобождения. Практикующий ложное учение стал известен как йогин Накпо Кева, и после этого жил на Центральном Лесном Кладбище.
Встреча с хозяйкой кабака
Однажды, войдя в кабак, Тилопа сказал: "Принесите мне пива." Хозяйка ответила: "Сначала заплати." Тилопа провел линию на земле, сказав: "Когда солнце перейдет эту линию, я дам тебе деньги." По мере того, как он пил пиво, он преобразовывался когда в кота, когда во всевозможных йогинов, а когда в свою первоначальную форму. Так он выпил содержимое семи подвалов. Когда его снова спросили о деньгах, он вошел в самадхи и сотворил достаточно бочек пива, чтобы заменить те, которые он выпил. Он остановил ход солнца, и все пиво было продано. Таким образом, хозяйка и ее компаньоны развили громадную приверженность. Обращаясь к Тилопе, она сказала:
Ты драгоценное существо,
Поэтому позволь нам быть твоими учениками.
Он передал тогда учения и практики Ваджрайогини, засчет чего хозяйка и другие существа достигли Освобождения в этой же жизни. С того дня хозяйка стала называться Йогини Ньимай Од и жить на кладбище Сосалинга.
Подчинение колдуна
Царь Сосалинга и колдун Ракья Дева враждовали. Поэтому колдун послал волшебную армию, чтобы захватить людей вокруг дворца. Царь, осознав, что стал жертвой колдовства, встревожился и созвал министров решить, как поступить. Как раз тогда между ними появилась женщина, спросив: "Зачем вы собрались здесь?" Они ответили: "Мы пытаемся придумать способы прекратить эту войну." Она сказала: "Я знаю что делать- пошли к царю". В присутствии Царя она предложила попросить помощи у Тилопы. Посредством самадхи, Тилопа сотворил несметное число армий, которые разгромили врага и поймали колдуна. Колдун сказал:
Драгоценный, ты полагаешься на учения,
Поэтому, как ты мог дать произойти такому уничтожению.
Тилопа ответил:
Убийство магических существ - не грех,
Потому что у них нет ума.
Таким образом, колдун развил приверженность Тилопе и попросил у него учения. С этого дня он стал известен как йогин Лучье Денма и стал проживать на кладбище Хаха.
Проявление многочисленных форм
Тилопа проявлялся как охотник и мясник, которые своей активностью привели к тому, что остальные охотники и мясники в области лишились средств к существованию. Но до конца осознав предельное, он знал, что нет ничего, что можно убить.
Явная демонстрация закона причины и следствия
Практикующий ложное учение, придерживавшийся взглядов Локаяты (атеисты древней Индии), проповедовал эту доктрину людям страны Рода. Буддийский ученый опроверг все его аргументы, сказав, что существует закон причины и следствия. Но не было решено, который из двух прав, потому что не было судьи. Когда Тилопа прибыл в разгаре спора, люди попросили его быть судьей. К концу Тилопа сказал: "Тот, кто признает закон причины и следствия - победитель." Тогда практикующий ложное учение возразил: "Я желаю поспорить с тобой." Тилопа разгромил его своими сверхобычными постижениями и дал ему учение. Тогда практикующий ложное учение сказал: "Так как я не вижу причину и следствие непосредственно, я не принимаю твою доктрину. Если она верна, пожалуйста, покажи мне это прямо. Только тогда я приму учение Будды." Щелчком пальцев Тилопа показал практикующему ложное учение огненные пытки миров ада. Практикующий ложное учение увидел медный чан, наполненный расплавленным металлом, но в котором не было людей. Он спросил тюремщика ада: "Почему нет существ в этом котле?" Мужчина ответил: "В стране Рода в Джамбудвипе есть практикующий ложное учение, который не верит в закон причины и следствия, и который накапливает плохую карму, распространяя неправильные взгляды. После его смерти мы сварим его в этом котле." Практикующий ложное учение тогда сказал Тилопе: "Может быть и правда, что рождаются в аду из-за плохой кармы, но, может быть, совсем необязательно совершать добродетельные поступки?" Тилопа сказал: "Подойди, я покажу тебе." В одно мгновение Тилопа перенес его на Небо Тридцати Трех Богов. Там, в каждом из дворцов бога находилась божественная пара - бог и богиня. В одном дворце, однако, была лишь богиня в одиночестве. Еретик спросил: "Почему у тебя нет супруга?" Богиня прямо ответила: "В Джамбудвипе есть существо, которое как раз сейчас меняет свою точку зрения, понимая закон причины и следствия, отказываясь от недобродетельных поступков и практикуя добродетельные поступки. После смерти он переродится здесь." Таким образом, практикующий ложное учение развил глубокую приверженность. Тилопа сказал: "Грешные существа, побуждаемые плохой кармой, терпят явления ада, созданные сознанием, но добродетельные существа, побуждаемые хорошей кармой, наслаждаются явлениями высших миров, созданными сознанием." Затем Тилопа дал ему учение засчет чего тот достиг Освобождения. С того дня, тот практикующий ложное учение стал прозываться йогином Дина и проживать в Палкирьи.
Подчинение мясника
Мясник убивал много животных и давал их мясо своему сыну. Тилопа, видя что настало время обуздать его, превратил готовое мясо в тело сына мясника, тем временем спрятав самого сына. Когда мясник снял крышку с кастрюли и увидел тело своего сына, он возопил. Тилопа сказал: "Если ты прекратишь убивать, я верну тебе сына." Мясник согласился и Тилопа привел его сына. Мужчина отмыл свою плохую карму, пообещав больше не делать никаких неправильных действий, и развил приверженность. Тилопа дал ему учение, засчет чего тот достиг Освобождения, говоря:
Результат твоих негативных действий
Вернется к тебе.
Таким способом Тилопа выбрал его своим учеником. С того дня человек стал йогином Дечье Гава и стал жить в земле Ракшасов.
Подчинение певца
Жил как-то искусный певец, у которого была привычка развлекать толпы людей. Тилопа сказал этому человеку: "Зачем ты так завываешь?" Певец разозлился и ответил: "Давай посоревнуемся в пении." Певец знал лишь мирские песни. Просветленным голосом Тилопа пропел множество божественных песен. Певец развил глубокую приверженность Тилопе и попросился быть его учеником.
Откуда, драгоценный, ты пришел?
Ты покорил меня.
Тилопа ответил:
Я певец Тилопа
Населяю весь мир Брахмы.
Я пришел сюда как прекрасный певец-
Сейчас я ухожу без направления.
Затем Тилопа дал ему учение, засчет чего тот достиг Освобождения. С того дня человек стал известен как йогин Йангдан и стал проживать в Нагаре.
Подчинение влиятельного
Человек по имени Ньима имел такое влияние, что мог связывать разные явления. Множество людей собиралось вокруг него, хотя он и пугал их своей силой. Тилопа изобразил притворную злость на него, в ответ человек сделал против него заклинание. Тогда Тилопа убил защитника учения, которое практиковал тот человек, и всю его свиту. Мужчина страдал так сильно, что Тилопа посмотрел на него с глубоким сочувствием, сказав: "Я счастлив, потому что я победитель, а ты страдаешь, потому что твоя свита мертва. Однако другие также страдают из-за твоих неправильных действий. Если ты пообещаешь перестать накапливать плохую карму, у меня найдется способ воскресить мертвых." Человек согласился, и Тилопа вернул обратно сознание тем, кто был убит.
Таким образом, тот развил сильную приверженность Тилопе. Тилопа сказал:
Я, достигший Освобождения йогин Тилопа,
Никого не убивал.
Потом он дал человеку учение, засчет чего тот достиг Освобождения. С этого дня тот стал называться йогином Ньида и жить в городе, известном как И Ми Цундха.
II Проявление в качестве воплощения Чакрасамвары
Тилопа принял обеты монаха в храме на землях Пылающего Кладбища в Лакшетре, в саду Ашоки, близ реки Саланади, потому что настоятелем там был его дядя, а Ачарьей - его мать. Его назвали Бхикшу Калапа. Утром он медитировал в маленькой хижине- по вечерам монахи собирались и читали ритуальные молитвы. Временами они должны были делать монашеские практики очищения. Также монахи наказывались за нарушение дисциплины. Тилопа делал противоположное: рано утром он убивал массу саранчи на дороге, отделял головы от тел и собирал в две кучи- вечером ходил в кабак и ел оставшийся от приготовления пива ячмень. Его дядя, Даве Чжонну, который отвечал за монастырь, не мог более терпеть такое поведение. Он и другие служащие монастыря разговаривали с Тилопой в частном порядке и предлагали прекратить не принятое в монастыре поведение. Они также предупредили, что если он пропустит следующую практику очищения, он будет серьезно наказан. Но Тилопа пошел и убил еще больше саранчи. Как-то его увидел Царь, который совершал путешествие в этот монастырь на церемониальные молитвы. Царь был так потрясен, что спросил: "Кто твой наставник и кто Ачарья?" Тилопа ответил:
Место - сад Ашоки
Мой дядя - наставник, а моя мать - Ачарья.
Я - Бхикшу Калапа.
Много миллионов кальп назад
Я разговаривал с Победителем в Истине Сакьямуни,
Нагарджуной, Арьядевой и Ваджрадхарой.
Я совершил путешествия в сотни земел Будд
И я видел сотню лиц Будды.
Я достиг уровня блаженства.
Я понял взаимозависимость причины и результата.
Я получил опыт Дхармакаи Дхарматы.
Даже великий Сараха
Не может сравниться со мной по уровню.
Я не убил ни одно живое существо.
Так он пел, и щелчком пальцев заставил всех кузнечиков вернуться к жизни и улететь в свет. Тогда все поняли, что Тилопа - воплощение Чакрасамвары. Он стал известен повсюду и каждый чувствовал глубокую приверженность ему.
III Проявление в качестве самого Чакрасамвары
Послушный Тилопа пошел нищенствовать, читая молитвы. Увидев его, Царь Дава почтительно сделал подношение и расспросил о его родителях и других подробностях. Тилопа сказал:
Я Тилопа,
Рожден в семье Браминов,
Без отца или матери.
У меня нет ни Аббата, ни Ачарьи-
Я саморожденный Будда.
У меня нет духовного наставника.
Мои знания об искусствах, звуке и логике
Возникли сами.
Я неотделим от тела, речи и мудрого ума
Чакрасамвары.
Таким образом, стало широко известно, что он - сам Чакрасамвара.
IV Проявление в качестве воплощения всех Будд
Царь Меток Лингпа, который чувствовал глубочайшую приверженность Тилопе, был принят Тилопой в качестве ученика и достиг Освобождения. Царь исполнил огромную ганачакру, пригласил пандитов и практикующих и построил мандалу. Когда Тилопу попросили вести собрание, гости погрузились в самадхи, у каждого было свое видение Тилопы. Когда они спросили, кто он на самом деле, он отвечал: "Я в точности тот, кого вы видели."
Мое тело - Хеваджра-
Моя речь - Махамая-
Мой ум - Чакрасамвара-
Мои конечности - Драгьюнакпо-
Мои пальцы - Ваджрабхайрава-
Мои каналы - четырехместная ваджра-
Мои ветра - ваджрная мала-
Мои капли - тайное сокровище-
Моя ушниша - Сангье Тхепа-
Все это вместе - Калачакра,
Великое блаженство Сангье Ньямджор.
Мой ум - божественная мудрость,
Самопроявляющийся в первый момент,
Я нерожденный Будда прошлого
Непрекращающийся в следующий момент,
Я Будда, еще не рожденный и непоявляющийся,
Спонтанно установленный в третий момент,
Я нерожденный Будда настоящего.
Мои поры - безграничные поля Будд.
В них находится тело, речь и мудрый ум
Будд Трех Миров.
После чего он проследовал в Монастырь с украшенным коньком.
Все йогины узнали о его славе и признали его как воплощение Будд Трех Миров. Он стал называться Праджнябхадрой. Его тайное имя было Дечен Дордже (Ваджра Блаженства). Его так же называли Тхог Мед Дордже (Безграничная Ваджра), Девай Кхерло (Колесо Блаженства), Калапа и Тилопа.
Великие Мастера Буддизма.
Падмасамбхава (VIII век)
Некоторые верят, что я появился в цветке лотоса, среди пыльцы в озере Дханакоша в Уддияне, некоторые верят, что я родился принцем в тех краях. Другие верят, что я пришел со вспышкой молнии на вершине горы Намчак. Многообразны их убеждения ибо я появлялся во множестве форм. Через двадцать четыре года после паринирваны Будды Шакьямуни, Амитаба, Ади - будда Бесконечного Света, преисполненный Бодхичитты, помыслил о Просветлении и из сердца Махакаруны, в форме Махакаруны, я, Падмасамбхава, лотосорожденный гуру, возник как слог «шри». Я пришел, как приходит в мир дождь, в бессчетных формах для тех, кто готов принять меня. Деяния Просветленных непонятны. Кто определит меру для них?
Терма Йеше Цогъял
Когда Шантаракшита пришел в Тибет, он осознал, что сопротивление учениям Буддизма было сильным. Метафизическое и психологическое содержание Дхармы Будды имело мало отношения к местной религии. Однако перспектива возникновения сообщества самодисциплинированных личностей, связанных обетами и верными своему наставнику создавало перспективу появления новой мощной социальной и политической силы в Тибете. Бонские священники создали два направления аргументации против строительства монастыря Самье. Министры возражали против изменения традиций и появления новой политической единицы. Священники приложили свои магические навыки для того, что бы создать грозные предзнаменования, показывающие несчастье местных божеств по поводу присутсвия Щантаракшиты. Трисонг Децен не был абсолютным монархом и, когда он почувствовал, что его принуждают отменить планы по установлению буддийской традиции в Тибете, Шантаракшита предложил ему следующее: он, Шантаракшита, уйдет из Тибета, а в Лхасу пригласят Падмасамбхаву.
Тибетцам были известны мириады типов духов природы и стихии. Бонские священники выучили типы магии, применяемые для управления ими, хотя и хранили в секрете эти методы и у многих людей развились религиозные предрассудки по поводу могущества божеств и демонов и способностей бонских священников, которые могли успокаивать и усмирять их. . Шантаракшита решил, что тому, кто овладел и магией, буддийской доктриной, а также аскетизмом, будет противостоять бонскому сопротивлению «на своей территории»., а Падмасамбхава достиг совершенства во всех трех аспектах.
Вокруг жизни Падмасамбхавы создано очень много легенд. Он не был составителем ни текстов доктрины, ни комментариев, а его подвиги, связанные с подчинением местных божеств Тибета были прославлены в сказаниях и при каждом пересказывании становились все краше.
Деятельность ранних буддийских учителей выжила в Терма, документах, которые, как говорят, были спрятаны и открыты столетиями позже, тертонами (теми, кто находит сокровища), часто это были монахи, которые находили спрятанные манускрипты, собрания старых летописей, или писали, что выяснили это в процессе глубокой медитации на объединении с мандалой, посвященной учителю.
В Тибете напряжение, существовавшее между Хинаяной и Махаяной - формами учений Будды, было разрешено посредством иерархического понимания их взаимоотношений. Доктрина и методы практики Хинаяны подходят для тех, кто с глубокой приверженностью следует по пути личного Просветления. Это - путь Пратьекабудды (Единолично пробужденного), который достигает освобождения для себя. Махаяна - это путь Бодхисаттвы, который хочет достичь Просветления для того, чтобы помогать всем существам и отказывается от плода Освобождения, чтобы работать в миру ради искупления человечества. К этому были добавлены Ваджраяна (алмазная колесница) и Мантраяна (колесница Мантры), которая является секртным путем к высшей Истине и всегда остается тайной для тех, чье сознание само еще не стало Истиной в достаточной мере. Шригухьягарбхамахатантарараджа учит: «Дхарма, являющаяся высшим секретом позади многообразного проявления, чрезвычайно тайная за счет само-существования, и больше ничего тайного нет». Так как абсолютная Истина уникальна, сознание обязательно должно превзойти все привычные, различающие и дифференцирующие режимы работы, чтобы видеть ее. Мудрость, джняна непостижима и все же спрятана в потоке сознания. Это - источник всех благих качеств, однако, также, как и свет, излучаемый Солнцем, закрывает шар, так и благие качества, льющиеся из Джняны, прячут источник своего происхождения.
Хинаяна составляет общедоступные учения Будды. Махаяна состоит из указаний, данных ближайшим ученикам. А Ваджраяна - это дисциплина, которую он преподавал как гуру, тем, кто полностью подготовил себя к принятию ее. Точнее, Ваджраяна могущественна и вовлекает всю жизнь, все существование человека без остатка. Она опасна. Как для корабля, пересекающего штормящий океан, малейшее отклонение от проложенного курса приведет к тому, что он разобьется о скалы, так и Ваджраяна предполагает полное самообладание и точность в мыслях, чувствах и действиях. Возможности злоупотреблений из-за неправильного понимания и желания личной славы, а также вероятность ужасных духовных и психологических ущербов настолько велики, что Цзонкапа в четырнадцатом столетии основал свою кардинальную реформу на том принципе, что человек, прежде чем приступить к занятиям Ваджраяной, обязательно должен овладеть Махаяной. Его реформированная школа, Гелугпа, (школа желтой шапки) является традицией Далай Лам. И хотя «старые школы», особенно Ньингма, не приняли реформу, они, тем не менее, спокойно восприняли некоторые ее элементы. Даже в нынешние времена Блаватская нашла необходимым предупредить о том, что тем, кто не готов, нельзя пробовать тантрические практики, ибо если они изначально не обладают пониманием, и будут продолжать ими заниматься, то эти практики приведут к искажениям и даже разрушат сознание. Так как на непознаваемую Истину можно только намекать, практикующему необходимо полностью отъединиться от колоритных и созидательных, жестоких и эротичных образов, используемых в Ваджраяне указывающих на глубины тайн бытия и становления. Ваджраяна никогда не преподается по книгам, если не считать закодированного языка, ее смысл гуру преподает ученику, адаптируя ее к природе и нуждам его сознания.
Ваджраяна работает с интеграцией праджня и упая, интуицией и смыслом, доктриной и учеником. Согласно Канджур, слияние медитации, происходит на четырех уровнях. Первый работает с учеником, все еще привязанным и вовлеченным во внешние действия, включая ритуальное очищение. Это - крия тантра, она представлена смеющимися божествами. Чарья Тантра - для тех, кто получает удовольствие в равной мере как от внешних, так и от внутренних действий. Она представлена взирающими божествами. Йога - тантра представлена переплетенными божествами, которой пользуются те, кто овладел медитацией для преодоления привязанности к жизни сознания. Ануттара Тантра - для тех, кто полностью вобрал внутреннюю йогу и получает от нее наслаждение. Цзонкапа нашел необходимым напомнить монахам, что образы соотносятся с трансцедентными психологическими и невыразимыми метафизическими состояниями, а не с сущностями, так же как взгляд оккультной философии на форму человека не имеет ничего общего с анатомией.
В тонких одеяниях можно также обнаружить три Нади, или канала - Расана, Авадхути и Лалана, которые соответствуют индийским Пингала, Сушумна и Ида -расположенным справа, посередине и слева от спинного хребта. Вдоль центральных каналов расположены чакры, центры силы и энергии, которые соотносятся с состояниями сознания. По Цонкапе, борствующее сознание располагается в центре Нирмана (индийское название - Манипура). Во сне сознание поднимается до шеи, до цетра Самбогха (который Индийцы называют Вишудда). В глубоком сне без сновидений сознание находится в сердце, который Упанишады называют Анахатой. Когда сознание объединяет все полярности, оно поднимается в центр махасукха (аджня). Полный контроль сознания, в пределах искусного покрова подготавливает ученика к приему в инициации света мудрости гуру.
Никто не знает уровней праджни и типов упаи, учить которым Падмасамбхава считал приемлемым, однако все истории о его жизни восхваляют его непревзойденные достижения как йога и сиддха (обладателя сверхъестественных способностей). Шантаракшита сообщил ему о сопротивлению учению Будды в Тибете, и приехал в страну с таким планом: встретиться с бонскими священниками и показать, что он выше их по их же критериям. Когда Падмасамюхава приехал в Тибет, он не поехал прямо в Лхасу, но скитался по плато и долинам в поисках местных духов и божеств. В терма, записанном Йеше Цогьял, Падмасамбхава рассказывает историю свой жизни и перечисляет демонов, с которыми он столкнулся:
На берегах озера Ньимакхуд в Тибете я покорил жестокое горное божество и варварских каннибальских духов. Теперь все они связаны с Дхармой обетом. На перевале Кхала я подчинил двенадцать охраняющих богинь Белой Горы. Я подчинил всех владык земли северных регионов. В Цанге я подчинил гибельных духов Оюг: все они связаны обетами с Дхармой.
В Терма, называемой Падма Ка’и Танг (жизнь и освобождение Падмасамбхавы) (терма приписывается также Йеше Цогял) объясняется, как Падмасамбхаве удалось победить видимых и невидимых антагонистов, сделав их ответственными за безопасность Учения:
Осенью Падма пришел в замок Манг Юл. Местная демоница Жанг Жунг Джамун, известный враг, подумала, что она сможет уничтожить гуру между двумя каменными горами. Но он вырос до небес и попирал демоницу, которая предлагала сердце своей жизни. Так как ее секретное имя было «Долг Бирюзы и алмазов», гуру поручил ей присматривать за великим сокровищем.
Всех, кого встречал Падмасамбхава, включая священников, магов, колдунов и шаманов, он покорял, вначале избегая их ловушек, а затем вручая нечто драгоценное, что нужно было оберегать. Каждое сокровище символическим образом иллюстрировало аспекты учения Будды. Также он менял значение знаков и предзнаменований:
На горе Кайлас я связал Звездные силы Лунных Дворцов и на Тарго я заключил темные силы Планет под контроль Дхармы.
Когда Падмасамбхава в конечном счете встретился с королем Трисонг Деценом, он произнес следующее:
Я лотосорожденный будда, обладающий наставлениями по высшему постижению.
Обретший навыки в фундаментальных учениях Сутры и Тантры, я без смущения разъясняю буддийские методы . Я - лотосорожденная Дхарма и обладаю наставлениями по передовой практике. Внешне я ношу шафрановые одеяния монаха, внутренне я - высший из йогинов Ваджраяны. Я - лотосорожденная школа, где есть наставления, объединяющие понимание и практику. Мои знания выше, чем небеса.
Вскоре Падмасамбхава изгнал духов из места, отведенного для монастыря Самье, и Шантаракшита был вызван из Непала, куда тот добровольно отступил - чтобы он наблюдал за строительством и освящением монастыря. Как только новички были обучены и приняты в монахи, началась чрезвычайно важная гигантская программа по переводу. Бонские министры короля все еще препятствовали работе Падмасамбхавы, но священники быстро адаптировались к новому режиму. Так возник реформированный бон и очевидно, стал глубоко связан с традициями школы Ньингма. Цепонг Дзе, одна из жен короля, пыталась подорвать усилия буддистов, разрушая проект перевода. Ей удалось изгнать нескольких тибетских переводчиков. Она изгнала Намхая Нингпо, но он ушел в Бутан и стал там знаменитым проповедником учения Будды. Более всего она была зла на Падмасамбхаву и его учеников. Падмасамбхава был изгнан в Турекестан, и когда он вернулся, его оппоненты ожидали каког-нибудь предлога, чтобы опять выгнать его из Тибета.
Хотя некоторые из министров и видели падение Падмасамбхавы, король Трисонг Децен был вовлечен в круг его ближайших учеников. Когда король попросил посвятить его в ваджраяну, Падмасамбхава дал ему годичный испытательный срок. У короля ушло определенное время на обдумывание подарка который он должен был преподнести своему гуру.
Еше Цогял была принцессой из рода Карчен, и будучи молодой, она женилась на Трисонг Децен. Она была вовлечена в учение Будды и наставления Падмасамбхавы. Когда подошло время для инициации короля, она охотно позволила быть преподнесенной в качестве подарка учителю. Предложение принцессы и жены короля в качестве ученицы и компаньона странствующему аскету нарушало традиции тех времен. Цепонг Цзе и бонские министры были в бешенстве, многие скандалили когда поднялась шумиха о необходимости изгнания Падмасамбхавы.
Опасаясь, что и гуру и Еше Цогял могут быть убиты, король принял требование об изгнании, но вместо того, чтобы отослать их в отдаленные регионы, он установил места раздельного изгнания, и проследил, чтобы они вдвоем втайне отправились в Тидро для медитаций.
Гуру и его ученица оставались в Тидро много лет. Согласно терма, включая Секретную жизнь и Песни Тибетской Леди Еше Цогял, принцесса добилась совершенства в медитации и успешно прошла через ряд инициаций. Она объединилась сознанием с Падмасабхавой и тот послал ее в Непал, где она навестила древнего Вихару. Она вернулась в Тидро, приведя с собой учеников.
События после возвращения из ретрита перепутаны. Король вызвал Падмасамбхаву и учеников в Лхасу. На некоторое время религиозный и социальный мир в королевстве были восстановлены, и Трисонг Децен чувствовал себя достаточно уверенно для того, чтобы разослать обученных монахов по всему Тибету. Когда Трисонг Децен умер, судебная интрига угрожала единству Тибета. Цепонг Цзе отравила своего сына вскоре после того, как он взошел на трон. Его брат был коронован и поучил имя Мутик Ценпо и правил в течение десяти лет. Несмотря на то, что Еше Цогял остановила междоусобную войну и убедила министров прекратить ересь, Цепонг Цзе выгнала ее. Падмасамбхава решил, что его работа в Тибете закончена и объявил о намерении отправиться на юг, где он исчезает из истории и остается загадкой древних традиций. Шантаракшита умер и Камалашила становится вторым аббатом монастыря Самье. Когда на трон взошел король Репачан, Еше Цогял вернулась чтобы почтить память Шантаракшиты в Самье и вское после этого умерла. Репачан почтил ее память и объявил о ее паринирване около 817 года.
В термах говорится о том, как ушел Падмасамбхава. Король и множество учеников взошло за ним на большой перевал. Там он улетел в южном направлении, оставляя на небе радужный след. Тогда они погрузились в медитацию и «увидели его как луч солнца, проходящий над Индией и не касающийся Уддияны- они увидели, как он достиг вершины горы Джамбуза и остановился... Недалеко от Огненного города он сидит в прохладной тени небесной Магнолии»
Так как добродетели гуру неисчислимы, пусть существа будущего хранят образ Падмасамбхавы.
О роли учителя из Уддияны в истории Тибета будет рассказано в соответствующей главе, здесь мы опишем лишь его иконографию.
На картинах он всегда предстает облаченным в характерное одеяние, которое он сам называл "za-hor-ma". О его облике говорится следующее:
"Он появляется в небесах на фоне пяти цветов. Он сидит на львином троне, вид которого сходен с двумя луноподобными лотосами. Его облик прекрасен, и он проявляет себя и в милостивой, и в гневной ипостаси. Он носит похожую на митру шапку и священническую одежду из шелковой и красно-коричневой шерстяной материи. В правой руке он держит пятинаправленную ваджру.
В его левой руке - сосуд с амритой. К его левому плечу прислонен магический скипетр. Он сидит со скрещенными ногами в совершенном спокойствии. Из мандалы его тела, речи и мысли эманирует гневный путь алмазного собрания всех мудрых покровителей триединого Закона (Будды, Учения и Общины). Это воплощение должно изображаться именно так".
"Священная гора Зандог (Медноцветная) имеет форму сердца. Ее основание уходит в царство нагов, средняя часть сияет во владениях дакинь, а вершина достигает мира Брахмы. Восточная часть ослепительной вершины священной горы имеет цвет хрусталя (белый), южная - синий (вайдурья), западная - красный и северная - зеленый. Дворец ясно виден и снаружи и изнутри. У него четыре стены и восемь углов. Арки четырех ворот украшены пятью видами драгоценных камней и всеми религиозными символами. Там растут деревья, исполняющие желания, бьют фонтаны амриты. Пятицветные радуги собираются, подобно облакам, снаружи и изнутри.
Воздух там пронизан светом цветов лотоса.
Тот обретает великое блаженство, кто лишь вспоминает об этом месте.
Внутри дворца находится восьмиугольный трон, украшенный драгоценными камнями. На стебле цветущего подрезанного лотоса сидит Падмасамбхава, объединяющий в себе всех сугат. Согласно его воле, он является милостивым и щедрым или могучим и гневным. Хотя его тело и облик, одежда и украшения - это лишь видимость, его сияние сильнее света тысячи солнц. Его сияние больше, чем сияние самой горы. Мир полностью пронизан этим "воплощением сердца" (Падмасамбхавы). Зрачки его глаз выглядят подобно солнцу и луне.
Деяния Милосердного быстрее, чем небесный свет. Его мысли глубже глуби небес. Движимый состраданием ко всем живым существам, он трудится для спасения мира. Его улыбающееся лицо прекрасно. Звук его голоса подобен реву тысячи гроз.
На четыре стороны и на восемь углов от "Великого Воплощения" (Падмасамбхавы) сидят на тронах, возведенных на поверженных демонах, пять видов сугат, подчиняющих яростных демонов и совершающих четыре вида деяний. На тронах из цветов лотоса, четыре лепестка которых направлены в четыре стороны света, сидят демоны и дакини, украшенные всеми атрибутами смерти. Боги и богини собираются во множества, подобные облакам. Они совершают различные формы тантрических подношений снаружи и изнутри дворца. Они почитают сугату подношением бодхисаттве Самантабхадре. У четырех сторон дворца видны четыре царя-стража в окружении восьми видов божеств, рабов и вестников, которые повергают демонов и еретиков в пыль. Хум!"
Учитель Падмасамбхава сидит на лотосовом троне внутри дворца. Он держит ваджру, чашу из человеческого черепа и магический скипетр. Его облачение такое же, как на уже описанных его образах. Над ним изображена фигура бодхисаттвы Авалокитешвары с четырьмя руками и дхьяни-будды Амитабхи, чьим духовным сыном является Падмасамбхава. По обеим сторонам трона Падмасамбхавы изображены две его великие ученицы, царевна Мандарава и Еше Цогьял, протягивающая учителю чашу из человеческого черепа. Вокруг трона Падмасамбхавы видим восьмерых гуру, являющихся предыдущими воплощениями учителя из Оддияны, в их числе - Шакьямуни, о котором говорится, что Падмасамбхава был воплощением Будды.
Вокруг дворца видим летящих нимф. Лучезарные радуги поднимаются над дворцом, образуя на концах облака, на которых сидят на тронах Миларепа, Марпа и тантрическая ипостась бодхисаттвы Самантабхадры с шакти.
В нижней части картины представлен мир ракшаси. Царь ракшаси Срингпой Гьялпо изображен сидящим на троне перед зданием, крыши которого увенчаны человеческими черепами. Он проповедует перед множеством ракшаси, сидящих перед ним, некоторые из которых преподносят ему корзины и чаши.
Примечательны нити, подобные тибетским хадакам (церемониальным шарфам), благодаря которым человеческие души объединяются в поток, идущий к раю Падмасамбхавы. Некоторые из этих душ уже объединены и изображены молящимися учителю. Другие все еще в мире ракшаси ожидают своей очереди. Эти нити держат женские фигуры, одетые в наряд нимф.
На скалистой части острова, на котором находится рай, видим пещеры с медитирующими отшельниками.
Мантра Падмасамбхавы такова: ОМ А ХУМ ВАДЖРА ГУРУ ПАДМА СИДДХИ ХУМ.
Некоторые верят, что я появился в цветке лотоса, среди пыльцы в озере Дханакоша в Уддияне, некоторые верят, что я родился принцем в тех краях. Другие верят, что я пришел со вспышкой молнии на вершине горы Намчак. Многообразны их убеждения ибо я появлялся во множестве форм. Через двадцать четыре года после паринирваны Будды Шакьямуни, Амитаба, Ади - будда Бесконечного Света, преисполненный Бодхичитты, помыслил о Просветлении и из сердца Махакаруны, в форме Махакаруны, я, Падмасамбхава, лотосорожденный гуру, возник как слог «шри». Я пришел, как приходит в мир дождь, в бессчетных формах для тех, кто готов принять меня. Деяния Просветленных непонятны. Кто определит меру для них?
Терма Йеше Цогъял
Когда Шантаракшита пришел в Тибет, он осознал, что сопротивление учениям Буддизма было сильным. Метафизическое и психологическое содержание Дхармы Будды имело мало отношения к местной религии. Однако перспектива возникновения сообщества самодисциплинированных личностей, связанных обетами и верными своему наставнику создавало перспективу появления новой мощной социальной и политической силы в Тибете. Бонские священники создали два направления аргументации против строительства монастыря Самье. Министры возражали против изменения традиций и появления новой политической единицы. Священники приложили свои магические навыки для того, что бы создать грозные предзнаменования, показывающие несчастье местных божеств по поводу присутсвия Щантаракшиты. Трисонг Децен не был абсолютным монархом и, когда он почувствовал, что его принуждают отменить планы по установлению буддийской традиции в Тибете, Шантаракшита предложил ему следующее: он, Шантаракшита, уйдет из Тибета, а в Лхасу пригласят Падмасамбхаву.
Тибетцам были известны мириады типов духов природы и стихии. Бонские священники выучили типы магии, применяемые для управления ими, хотя и хранили в секрете эти методы и у многих людей развились религиозные предрассудки по поводу могущества божеств и демонов и способностей бонских священников, которые могли успокаивать и усмирять их. . Шантаракшита решил, что тому, кто овладел и магией, буддийской доктриной, а также аскетизмом, будет противостоять бонскому сопротивлению «на своей территории»., а Падмасамбхава достиг совершенства во всех трех аспектах.
Вокруг жизни Падмасамбхавы создано очень много легенд. Он не был составителем ни текстов доктрины, ни комментариев, а его подвиги, связанные с подчинением местных божеств Тибета были прославлены в сказаниях и при каждом пересказывании становились все краше.
Деятельность ранних буддийских учителей выжила в Терма, документах, которые, как говорят, были спрятаны и открыты столетиями позже, тертонами (теми, кто находит сокровища), часто это были монахи, которые находили спрятанные манускрипты, собрания старых летописей, или писали, что выяснили это в процессе глубокой медитации на объединении с мандалой, посвященной учителю.
В Тибете напряжение, существовавшее между Хинаяной и Махаяной - формами учений Будды, было разрешено посредством иерархического понимания их взаимоотношений. Доктрина и методы практики Хинаяны подходят для тех, кто с глубокой приверженностью следует по пути личного Просветления. Это - путь Пратьекабудды (Единолично пробужденного), который достигает освобождения для себя. Махаяна - это путь Бодхисаттвы, который хочет достичь Просветления для того, чтобы помогать всем существам и отказывается от плода Освобождения, чтобы работать в миру ради искупления человечества. К этому были добавлены Ваджраяна (алмазная колесница) и Мантраяна (колесница Мантры), которая является секртным путем к высшей Истине и всегда остается тайной для тех, чье сознание само еще не стало Истиной в достаточной мере. Шригухьягарбхамахатантарараджа учит: «Дхарма, являющаяся высшим секретом позади многообразного проявления, чрезвычайно тайная за счет само-существования, и больше ничего тайного нет». Так как абсолютная Истина уникальна, сознание обязательно должно превзойти все привычные, различающие и дифференцирующие режимы работы, чтобы видеть ее. Мудрость, джняна непостижима и все же спрятана в потоке сознания. Это - источник всех благих качеств, однако, также, как и свет, излучаемый Солнцем, закрывает шар, так и благие качества, льющиеся из Джняны, прячут источник своего происхождения.
Хинаяна составляет общедоступные учения Будды. Махаяна состоит из указаний, данных ближайшим ученикам. А Ваджраяна - это дисциплина, которую он преподавал как гуру, тем, кто полностью подготовил себя к принятию ее. Точнее, Ваджраяна могущественна и вовлекает всю жизнь, все существование человека без остатка. Она опасна. Как для корабля, пересекающего штормящий океан, малейшее отклонение от проложенного курса приведет к тому, что он разобьется о скалы, так и Ваджраяна предполагает полное самообладание и точность в мыслях, чувствах и действиях. Возможности злоупотреблений из-за неправильного понимания и желания личной славы, а также вероятность ужасных духовных и психологических ущербов настолько велики, что Цзонкапа в четырнадцатом столетии основал свою кардинальную реформу на том принципе, что человек, прежде чем приступить к занятиям Ваджраяной, обязательно должен овладеть Махаяной. Его реформированная школа, Гелугпа, (школа желтой шапки) является традицией Далай Лам. И хотя «старые школы», особенно Ньингма, не приняли реформу, они, тем не менее, спокойно восприняли некоторые ее элементы. Даже в нынешние времена Блаватская нашла необходимым предупредить о том, что тем, кто не готов, нельзя пробовать тантрические практики, ибо если они изначально не обладают пониманием, и будут продолжать ими заниматься, то эти практики приведут к искажениям и даже разрушат сознание. Так как на непознаваемую Истину можно только намекать, практикующему необходимо полностью отъединиться от колоритных и созидательных, жестоких и эротичных образов, используемых в Ваджраяне указывающих на глубины тайн бытия и становления. Ваджраяна никогда не преподается по книгам, если не считать закодированного языка, ее смысл гуру преподает ученику, адаптируя ее к природе и нуждам его сознания.
Ваджраяна работает с интеграцией праджня и упая, интуицией и смыслом, доктриной и учеником. Согласно Канджур, слияние медитации, происходит на четырех уровнях. Первый работает с учеником, все еще привязанным и вовлеченным во внешние действия, включая ритуальное очищение. Это - крия тантра, она представлена смеющимися божествами. Чарья Тантра - для тех, кто получает удовольствие в равной мере как от внешних, так и от внутренних действий. Она представлена взирающими божествами. Йога - тантра представлена переплетенными божествами, которой пользуются те, кто овладел медитацией для преодоления привязанности к жизни сознания. Ануттара Тантра - для тех, кто полностью вобрал внутреннюю йогу и получает от нее наслаждение. Цзонкапа нашел необходимым напомнить монахам, что образы соотносятся с трансцедентными психологическими и невыразимыми метафизическими состояниями, а не с сущностями, так же как взгляд оккультной философии на форму человека не имеет ничего общего с анатомией.
В тонких одеяниях можно также обнаружить три Нади, или канала - Расана, Авадхути и Лалана, которые соответствуют индийским Пингала, Сушумна и Ида -расположенным справа, посередине и слева от спинного хребта. Вдоль центральных каналов расположены чакры, центры силы и энергии, которые соотносятся с состояниями сознания. По Цонкапе, борствующее сознание располагается в центре Нирмана (индийское название - Манипура). Во сне сознание поднимается до шеи, до цетра Самбогха (который Индийцы называют Вишудда). В глубоком сне без сновидений сознание находится в сердце, который Упанишады называют Анахатой. Когда сознание объединяет все полярности, оно поднимается в центр махасукха (аджня). Полный контроль сознания, в пределах искусного покрова подготавливает ученика к приему в инициации света мудрости гуру.
Никто не знает уровней праджни и типов упаи, учить которым Падмасамбхава считал приемлемым, однако все истории о его жизни восхваляют его непревзойденные достижения как йога и сиддха (обладателя сверхъестественных способностей). Шантаракшита сообщил ему о сопротивлению учению Будды в Тибете, и приехал в страну с таким планом: встретиться с бонскими священниками и показать, что он выше их по их же критериям. Когда Падмасамюхава приехал в Тибет, он не поехал прямо в Лхасу, но скитался по плато и долинам в поисках местных духов и божеств. В терма, записанном Йеше Цогьял, Падмасамбхава рассказывает историю свой жизни и перечисляет демонов, с которыми он столкнулся:
На берегах озера Ньимакхуд в Тибете я покорил жестокое горное божество и варварских каннибальских духов. Теперь все они связаны с Дхармой обетом. На перевале Кхала я подчинил двенадцать охраняющих богинь Белой Горы. Я подчинил всех владык земли северных регионов. В Цанге я подчинил гибельных духов Оюг: все они связаны обетами с Дхармой.
В Терма, называемой Падма Ка’и Танг (жизнь и освобождение Падмасамбхавы) (терма приписывается также Йеше Цогял) объясняется, как Падмасамбхаве удалось победить видимых и невидимых антагонистов, сделав их ответственными за безопасность Учения:
Осенью Падма пришел в замок Манг Юл. Местная демоница Жанг Жунг Джамун, известный враг, подумала, что она сможет уничтожить гуру между двумя каменными горами. Но он вырос до небес и попирал демоницу, которая предлагала сердце своей жизни. Так как ее секретное имя было «Долг Бирюзы и алмазов», гуру поручил ей присматривать за великим сокровищем.
Всех, кого встречал Падмасамбхава, включая священников, магов, колдунов и шаманов, он покорял, вначале избегая их ловушек, а затем вручая нечто драгоценное, что нужно было оберегать. Каждое сокровище символическим образом иллюстрировало аспекты учения Будды. Также он менял значение знаков и предзнаменований:
На горе Кайлас я связал Звездные силы Лунных Дворцов и на Тарго я заключил темные силы Планет под контроль Дхармы.
Когда Падмасамбхава в конечном счете встретился с королем Трисонг Деценом, он произнес следующее:
Я лотосорожденный будда, обладающий наставлениями по высшему постижению.
Обретший навыки в фундаментальных учениях Сутры и Тантры, я без смущения разъясняю буддийские методы . Я - лотосорожденная Дхарма и обладаю наставлениями по передовой практике. Внешне я ношу шафрановые одеяния монаха, внутренне я - высший из йогинов Ваджраяны. Я - лотосорожденная школа, где есть наставления, объединяющие понимание и практику. Мои знания выше, чем небеса.
Вскоре Падмасамбхава изгнал духов из места, отведенного для монастыря Самье, и Шантаракшита был вызван из Непала, куда тот добровольно отступил - чтобы он наблюдал за строительством и освящением монастыря. Как только новички были обучены и приняты в монахи, началась чрезвычайно важная гигантская программа по переводу. Бонские министры короля все еще препятствовали работе Падмасамбхавы, но священники быстро адаптировались к новому режиму. Так возник реформированный бон и очевидно, стал глубоко связан с традициями школы Ньингма. Цепонг Дзе, одна из жен короля, пыталась подорвать усилия буддистов, разрушая проект перевода. Ей удалось изгнать нескольких тибетских переводчиков. Она изгнала Намхая Нингпо, но он ушел в Бутан и стал там знаменитым проповедником учения Будды. Более всего она была зла на Падмасамбхаву и его учеников. Падмасамбхава был изгнан в Турекестан, и когда он вернулся, его оппоненты ожидали каког-нибудь предлога, чтобы опять выгнать его из Тибета.
Хотя некоторые из министров и видели падение Падмасамбхавы, король Трисонг Децен был вовлечен в круг его ближайших учеников. Когда король попросил посвятить его в ваджраяну, Падмасамбхава дал ему годичный испытательный срок. У короля ушло определенное время на обдумывание подарка который он должен был преподнести своему гуру.
Еше Цогял была принцессой из рода Карчен, и будучи молодой, она женилась на Трисонг Децен. Она была вовлечена в учение Будды и наставления Падмасамбхавы. Когда подошло время для инициации короля, она охотно позволила быть преподнесенной в качестве подарка учителю. Предложение принцессы и жены короля в качестве ученицы и компаньона странствующему аскету нарушало традиции тех времен. Цепонг Цзе и бонские министры были в бешенстве, многие скандалили когда поднялась шумиха о необходимости изгнания Падмасамбхавы.
Опасаясь, что и гуру и Еше Цогял могут быть убиты, король принял требование об изгнании, но вместо того, чтобы отослать их в отдаленные регионы, он установил места раздельного изгнания, и проследил, чтобы они вдвоем втайне отправились в Тидро для медитаций.
Гуру и его ученица оставались в Тидро много лет. Согласно терма, включая Секретную жизнь и Песни Тибетской Леди Еше Цогял, принцесса добилась совершенства в медитации и успешно прошла через ряд инициаций. Она объединилась сознанием с Падмасабхавой и тот послал ее в Непал, где она навестила древнего Вихару. Она вернулась в Тидро, приведя с собой учеников.
События после возвращения из ретрита перепутаны. Король вызвал Падмасамбхаву и учеников в Лхасу. На некоторое время религиозный и социальный мир в королевстве были восстановлены, и Трисонг Децен чувствовал себя достаточно уверенно для того, чтобы разослать обученных монахов по всему Тибету. Когда Трисонг Децен умер, судебная интрига угрожала единству Тибета. Цепонг Цзе отравила своего сына вскоре после того, как он взошел на трон. Его брат был коронован и поучил имя Мутик Ценпо и правил в течение десяти лет. Несмотря на то, что Еше Цогял остановила междоусобную войну и убедила министров прекратить ересь, Цепонг Цзе выгнала ее. Падмасамбхава решил, что его работа в Тибете закончена и объявил о намерении отправиться на юг, где он исчезает из истории и остается загадкой древних традиций. Шантаракшита умер и Камалашила становится вторым аббатом монастыря Самье. Когда на трон взошел король Репачан, Еше Цогял вернулась чтобы почтить память Шантаракшиты в Самье и вское после этого умерла. Репачан почтил ее память и объявил о ее паринирване около 817 года.
В термах говорится о том, как ушел Падмасамбхава. Король и множество учеников взошло за ним на большой перевал. Там он улетел в южном направлении, оставляя на небе радужный след. Тогда они погрузились в медитацию и «увидели его как луч солнца, проходящий над Индией и не касающийся Уддияны- они увидели, как он достиг вершины горы Джамбуза и остановился... Недалеко от Огненного города он сидит в прохладной тени небесной Магнолии»
Так как добродетели гуру неисчислимы, пусть существа будущего хранят образ Падмасамбхавы.
О роли учителя из Уддияны в истории Тибета будет рассказано в соответствующей главе, здесь мы опишем лишь его иконографию.
На картинах он всегда предстает облаченным в характерное одеяние, которое он сам называл "za-hor-ma". О его облике говорится следующее:
"Он появляется в небесах на фоне пяти цветов. Он сидит на львином троне, вид которого сходен с двумя луноподобными лотосами. Его облик прекрасен, и он проявляет себя и в милостивой, и в гневной ипостаси. Он носит похожую на митру шапку и священническую одежду из шелковой и красно-коричневой шерстяной материи. В правой руке он держит пятинаправленную ваджру.
В его левой руке - сосуд с амритой. К его левому плечу прислонен магический скипетр. Он сидит со скрещенными ногами в совершенном спокойствии. Из мандалы его тела, речи и мысли эманирует гневный путь алмазного собрания всех мудрых покровителей триединого Закона (Будды, Учения и Общины). Это воплощение должно изображаться именно так".
"Священная гора Зандог (Медноцветная) имеет форму сердца. Ее основание уходит в царство нагов, средняя часть сияет во владениях дакинь, а вершина достигает мира Брахмы. Восточная часть ослепительной вершины священной горы имеет цвет хрусталя (белый), южная - синий (вайдурья), западная - красный и северная - зеленый. Дворец ясно виден и снаружи и изнутри. У него четыре стены и восемь углов. Арки четырех ворот украшены пятью видами драгоценных камней и всеми религиозными символами. Там растут деревья, исполняющие желания, бьют фонтаны амриты. Пятицветные радуги собираются, подобно облакам, снаружи и изнутри.
Воздух там пронизан светом цветов лотоса.
Тот обретает великое блаженство, кто лишь вспоминает об этом месте.
Внутри дворца находится восьмиугольный трон, украшенный драгоценными камнями. На стебле цветущего подрезанного лотоса сидит Падмасамбхава, объединяющий в себе всех сугат. Согласно его воле, он является милостивым и щедрым или могучим и гневным. Хотя его тело и облик, одежда и украшения - это лишь видимость, его сияние сильнее света тысячи солнц. Его сияние больше, чем сияние самой горы. Мир полностью пронизан этим "воплощением сердца" (Падмасамбхавы). Зрачки его глаз выглядят подобно солнцу и луне.
Деяния Милосердного быстрее, чем небесный свет. Его мысли глубже глуби небес. Движимый состраданием ко всем живым существам, он трудится для спасения мира. Его улыбающееся лицо прекрасно. Звук его голоса подобен реву тысячи гроз.
На четыре стороны и на восемь углов от "Великого Воплощения" (Падмасамбхавы) сидят на тронах, возведенных на поверженных демонах, пять видов сугат, подчиняющих яростных демонов и совершающих четыре вида деяний. На тронах из цветов лотоса, четыре лепестка которых направлены в четыре стороны света, сидят демоны и дакини, украшенные всеми атрибутами смерти. Боги и богини собираются во множества, подобные облакам. Они совершают различные формы тантрических подношений снаружи и изнутри дворца. Они почитают сугату подношением бодхисаттве Самантабхадре. У четырех сторон дворца видны четыре царя-стража в окружении восьми видов божеств, рабов и вестников, которые повергают демонов и еретиков в пыль. Хум!"
Учитель Падмасамбхава сидит на лотосовом троне внутри дворца. Он держит ваджру, чашу из человеческого черепа и магический скипетр. Его облачение такое же, как на уже описанных его образах. Над ним изображена фигура бодхисаттвы Авалокитешвары с четырьмя руками и дхьяни-будды Амитабхи, чьим духовным сыном является Падмасамбхава. По обеим сторонам трона Падмасамбхавы изображены две его великие ученицы, царевна Мандарава и Еше Цогьял, протягивающая учителю чашу из человеческого черепа. Вокруг трона Падмасамбхавы видим восьмерых гуру, являющихся предыдущими воплощениями учителя из Оддияны, в их числе - Шакьямуни, о котором говорится, что Падмасамбхава был воплощением Будды.
Вокруг дворца видим летящих нимф. Лучезарные радуги поднимаются над дворцом, образуя на концах облака, на которых сидят на тронах Миларепа, Марпа и тантрическая ипостась бодхисаттвы Самантабхадры с шакти.
В нижней части картины представлен мир ракшаси. Царь ракшаси Срингпой Гьялпо изображен сидящим на троне перед зданием, крыши которого увенчаны человеческими черепами. Он проповедует перед множеством ракшаси, сидящих перед ним, некоторые из которых преподносят ему корзины и чаши.
Примечательны нити, подобные тибетским хадакам (церемониальным шарфам), благодаря которым человеческие души объединяются в поток, идущий к раю Падмасамбхавы. Некоторые из этих душ уже объединены и изображены молящимися учителю. Другие все еще в мире ракшаси ожидают своей очереди. Эти нити держат женские фигуры, одетые в наряд нимф.
На скалистой части острова, на котором находится рай, видим пещеры с медитирующими отшельниками.
Мантра Падмасамбхавы такова: ОМ А ХУМ ВАДЖРА ГУРУ ПАДМА СИДДХИ ХУМ.
Великие Мастера Буддизма.
МИЛАРЕПА
(1052-1135)
Согласно Намтар, или жизнеописании, созданном для того, чтобы помогать людям достигать Просветления, Миларепа родился в 1052 году в семье Джоси. Среди его предков был лама Ньнингмапа который был известен своей способностью подчинять демонов. Его отец был торговцем, который разбогател, занимаясь делами далеко к западу от Лхасы. Миларепа рос в теплой, обеспеченной и любящей семье, Хотя его воспитание и образование были обычными, в детстве и ранней юности он отличался повышенной психической чувствительностью. Он также обладал значительной склонностью к духовному. Когда отец обнаружил, что умирает от изнурительной болезни, он доверил управление имуществом своему брату и его жене.
Первым учителем Миларепы был маг из традиции Нингма, восходящей к Падмасамбхаве. Его звали Юнгтон Трогъел и он обладал «Змеиной силой восьми нагов», которые включали в себя способность меять форму по своей воле, расширять свое сознание так, чтобы оно включало в себя иные миры и способность служить всем живым существам. Миларепа пожертвовал ему все, что имел и стал его учеником. Со временем лама узнал об истории Миларепы. Он был тронут решимостью Милареы служить своей матери. Будучи озабоченным силой ненависти матери Миларепы, он отправил его к ламе Ёнтен Гьяцо, для обучения магическому искусству разрушения.
Милаерпа ушел в двухнедельный ритрит для изучения заклинаний и прочих практик. Как только его жадные дядя и тетя наполнили свой дом гостями по случаю свадьбы своего сына, дом был развален на части, погубив тридцать пять человек, оставив в живых лишь дядю и тетю Миларепы. Вернувшись к своему ламе, Миларепа изучил искусство управления погодой, после чего наслал град перед самой уборкой урожая на угодия питавших к нему ненависть односельчан.
После этого все для Милареы стало иным. Он выполнил желания своей матери и тем самым освободился от того, что он считал своим долгом. И несмотря на свою моральную слепоту и искаженное чувство справедливости, он осознал неумолимую работу Закона Кармы.Он понял, что зло порождает зло, что его посупки были ужасны и что они вернутся к нему. В это время умер пребывавший до того момента в полном здравии наставник учителя Миларепы, и учитель погрузился в глубокие рассуждения о карме и Дхарме. Когда он рассказал Миларепе о своем намерении отдалиться от дел с тем, чтобы искоренить собственную черную карму, миларепа попросил помощи. Юнгтон Трогьел послал его к Ронтонгу Лхага.
Встретив этого ламу, Миларепа раскаялся ему во всех злодеяниях, что совершил за свою жизнь Ронтонг Лханга рассказал ему, что глубочайшая медитация, включающая прямое осознание, устранит все препятствия, если человеку карма позволит выполнить эту совершенную практику. Миларепа был так рад возможности избежать тяжелогого бремени, что заснул, подумав, что он уже Бодхисаттва. На следующее утро лама вызвал его и сказал, что узнал что сознание Миларепы претендует на роль ученика и поэтому не может учить его. Он посоветовал Миларепе отправиться в Лхотрак и найти там Переводчика Марпу. По словам ламы, Марпа и Миларепа издревле связаны кармически, и только Марпа может научить его Дхарме.
Итак, далее начинается рассказ Миларепы о своей жизни.
После того, как умер мой отец, наши соседи во главе с дядей и тетей отняли у нас имущество и невыносимо жестоко обращались с нами. Поэтому я отправился изучать черную магию, чтобы отомстить своим врагам за причиненное ими зло, и накопил много плохой кармы, беспощадно им мстя. Но я испытывал глубокое раскаяние в том, что сотворил столько зла – убил посредством магии тридцать пять человек и уничтожил урожай, и жаждал приобщиться к религии.
Меня послали к ламе Ронтонг-Лхага, он сразу посвятил меня и дал необходимые инструкции. Но я так возгордился, что не мог медитировать и вместо этого уснул.
Через несколько дней лама пришел ко мне и сказал:
– Есть монастырь в Лхобраке, называемый Дово-унг (Пшеничная Долина), где сейчас живет преданный ученик великого индийского святого Наропы. Он самый достойный из достойнейших, настоящий принц среди переводчиков, обладающий знаниями новых тантрийских учений, не имеющий себе равных во всех трех мирах. Его зовут Переводчик Марпа. Между тобой и ним есть кармическая связь, идущая от прошлых жизней. К нему ты должен пойти.
Услышав это имя, я ощутил невыразимую радость. Меня охватил благоговейный трепет и слезы брызнули из глаз. Так велико было чувство веры, пробудившееся во мне. И, взяв с собой только несколько книг и провизию на дорогу, я отправился туда с единственной целью найти этого гуру. Весь мой путь мной владела одна мысль: «Когда я взгляну на моего гуру? Когда я увижу его лицо?»
За ночь до моего прибытия в Пшеничную Долину Марпа видел во сне, что его гуру, великий святой Наропа явился к нему и, совершив церемонию посвящения, дал ему ваджру, сделанную из лазурита, пятиконечную и слегка потускневшую, а также наполненный эликсиром золотой сосуд, в котором держат священную воду, и велел ему смыть налет с ваджры эликсиром и установить ваджру на Знамени Победы. Он сказал, что это угодно Победителям в Истине прошлого и будет служить благу всех живых существ и поможет Марпе и другим людям в достижении их целей.
Сказав это, Наропа поднялся на небеса, и Марпа во сне увидел, что он выполнил приказание своего гуру – обмыл ваджру святым эликсиром и поднял ее вместе со Знаменем Победы. И ваджра стала излучать такое яркое сияние, что наполнила своим светом все миры. Свет этот озарил все существа, обитающие в Шести Мирах Мира Страстей и рассеял все их страдания. И в радости, в которой они пребывали, не было примеси печали. Охваченные верой, они все с благоговением взирали на Марпу и его Знамя Победы. Некоторые пели хвалебные песни, другие делали вознаграждение. Победители в Истине благословили Знамя и совершили церемонию посвящения, и сам он ощущал радость. Он проснулся в счастливом расположении духа. Утром Марпа сказал своей жене:
– Сейчас я пойду на поле, которое буду пахать. Приготовь мне все, что нужно для работы.
Удивившись, жена возразила:
– Ведь у тебя всегда есть работники, которые сделают эту работу. Что скажут люди, если ты, знаменитый лама, пойдешь работать в поле, как простой крестьянин? Это вызовет ненужные разговоры. Прошу тебя, не ходи!
Но Марпа не внял ее уговорам и перед уходом сказал:
– Принеси мне хорошую порцию чанга (пива).
Когда жена принесла ему целый кувшин, он сказал:
– Этого должно хватить для меня. Принеси еще для гостей.
Она принесла еще один кувшин, который он поставил на землю и накрыл шляпой. Во время отдыха он пил свой чанг, сидя рядом с этим кувшином.
Тем временем я шел по дороге, расспрашивая каждого встречного: «Где живет великий йог Переводчик Марпа?» Но к кому я ни обращался, никто не мог мне ответить. Я спросил еще одного, и он сказал, что есть человек по имени Марпа, который живет здесь поблизости, но нет никого, кто бы носил титул «великий йог Переводчик Марпа». Я тогда спросил его, где находится Пшеничная Долина. Он показал: «Вон там». Я поинтересовался, кто живет в этом месте, и он ответил, что там живет человек, которого зовут Марпа. «Не зовут ли его еще как-нибудь?» – спросил я. Он сказал, что некоторые называют его также ламой Марпой. Это развеяло мои сомнения, и я понял, что здесь живет тот Марпа, которого я разыскивал. Я тогда спросил, как называется возвышенность, на которой я нахожусь, и он ответил, что она называется Возвышенность Дхармы. Я подумал, что это очень благоприятный знак, так как я впервые увижу моего гуру с этой возвышенности. Идя дальше, я продолжал расспрашивать встречных о Марпе. Мне встретились пастухи и с ними юноша приятной наружности и нарядно одетый. На нем были украшения, и волосы его были умащены и хорошо причесаны. На мой вопрос старшие не могли ответить, но юноша сказал мне:
– Ты, должно быть, спрашиваешь о моем господине и отце, который имеет обыкновение продавать все в нашем доме для того, чтобы купить золото и отправиться с ним в Индию, откуда он возвращается с громадным количеством бумажных свитков. Если ты спрашиваешь именно о нем, то сегодня он пашет в поле, хотя раньше этим никогда не занимался.
Я подумал, что это, вероятно, тот человек, которого я ищу, но мне было трудно поверить тому, что он, знаменитый Переводчик, пашет землю. Размышляя так, я продолжал идти, пока не встретился с ламой крупного телосложения, довольно полным, с глазами навыкате и имевшим очень величественным вид. Он пахал. В тот момент, когда мой взгляд остановился на нем, меня охватили трепет и ощущение невыразимого восторга, что я потерял всякое представление о том, где нахожусь. Когда я пришел в себя, то обратился к ламе с вопросом:
– Почтенный господин, где здесь живет преданный ученик известного святого Наропы по имени Переводчик Марпа?
Какое-то время лама внимательно меня рассматривал, а затем спросил:
– Откуда ты? Чем занимаешься?
Я ответил, что я великий грешник с нагорья Цанг и что, услышав о знаниях и учености Марпы, пришел к нему получить Истинное Учение, чтобы с помощью него достичь Освобождения. На это лама сказал:
– Хорошо, я устрою тебе встречу с ним, если ты закончишь эту работу для меня. – И, вытащив из-под шляпы чанг, дал мне выпить. Выпив его, я ощутил бодрость. Лама, наказав мне работать старательно, ушел и оставил меня одного. Я допил чанг и затем охотно принялся за работу.
Вскоре пришел тот юноша, которого я встретил с пастухами, и сообщил мне, что меня приглашают в дом. Я очень этому обрадовался и сказал: «Лама выполнил мою просьбу, поэтому я хочу закончить эту работу для него». И я продолжал пахать, пока не вспахал все поле. Так как это поле помогло мне познакомиться с гуру, его стали называть Полем Помощи. Летом дорога пролегала по краю этого поля, а зимой пересекала его.
Когда я вошел вместе в юношей в дом, я увидел ламу, сидящего на двух подушках, поверх которых был постлан ковер. Лама уже привел себя в порядок, хотя на лбу и у носа были видны следы пыли. Он был грузным, с выдающимся вперед животом. Узнав в нем того же человека, с которым я недавно встретился, я огляделся, ожидая увидеть другого ламу.
Тогда сидящий на подушках лама сказал:
– Конечно ты не знал, что я Марпа. Теперь ты знаешь и можешь приветствовать меня.
Я тотчас поклонился и, коснувшись лбом его ног, приложил их к моей голове. Совершив эту церемонию, я обратился к Марпе со следующими словами:
– О почтенный учитель, я великий грешник с Западного нагорья, пришел, чтобы отдать тебе свое тело, речь и мысль. Прошу тебя обеспечивать меня пищей и одеждой и обучать меня тому, что поможет мне достичь Освобождения в течение одной жизни.
Лама ответил:
– Так как ты великий грешник, ты не имеешь ничего общего со мной. Я не посылал тебя совершать грехи от моего имени. Какие грехи ты совершил? – После того, как я подробно рассказал ему о своей жизни, лама поставил следующее условие:
– Мне нравится твое предложение посвятить мне тело, речь и мысль, но я не могу обеспечивать тебя пищей и одеждой и одновременно обучать. Или я буду содержать тебя, а учиться ты будешь в другом месте, или тебе придется самому обеспечивать себя пищей и одеждой, а я буду заниматься только твоим духовным развитием. Выбери то, что тебе предпочтительнее. Если я передам тебе Истину, достижение Освобождения будет зависеть только от тебя, от твоего усердия и целеустремленности.
Я ответил:
– Я пришел к тебе, мой лама, за Истиной. Я найду пищу и одежду в другом месте. – Сказав так, я тут же начал раскладывать свои вещи и несколько своих книг положил на полку вблизи алтаря. Но лама сразу же запретил мне это:
– Убери свои старые книги. Своим холодом они испортят мои книги и священные реликвии.
Я подумал, что он знает, что среди моих книг были и книги по черной магии, и поэтому он запретил класть их вместе с его священными реликвиями. Я взял книги с собой и держал их в отведенном мне помещении. Так я прожил несколько дней. Жена моего учителя кормила меня и снабжала всем необходимым.
Страстно желая достичь Освобождения, я не раз умолял его передать мне некоторые наставления и в ответ он однажды сказал мне:
– В провинции Ю и Цанг у меня есть немало преданных учеников и последователей из мирян, которые очень хотели бы прийти ко мне, но всякий раз их грабят по дороге пастухи-кочевники Ямдака, Талунга и Лингпа. И поскольку это происходило неоднократно, мои ученики не могут прийти ко мне с запасами провизии и подарками. Пойди и напусти на грабителей град. Это будет полезное для религии дело. Тогда я передам тебе наставления относительно Истины.
Я тотчас же отправился туда и напустил сильнейшую грозу с градом в каждом из указанным мест. Когда, вернувшись, я спросил ламу об обещанных наставлениях, то услышал в ответ:
– Что? За твое две-три жалкие градины ты осмеливаешься спрашивать о святейшей Дхарме, которую я получил в Индии такой дорогой ценой? Нет, если ты действительно стремишься к Истине, пойди и посредством магии, адептом которой ты себя считаешь, уничтожь некоторых горцев Лхобрака, так как они тоже часто грабили моих учеников, когда те шли ко мне из Ньял-Ло-ро, и не раз оскорбляли меня. Если ты сумеешь в доказательство своих магических способностей расправиться с ними, я сообщу тебе мистические истины, переданные мне моим почитаемым Гуру, великим пандитой Наропой, – истины, с помощью которых можно за одну жизнь достигнуть Освобождения и прийти к состоянию Будды.
Снова я выполнил приказание гуру, и мое магическое проклятие произвело действие: горцы Лхобрака подрались друг с другом, и во время драки многие были убиты. Однако при виде крови я ощутил глубокое раскаяние и боль. Мой гуру, узнав, что среди убитых было много обидчиков, сказал мне:
– Правда, что ты настоящий адепт магии. – И он назвал меня Великим Магом. Когда я снова попросил его передать мне приносящие спасение истины, лама в ответ сказал:
– Ха-ха! Я должен сообщить тебе самые сокровенные Истины, которые я получил в Индии, отдав за них все мое земное состояние, истины, которые все еще исторгают дыхание Дакини, передавших их, и все это в обмен на твои злодеяния? Нет. Такое только может вызвать смех. Если бы на моем месте был кто-то другой, он бы убил тебя за такую дерзость. Пойди и восстанови уничтоженные тобой посевы пастухов и воскреси убитых людей Лхобрака. Если ты сможешь это сделать, тогда я соглашусь передать тебе истины, а если не сможешь, тебе лучше не появляться передо мной снова.
И он гневался так, как будто собирался побить меня. Я же был низвергнут в пучину отчаяния и плакал горькими слезами.
На следующее утро лама был настолько добр, что сам пришел ко мне и сказал:
– Боюсь, что был слишком суров с тобой вчера вечером, но не принимай это близко к сердцу. Будь терпелив и жди, и тебе будет передано учение. Но мне думается, что ты умелый парень. Поэтому я бы хотел, чтобы ты построил дом для моего сына Дарма-Додай (Букет Сутр). Когда ты его закончишь, я не только сообщу тебе учение, но также буду снабжать тебя пищей и одеждой во время твоего обучения.
– Но, – настаивал я, – что случится со мной, если за это время я умру, не достигнув Освобождения?
Он ответил:
– Я обещаю, что за это время ты не умрешь. Мое учение дает определенную гарантию. И поскольку ты, как видно, обладаешь большой энергией и упорством, ты можешь стремиться к цели беспрепятственно, независимо оттого, достигнешь ли ты Освобождения в течение одной жизни или нет. Моя школа не совсем такая, как другие школы. В ней больше благословения и более непосредственное духовное откровение, чем в какой-либо другой секте.
Утешенный и обрадованный этими обещаниями, я сразу спросил ламу о плане дома.
У него был свой план, и он осуществил его следующим образом. Поднявшись со мной на возвышенность, обращенную к востоку, и выбрав там место, он начертил план круглого здания и приказал приступить к строительству в этом месте. Я сразу же принялся за работу. Когда я возвел уже половину здания, он пришел и сказал, что, давая указания, он недостаточно хорошо обдумал их и что я должен прекратить работу, сломать то, что построил, и отнести землю и камни на место, где я их брал.
Когда я выполнил этот приказ, лама, казавшийся мне пьяным, повел меня на возвышенность, обращенную на запад, и, приказав мне строить там другой дом, начертил план в форме полумесяца и затем удалился. Когда я возвел половину требуемой высоты, лама снова пришел ко мне во время моей работы и сказал, что и этот дом не годится и я должен отнести глину и камни обратно туда, откуда я их принес. Я снова повиновался ему, и лама затем повел меня на возвышенность, обращенную к северу, и сказал мне:
– Мой Великий Маг, по-видимому, я был пьян, когда в прошлый раз велел построить тебе дом, и поэтому дал тебе неверные указания. Вероятно, это была моя ошибка. Но сейчас ты должен построить мне на этом месте действительно хороший дом.
Я осмелился сказать ему, что непрестанно строить дома, чтобы затем разрушать их, накладно и для него, и для меня. Я умолял его сначала подумать как следует, а затем давать указания. Он сказал:
– Я не пьян сегодня и хорошо обдумал вопрос. Дом тантрийского мистика должен быть треугольным. Поэтому построй мне дом такой формы. Этот дом мы не будем разрушать.
Теперь я строил уже дом треугольной формы. Когда работа была выполнена на треть, лама пришел и спросил:
– Кто приказал тебе строить такой дом:?
Я отвечал:
– Этот дом для сына твоего преподобия я строю по твоему указанию.
– Я не помню этого, – сказал он. – Но если это так, то в то время я, видимо, не владел собой или был в невменяемом состоянии.
– Но, – настаивал я, – боясь, что что-то подобное может случиться, я осмелился просить твое преподобие тщательно обдумать этот вопрос, и тогда ты соблаговолил убедить меня, что ты все тщательно обдумал и что этот дом не будет разрушен. И твое преподобие имел тогда вполне нормальный вид.
Лама возмутился:
– Как ты это докажешь? Как? Ты хочешь погубить меня и мою семью с помощью колдовства или запереть нас в твоем доме, имеющим вид магического треугольника? Но я же не отнял у тебя твое фамильное наследство. И ты ведь хочешь получить религиозные знания. Но сама форма этого дома может восстановить всех местных богов против тебя. Ты постарайся все разрушить сразу и отнести все камни и глину на место. Тогда я передам тебе те наставления, которые ты желаешь получить. Но если ты не выполнишь моих указаний, ты можешь уходить!
И лама был, по-видимому, очень рассержен. Я крайне опечалился этим, но другого выхода у меня не было. Я стремился к познанию Истины, и мне ничего не оставалось делать, как разрушить и этот дом и с материалом поступить так, как было приказано.
Из-за тяжелой работы у меня образовалась большая рана на спине между плечом и позвоночником, но я не осмеливался показать ее ламе, который, я боялся, будет недоволен, если я это сделаю. Я также не показывал ее его жене, чтобы она не подумала, что я хочу этим подчеркнуть, какую тяжелую работу для них исполняю. Поэтому я никому не говорил о своей болезни, а только попросил жену ламы уговорить его дать мне обещанные наставления. Она пошла к нему и сказала:
– Мой господин, твои бессмысленные затеи со строительством домов только изматывают силы этого бедного юноши. Прошу пожалеть его сейчас и дать наставления.
Лама отвечал:
– Приготовь хороший обед и позови его.
Она приготовила обед и привела меня. Лама тогда сказал:
– Великий Маг, не обвиняй меня напрасно, как вчера. Что касается наставлений, я их тебе дам. – И он научил меня четырем формулам приверженности, а также молитвам, правилам и обетам и в заключение сказал:
– Они называются временными религиозными наставлениями. Но если ты стремишься получить вневременные религиозные наставления, то есть мистические истины, ты должен поступать так. – И он рассказал мне о подвигах его гуру Наропы и закончил рассказ словами: – Но ты вряд ли сможешь осуществить такое. Боюсь, это слишком трудно для тебя.
Его рассказ произвел на меня глубокое впечатление. Я не мог сдержать слез из-за переполнявшей мое сердце веры и решил делать все, что лама мне прикажет.
Прошло несколько дней, и лама пригласил меня пойти с ним на прогулку. Во время прогулки мы подошли к месту, на котором дяди и двоюродные братья ламы договорились ничего не строить и которое теперь ими охранялось. Здесь лама остановился и сказал:
– Теперь ты должен построить обычный, с квадратным основанием дом в девять этажей, с украшениями в верхней части, образующей десятый этаж. Этот дом не будет разрушен, и после окончания строительства я передам тебе истины, которые ты жаждешь получить, и буду обеспечивать тебя всем необходимым, когда ты будешь находиться в уединении, совершая садхану.
– Здесь я осмелился попросить его пригласить в качестве свидетеля его жену. Он согласился, и я пошел за ней, а лама в это время занялся составлением плана дома. Жена ламы сказала:
– Конечно, я могу быть свидетелем, но твой гуру такой своенравный, что не обратит на нас никакого внимания.
Снова я приступил к работе и, заложив квадратный фундамент, начал возводить здание. Случилось так, что старшие ученики моего гуру ради физической разминки принесли к тому месту, где я работал, большой камень. Так как это был очень хороший по размеру камень, я использовал его в качестве краеугольного, установив его над фундаментом вблизи дверного проема. Когда я возвел второй этаж, Марпа пришел посмотреть на мою работу. Осмотрев все здание очень внимательно и заметив камень, который принесли три его старших ученика, он сказал:
– Великий Маг, где ты достал этот камень?
– Твое преподобие, его принесли ради разминки три твоих старших ученика, – отвечал я.
– Если это так, – сказал он, – то ты не имеешь права использовать для строительства дома камень, принесенный ими. Потрудись вытащить его и вернуть на место, окуда он был принесен.
Я напомнил ему о его обещании не разрушать это здание. Но он тогда сказал мне:
– Я не обещал тебе использовать в качестве рабочих моих лучших учеников, посвященных в мистические истины, дважды рожденных. Кроме того, я не приказываю тебе разрушать все здание, но только вытащить этот камень, принесенный моими учениками, и отнести его на прежнее место.
Мне ничего не оставалось делать, как разобрать сверху донизу возведенную мной стену. Вытащив камень, я отнес его туда, откуда он был принесен. Как только лама увидел, что я выполнил его приказ, он сказал:
– Сейчас ты можешь сам принести этот камень и установить его в том же месте.
Приложив усилие, равное силе трех, я смог это сделать. Этот камень впоследствии стали называть Гигантом в знак необычной физической силы, которую я приложил, чтобы поднять его.
Когда был построен седьмой этаж, у меня около поясницы появилась еще одна рана.
В то время прибыл Метен-Цемпо из Цанг-ронга для получения посвящения в Демчонг-Мандалу. Жена ламы сказала:
– Сейчас подходящий момент для тебя также получить посвящение.
И я подумал, что сам заслужил его. Ведь я смог построить такое здание своими руками, и никто мне не помогал. Никто не принес мне ни одного камня даже величиной с козлиную голову, ни одной корзины земли, ни одного кувшина воды, ни одного куска глины. Рассуждая так, я был вполне уверен, что буду достоин посвящения. И, поклонившись, я занял место среди посвящаемых.
Увидев меня, лама спросил:
– Великий Маг, что у тебя есть для вознаграждение?
Я отвечал:
– Твое преподобие обещал мне, что когда я закончу строительство дома для сына твоего преподобия, я получу посвящения и наставления. Поэтому я надеюсь, что твое преподобие будет теперь благосклонен ко мне и удостоит меня посвящения.
Лама возмутился:
– Какая дерзость! Какая наглость! За то, что ты положил несколько кладок глинобитной стены, я, по-твоему, должен передать тебе священное учение, которое я получил в Индии, отдав за него целое состояние? Если ты можешь заплатить за посвящение, тогда другое дело. Если же ты не можешь, уходи отсюда. – И он ударил меня и, схватив за волосы, вытолкнул из комнаты.
Мне тогда хотелось, чтобы я умер тут же на месте. Я проплакал всю ночь. Супруга ламы тогда подошла ко мне и сказала:
– Ламу невозможно понять. Он говорит, что принес святое учение из Индии сюда для блага всех живых существ, и обычно он готов учить и проповедовать каждому, даже собаке, если она окажется перед ним, и молится за нее. Поэтому не теряй веры в него.
На следующее утро лама сам пришел ко мне и сказал:
– Великий Маг, тебе лучше прекратить строить этот дом и начать другой, с двенадцатью столбами, с залом и часовней в виде пристройки к главному зданию. Когда ты его закончишь, я передам тебе наставления.
Еще раз я заложил фундамент здания. Когда пристройка была близка к завершению, прибыл Цуртен-Ванггай родом из Дела, чтобы получить посвящение в Мандалу эзотеризма. Тогда супруга ламы сказала мне:
– Мой сын, на этот раз нам удастся тебя посвятить.
Она дала мне сливочное масло, кусок ткани для одеяла и небольшой медный сосуд и велела мне пойти сесть среди учеников, которые должны были получать посвящение.
Лама, заметив меня, сказал:
– Великий Маг, заняв место среди посвящаемых, имеешь ли ты что-нибудь пожертвовать за посвящение?
Я показал масло, ткань и сосуд и сказал, что это будет моей платой. На это лама ответил, что эти вещи уже принадлежат ему, так как их принесли в качестве вознаграждение другие ученики, и что я должен принести принадлежащие мне вещи или же выйти из посвятительного круга, и, разгневанный, он встал и пинками вытолкал меня. В тот момент я хотел провалиться сквозь землю. Одновременно у меня возникла мысль: «Так как я погубил посредством колдовства стольких людей и уничтожил градом посевы, все мои страдания сейчас – карма этих злодеяний – или, – продолжал я размышлять, – лама увидел во мне что-то такое, из-за чего, он знает, я не смогу воспринять и практически применить учение, или же, – спрашивал я себя, – лама не относится ко мне с приязнью и уважением? Что бы ни было, – сказал я себе, – без религии жизнь человека ничего не стоит». И я стал думать о самоубийстве. В этот момент супруга ламы принесла мне свою долю освященной еды и выразила мне свое искренне сочувствие. Но я потерял вкус даже к освященной еде и проплакал всю ночь.
На следующее утро лама сам пришел ко мне и сказал:
– Ты должен закончить оба здания. Тогда я обязательно передам тебе наставления и истины. Продолжив работу, я вскоре почти закончил пристройку, но к тому времени на пояснице у меня появилась еще одна рана. Кровь и гной сочились из трех ран, и скоро вся спина превратилась в одну сплошную рану. Я показал ее жене ламы и, напомнив ей об обещании ламы передать мне наставления, просил ее походатайствовать за меня перед ламой, чтобы он соблаговолил передать мне истины, которые я жаждал получить. Она внимательно осмотрела мои раны и выразила готовность поговорить обо мне с ламой.
Придя к ламе, она сказала ему:
– Великий Маг выполнил такую колоссальную работу. Его руки и ноги все покрылись трещинами, а на спине появились три огромные раны, из которых сочится кровь и гной. Ты должен пожалеть мальчика. Кроме того, ты же обещал, что передашь ему наставления.
– Да, обещал, – отвечал лама, – Я обещал ему, что, когда десятиэтажное здание будет закончено, я передам ему наставления, но где эти десять этажей? Он закончил их?
– Но он сделал пристройку, намного превышающую десятиэтажное здание.
– Много разговора, мало дела, как гласит пословица, – возразил лама. – Когда он закончит десятый этаж, я дам ему наставления, но не раньше. А правда, что на его спине появились раны?
– Твой деспотизм мешает тебе даже взглянуть. Иначе ты не мог бы не заметить, что у него не просто рана на спине, но что вся его спина – сплошная рана. – Сказав это самым суровым тоном, супруга ламы поспешила выйти. Но лама окликнула ее и сказал:
– Пусть парень придет ко мне.
Я пришел к нему, сильно надеясь, что наконец мне будут переданы наставления, но вместо этого он велел мне показать мою больную спину. Осмотрев ее очень внимательно, он сказал:
– Это ничто по сравнению с теми испытаниями и страданиями, которые перенес мой господин святой Наропа. Ему пришлось подвергнуть свое тело двенадцати большим и двенадцати малым испытаниям, которые в сумме составляют двадцать четыре. Я сам не жалел своего имущества и своей жизни и, готовый пожертвовать ими, беззаветно следовал и служил моему учителю Наропе. Если ты действительно ищешь Истину, не выставляй напоказ свое усердие и трудись, пока не выполнишь порученное тебе дело.
Снова мои надежды рухнули.
Затем лама, сложив свою одежду так, что получилось нечто вроде подушки, показал мне, как ее укладывают на пони и ослов, когда у них натерты спины, и посоветовал мне сделать то же самое для себя. Когда я спросил его, какая польза от этой подкладки, когда вся спина – сплошная рана, он холодно ответил, что в рану не будет попадать земля и не будет ее ухудшать, и велел мне продолжать носить глину и камни. Получив от гуру такое указание, я понимал, что обязан подчиниться и продолжать работать. Но теперь я уже носил ношу не на спине, а перед собой. Лама, увидев, как я работаю, говорил себе: «Заслуживает похвалы тот благородный шишья, который бескорыстно повинуется приказаниям своего гуру». И он втайне плакал от радости, видя мою искренность и веру в него.
А раны тем временем все ухудшались и воспалялись. Я испытывал такую сильную боль, что не мог больше работать, и попросил жену ламы снова похлопотать за меня и попросить ламу передать мне истины. Но даже если мне в этом будет отказано, я просил разрешения отдохнуть некоторое время, пока не смогу снова работать. В ответ на ее просьбу он сказал:
– Ни учения, ни наставлений он не получит, пока не закончит эти здания, но отдохнуть он может, если не в состоянии работать, так как другого выхода нет. Пока пусть работает столько, сколько может.
Тогда супруга ламы разрешила мне отдохнуть и стала лечить мои раны. Когда они частично залечились, лама, не упоминая совсем о наставлениях, сказал мне:
– Великий Маг, лучше возобновить строительство и быстро его закончить.
Я уже был готов приступить к работе, когда супруга ламы сказала мне по секрету:
– Давай сделаем так, чтобы заставить его передать тебе учение.
Мы посовещались и придумали, что я выйду со всеми своими вещами (книгами и т.д.) и с небольшим мешком муки за спиной и буду говорить ей: «О, не удерживай меня, не удерживай!» в том месте, откуда меня мог бы видеть и слышать лама, когда он сидел на своем обычном месте. Так я должен был делать вид, что ухожу, а она удерживает меня, говоря: «Не уходи, не уходи! Я сделаю все, чтобы ты получил наставления».
Когда это краткое представление было таким образом разыграно в пределах досягаемости для глаз и ушей ламы, он позвал жену:
– Дамема (Лишенная Эгоизма), что за комедию вы сейчас оба играете?
Его супруга отвечала:
– Великий Маг говорит, что пришел сюда издалека в надежде получить от тебя, своего гуру, знание Истины, приносящей спасение. Однако вместо этого он только навлекал недовольство и зарабатывал побои. А сейчас, боясь умереть без знания Истины, он собирается пойти куда-нибудь, чтобы получить их, а я убеждаю его, что сделаю все, что в моих силах, и стараюсь удержать его.
Тогда лама сошел со своего места и, нанеся мне несколько ударов, закричал:
– Когда ты впервые пришел ко мне, не предлагал ли ты мне всего себя -- тело, речь и мысль? А сейчас куда ты собираешься? Ты принадлежишь мне безраздельно. Если бы я захотел, я мог бы изрубить твое тело на сто кусков, и никто не смог бы помешать мне. Но даже если ты хочешь уйти, какое ты имеешь право уносить из моего дома муку? – Сказав это, он сшиб меня с ног и избил, а затем отнес мешок в дом.
Это пов
(1052-1135)
Согласно Намтар, или жизнеописании, созданном для того, чтобы помогать людям достигать Просветления, Миларепа родился в 1052 году в семье Джоси. Среди его предков был лама Ньнингмапа который был известен своей способностью подчинять демонов. Его отец был торговцем, который разбогател, занимаясь делами далеко к западу от Лхасы. Миларепа рос в теплой, обеспеченной и любящей семье, Хотя его воспитание и образование были обычными, в детстве и ранней юности он отличался повышенной психической чувствительностью. Он также обладал значительной склонностью к духовному. Когда отец обнаружил, что умирает от изнурительной болезни, он доверил управление имуществом своему брату и его жене.
Первым учителем Миларепы был маг из традиции Нингма, восходящей к Падмасамбхаве. Его звали Юнгтон Трогъел и он обладал «Змеиной силой восьми нагов», которые включали в себя способность меять форму по своей воле, расширять свое сознание так, чтобы оно включало в себя иные миры и способность служить всем живым существам. Миларепа пожертвовал ему все, что имел и стал его учеником. Со временем лама узнал об истории Миларепы. Он был тронут решимостью Милареы служить своей матери. Будучи озабоченным силой ненависти матери Миларепы, он отправил его к ламе Ёнтен Гьяцо, для обучения магическому искусству разрушения.
Милаерпа ушел в двухнедельный ритрит для изучения заклинаний и прочих практик. Как только его жадные дядя и тетя наполнили свой дом гостями по случаю свадьбы своего сына, дом был развален на части, погубив тридцать пять человек, оставив в живых лишь дядю и тетю Миларепы. Вернувшись к своему ламе, Миларепа изучил искусство управления погодой, после чего наслал град перед самой уборкой урожая на угодия питавших к нему ненависть односельчан.
После этого все для Милареы стало иным. Он выполнил желания своей матери и тем самым освободился от того, что он считал своим долгом. И несмотря на свою моральную слепоту и искаженное чувство справедливости, он осознал неумолимую работу Закона Кармы.Он понял, что зло порождает зло, что его посупки были ужасны и что они вернутся к нему. В это время умер пребывавший до того момента в полном здравии наставник учителя Миларепы, и учитель погрузился в глубокие рассуждения о карме и Дхарме. Когда он рассказал Миларепе о своем намерении отдалиться от дел с тем, чтобы искоренить собственную черную карму, миларепа попросил помощи. Юнгтон Трогьел послал его к Ронтонгу Лхага.
Встретив этого ламу, Миларепа раскаялся ему во всех злодеяниях, что совершил за свою жизнь Ронтонг Лханга рассказал ему, что глубочайшая медитация, включающая прямое осознание, устранит все препятствия, если человеку карма позволит выполнить эту совершенную практику. Миларепа был так рад возможности избежать тяжелогого бремени, что заснул, подумав, что он уже Бодхисаттва. На следующее утро лама вызвал его и сказал, что узнал что сознание Миларепы претендует на роль ученика и поэтому не может учить его. Он посоветовал Миларепе отправиться в Лхотрак и найти там Переводчика Марпу. По словам ламы, Марпа и Миларепа издревле связаны кармически, и только Марпа может научить его Дхарме.
Итак, далее начинается рассказ Миларепы о своей жизни.
После того, как умер мой отец, наши соседи во главе с дядей и тетей отняли у нас имущество и невыносимо жестоко обращались с нами. Поэтому я отправился изучать черную магию, чтобы отомстить своим врагам за причиненное ими зло, и накопил много плохой кармы, беспощадно им мстя. Но я испытывал глубокое раскаяние в том, что сотворил столько зла – убил посредством магии тридцать пять человек и уничтожил урожай, и жаждал приобщиться к религии.
Меня послали к ламе Ронтонг-Лхага, он сразу посвятил меня и дал необходимые инструкции. Но я так возгордился, что не мог медитировать и вместо этого уснул.
Через несколько дней лама пришел ко мне и сказал:
– Есть монастырь в Лхобраке, называемый Дово-унг (Пшеничная Долина), где сейчас живет преданный ученик великого индийского святого Наропы. Он самый достойный из достойнейших, настоящий принц среди переводчиков, обладающий знаниями новых тантрийских учений, не имеющий себе равных во всех трех мирах. Его зовут Переводчик Марпа. Между тобой и ним есть кармическая связь, идущая от прошлых жизней. К нему ты должен пойти.
Услышав это имя, я ощутил невыразимую радость. Меня охватил благоговейный трепет и слезы брызнули из глаз. Так велико было чувство веры, пробудившееся во мне. И, взяв с собой только несколько книг и провизию на дорогу, я отправился туда с единственной целью найти этого гуру. Весь мой путь мной владела одна мысль: «Когда я взгляну на моего гуру? Когда я увижу его лицо?»
За ночь до моего прибытия в Пшеничную Долину Марпа видел во сне, что его гуру, великий святой Наропа явился к нему и, совершив церемонию посвящения, дал ему ваджру, сделанную из лазурита, пятиконечную и слегка потускневшую, а также наполненный эликсиром золотой сосуд, в котором держат священную воду, и велел ему смыть налет с ваджры эликсиром и установить ваджру на Знамени Победы. Он сказал, что это угодно Победителям в Истине прошлого и будет служить благу всех живых существ и поможет Марпе и другим людям в достижении их целей.
Сказав это, Наропа поднялся на небеса, и Марпа во сне увидел, что он выполнил приказание своего гуру – обмыл ваджру святым эликсиром и поднял ее вместе со Знаменем Победы. И ваджра стала излучать такое яркое сияние, что наполнила своим светом все миры. Свет этот озарил все существа, обитающие в Шести Мирах Мира Страстей и рассеял все их страдания. И в радости, в которой они пребывали, не было примеси печали. Охваченные верой, они все с благоговением взирали на Марпу и его Знамя Победы. Некоторые пели хвалебные песни, другие делали вознаграждение. Победители в Истине благословили Знамя и совершили церемонию посвящения, и сам он ощущал радость. Он проснулся в счастливом расположении духа. Утром Марпа сказал своей жене:
– Сейчас я пойду на поле, которое буду пахать. Приготовь мне все, что нужно для работы.
Удивившись, жена возразила:
– Ведь у тебя всегда есть работники, которые сделают эту работу. Что скажут люди, если ты, знаменитый лама, пойдешь работать в поле, как простой крестьянин? Это вызовет ненужные разговоры. Прошу тебя, не ходи!
Но Марпа не внял ее уговорам и перед уходом сказал:
– Принеси мне хорошую порцию чанга (пива).
Когда жена принесла ему целый кувшин, он сказал:
– Этого должно хватить для меня. Принеси еще для гостей.
Она принесла еще один кувшин, который он поставил на землю и накрыл шляпой. Во время отдыха он пил свой чанг, сидя рядом с этим кувшином.
Тем временем я шел по дороге, расспрашивая каждого встречного: «Где живет великий йог Переводчик Марпа?» Но к кому я ни обращался, никто не мог мне ответить. Я спросил еще одного, и он сказал, что есть человек по имени Марпа, который живет здесь поблизости, но нет никого, кто бы носил титул «великий йог Переводчик Марпа». Я тогда спросил его, где находится Пшеничная Долина. Он показал: «Вон там». Я поинтересовался, кто живет в этом месте, и он ответил, что там живет человек, которого зовут Марпа. «Не зовут ли его еще как-нибудь?» – спросил я. Он сказал, что некоторые называют его также ламой Марпой. Это развеяло мои сомнения, и я понял, что здесь живет тот Марпа, которого я разыскивал. Я тогда спросил, как называется возвышенность, на которой я нахожусь, и он ответил, что она называется Возвышенность Дхармы. Я подумал, что это очень благоприятный знак, так как я впервые увижу моего гуру с этой возвышенности. Идя дальше, я продолжал расспрашивать встречных о Марпе. Мне встретились пастухи и с ними юноша приятной наружности и нарядно одетый. На нем были украшения, и волосы его были умащены и хорошо причесаны. На мой вопрос старшие не могли ответить, но юноша сказал мне:
– Ты, должно быть, спрашиваешь о моем господине и отце, который имеет обыкновение продавать все в нашем доме для того, чтобы купить золото и отправиться с ним в Индию, откуда он возвращается с громадным количеством бумажных свитков. Если ты спрашиваешь именно о нем, то сегодня он пашет в поле, хотя раньше этим никогда не занимался.
Я подумал, что это, вероятно, тот человек, которого я ищу, но мне было трудно поверить тому, что он, знаменитый Переводчик, пашет землю. Размышляя так, я продолжал идти, пока не встретился с ламой крупного телосложения, довольно полным, с глазами навыкате и имевшим очень величественным вид. Он пахал. В тот момент, когда мой взгляд остановился на нем, меня охватили трепет и ощущение невыразимого восторга, что я потерял всякое представление о том, где нахожусь. Когда я пришел в себя, то обратился к ламе с вопросом:
– Почтенный господин, где здесь живет преданный ученик известного святого Наропы по имени Переводчик Марпа?
Какое-то время лама внимательно меня рассматривал, а затем спросил:
– Откуда ты? Чем занимаешься?
Я ответил, что я великий грешник с нагорья Цанг и что, услышав о знаниях и учености Марпы, пришел к нему получить Истинное Учение, чтобы с помощью него достичь Освобождения. На это лама сказал:
– Хорошо, я устрою тебе встречу с ним, если ты закончишь эту работу для меня. – И, вытащив из-под шляпы чанг, дал мне выпить. Выпив его, я ощутил бодрость. Лама, наказав мне работать старательно, ушел и оставил меня одного. Я допил чанг и затем охотно принялся за работу.
Вскоре пришел тот юноша, которого я встретил с пастухами, и сообщил мне, что меня приглашают в дом. Я очень этому обрадовался и сказал: «Лама выполнил мою просьбу, поэтому я хочу закончить эту работу для него». И я продолжал пахать, пока не вспахал все поле. Так как это поле помогло мне познакомиться с гуру, его стали называть Полем Помощи. Летом дорога пролегала по краю этого поля, а зимой пересекала его.
Когда я вошел вместе в юношей в дом, я увидел ламу, сидящего на двух подушках, поверх которых был постлан ковер. Лама уже привел себя в порядок, хотя на лбу и у носа были видны следы пыли. Он был грузным, с выдающимся вперед животом. Узнав в нем того же человека, с которым я недавно встретился, я огляделся, ожидая увидеть другого ламу.
Тогда сидящий на подушках лама сказал:
– Конечно ты не знал, что я Марпа. Теперь ты знаешь и можешь приветствовать меня.
Я тотчас поклонился и, коснувшись лбом его ног, приложил их к моей голове. Совершив эту церемонию, я обратился к Марпе со следующими словами:
– О почтенный учитель, я великий грешник с Западного нагорья, пришел, чтобы отдать тебе свое тело, речь и мысль. Прошу тебя обеспечивать меня пищей и одеждой и обучать меня тому, что поможет мне достичь Освобождения в течение одной жизни.
Лама ответил:
– Так как ты великий грешник, ты не имеешь ничего общего со мной. Я не посылал тебя совершать грехи от моего имени. Какие грехи ты совершил? – После того, как я подробно рассказал ему о своей жизни, лама поставил следующее условие:
– Мне нравится твое предложение посвятить мне тело, речь и мысль, но я не могу обеспечивать тебя пищей и одеждой и одновременно обучать. Или я буду содержать тебя, а учиться ты будешь в другом месте, или тебе придется самому обеспечивать себя пищей и одеждой, а я буду заниматься только твоим духовным развитием. Выбери то, что тебе предпочтительнее. Если я передам тебе Истину, достижение Освобождения будет зависеть только от тебя, от твоего усердия и целеустремленности.
Я ответил:
– Я пришел к тебе, мой лама, за Истиной. Я найду пищу и одежду в другом месте. – Сказав так, я тут же начал раскладывать свои вещи и несколько своих книг положил на полку вблизи алтаря. Но лама сразу же запретил мне это:
– Убери свои старые книги. Своим холодом они испортят мои книги и священные реликвии.
Я подумал, что он знает, что среди моих книг были и книги по черной магии, и поэтому он запретил класть их вместе с его священными реликвиями. Я взял книги с собой и держал их в отведенном мне помещении. Так я прожил несколько дней. Жена моего учителя кормила меня и снабжала всем необходимым.
Страстно желая достичь Освобождения, я не раз умолял его передать мне некоторые наставления и в ответ он однажды сказал мне:
– В провинции Ю и Цанг у меня есть немало преданных учеников и последователей из мирян, которые очень хотели бы прийти ко мне, но всякий раз их грабят по дороге пастухи-кочевники Ямдака, Талунга и Лингпа. И поскольку это происходило неоднократно, мои ученики не могут прийти ко мне с запасами провизии и подарками. Пойди и напусти на грабителей град. Это будет полезное для религии дело. Тогда я передам тебе наставления относительно Истины.
Я тотчас же отправился туда и напустил сильнейшую грозу с градом в каждом из указанным мест. Когда, вернувшись, я спросил ламу об обещанных наставлениях, то услышал в ответ:
– Что? За твое две-три жалкие градины ты осмеливаешься спрашивать о святейшей Дхарме, которую я получил в Индии такой дорогой ценой? Нет, если ты действительно стремишься к Истине, пойди и посредством магии, адептом которой ты себя считаешь, уничтожь некоторых горцев Лхобрака, так как они тоже часто грабили моих учеников, когда те шли ко мне из Ньял-Ло-ро, и не раз оскорбляли меня. Если ты сумеешь в доказательство своих магических способностей расправиться с ними, я сообщу тебе мистические истины, переданные мне моим почитаемым Гуру, великим пандитой Наропой, – истины, с помощью которых можно за одну жизнь достигнуть Освобождения и прийти к состоянию Будды.
Снова я выполнил приказание гуру, и мое магическое проклятие произвело действие: горцы Лхобрака подрались друг с другом, и во время драки многие были убиты. Однако при виде крови я ощутил глубокое раскаяние и боль. Мой гуру, узнав, что среди убитых было много обидчиков, сказал мне:
– Правда, что ты настоящий адепт магии. – И он назвал меня Великим Магом. Когда я снова попросил его передать мне приносящие спасение истины, лама в ответ сказал:
– Ха-ха! Я должен сообщить тебе самые сокровенные Истины, которые я получил в Индии, отдав за них все мое земное состояние, истины, которые все еще исторгают дыхание Дакини, передавших их, и все это в обмен на твои злодеяния? Нет. Такое только может вызвать смех. Если бы на моем месте был кто-то другой, он бы убил тебя за такую дерзость. Пойди и восстанови уничтоженные тобой посевы пастухов и воскреси убитых людей Лхобрака. Если ты сможешь это сделать, тогда я соглашусь передать тебе истины, а если не сможешь, тебе лучше не появляться передо мной снова.
И он гневался так, как будто собирался побить меня. Я же был низвергнут в пучину отчаяния и плакал горькими слезами.
На следующее утро лама был настолько добр, что сам пришел ко мне и сказал:
– Боюсь, что был слишком суров с тобой вчера вечером, но не принимай это близко к сердцу. Будь терпелив и жди, и тебе будет передано учение. Но мне думается, что ты умелый парень. Поэтому я бы хотел, чтобы ты построил дом для моего сына Дарма-Додай (Букет Сутр). Когда ты его закончишь, я не только сообщу тебе учение, но также буду снабжать тебя пищей и одеждой во время твоего обучения.
– Но, – настаивал я, – что случится со мной, если за это время я умру, не достигнув Освобождения?
Он ответил:
– Я обещаю, что за это время ты не умрешь. Мое учение дает определенную гарантию. И поскольку ты, как видно, обладаешь большой энергией и упорством, ты можешь стремиться к цели беспрепятственно, независимо оттого, достигнешь ли ты Освобождения в течение одной жизни или нет. Моя школа не совсем такая, как другие школы. В ней больше благословения и более непосредственное духовное откровение, чем в какой-либо другой секте.
Утешенный и обрадованный этими обещаниями, я сразу спросил ламу о плане дома.
У него был свой план, и он осуществил его следующим образом. Поднявшись со мной на возвышенность, обращенную к востоку, и выбрав там место, он начертил план круглого здания и приказал приступить к строительству в этом месте. Я сразу же принялся за работу. Когда я возвел уже половину здания, он пришел и сказал, что, давая указания, он недостаточно хорошо обдумал их и что я должен прекратить работу, сломать то, что построил, и отнести землю и камни на место, где я их брал.
Когда я выполнил этот приказ, лама, казавшийся мне пьяным, повел меня на возвышенность, обращенную на запад, и, приказав мне строить там другой дом, начертил план в форме полумесяца и затем удалился. Когда я возвел половину требуемой высоты, лама снова пришел ко мне во время моей работы и сказал, что и этот дом не годится и я должен отнести глину и камни обратно туда, откуда я их принес. Я снова повиновался ему, и лама затем повел меня на возвышенность, обращенную к северу, и сказал мне:
– Мой Великий Маг, по-видимому, я был пьян, когда в прошлый раз велел построить тебе дом, и поэтому дал тебе неверные указания. Вероятно, это была моя ошибка. Но сейчас ты должен построить мне на этом месте действительно хороший дом.
Я осмелился сказать ему, что непрестанно строить дома, чтобы затем разрушать их, накладно и для него, и для меня. Я умолял его сначала подумать как следует, а затем давать указания. Он сказал:
– Я не пьян сегодня и хорошо обдумал вопрос. Дом тантрийского мистика должен быть треугольным. Поэтому построй мне дом такой формы. Этот дом мы не будем разрушать.
Теперь я строил уже дом треугольной формы. Когда работа была выполнена на треть, лама пришел и спросил:
– Кто приказал тебе строить такой дом:?
Я отвечал:
– Этот дом для сына твоего преподобия я строю по твоему указанию.
– Я не помню этого, – сказал он. – Но если это так, то в то время я, видимо, не владел собой или был в невменяемом состоянии.
– Но, – настаивал я, – боясь, что что-то подобное может случиться, я осмелился просить твое преподобие тщательно обдумать этот вопрос, и тогда ты соблаговолил убедить меня, что ты все тщательно обдумал и что этот дом не будет разрушен. И твое преподобие имел тогда вполне нормальный вид.
Лама возмутился:
– Как ты это докажешь? Как? Ты хочешь погубить меня и мою семью с помощью колдовства или запереть нас в твоем доме, имеющим вид магического треугольника? Но я же не отнял у тебя твое фамильное наследство. И ты ведь хочешь получить религиозные знания. Но сама форма этого дома может восстановить всех местных богов против тебя. Ты постарайся все разрушить сразу и отнести все камни и глину на место. Тогда я передам тебе те наставления, которые ты желаешь получить. Но если ты не выполнишь моих указаний, ты можешь уходить!
И лама был, по-видимому, очень рассержен. Я крайне опечалился этим, но другого выхода у меня не было. Я стремился к познанию Истины, и мне ничего не оставалось делать, как разрушить и этот дом и с материалом поступить так, как было приказано.
Из-за тяжелой работы у меня образовалась большая рана на спине между плечом и позвоночником, но я не осмеливался показать ее ламе, который, я боялся, будет недоволен, если я это сделаю. Я также не показывал ее его жене, чтобы она не подумала, что я хочу этим подчеркнуть, какую тяжелую работу для них исполняю. Поэтому я никому не говорил о своей болезни, а только попросил жену ламы уговорить его дать мне обещанные наставления. Она пошла к нему и сказала:
– Мой господин, твои бессмысленные затеи со строительством домов только изматывают силы этого бедного юноши. Прошу пожалеть его сейчас и дать наставления.
Лама отвечал:
– Приготовь хороший обед и позови его.
Она приготовила обед и привела меня. Лама тогда сказал:
– Великий Маг, не обвиняй меня напрасно, как вчера. Что касается наставлений, я их тебе дам. – И он научил меня четырем формулам приверженности, а также молитвам, правилам и обетам и в заключение сказал:
– Они называются временными религиозными наставлениями. Но если ты стремишься получить вневременные религиозные наставления, то есть мистические истины, ты должен поступать так. – И он рассказал мне о подвигах его гуру Наропы и закончил рассказ словами: – Но ты вряд ли сможешь осуществить такое. Боюсь, это слишком трудно для тебя.
Его рассказ произвел на меня глубокое впечатление. Я не мог сдержать слез из-за переполнявшей мое сердце веры и решил делать все, что лама мне прикажет.
Прошло несколько дней, и лама пригласил меня пойти с ним на прогулку. Во время прогулки мы подошли к месту, на котором дяди и двоюродные братья ламы договорились ничего не строить и которое теперь ими охранялось. Здесь лама остановился и сказал:
– Теперь ты должен построить обычный, с квадратным основанием дом в девять этажей, с украшениями в верхней части, образующей десятый этаж. Этот дом не будет разрушен, и после окончания строительства я передам тебе истины, которые ты жаждешь получить, и буду обеспечивать тебя всем необходимым, когда ты будешь находиться в уединении, совершая садхану.
– Здесь я осмелился попросить его пригласить в качестве свидетеля его жену. Он согласился, и я пошел за ней, а лама в это время занялся составлением плана дома. Жена ламы сказала:
– Конечно, я могу быть свидетелем, но твой гуру такой своенравный, что не обратит на нас никакого внимания.
Снова я приступил к работе и, заложив квадратный фундамент, начал возводить здание. Случилось так, что старшие ученики моего гуру ради физической разминки принесли к тому месту, где я работал, большой камень. Так как это был очень хороший по размеру камень, я использовал его в качестве краеугольного, установив его над фундаментом вблизи дверного проема. Когда я возвел второй этаж, Марпа пришел посмотреть на мою работу. Осмотрев все здание очень внимательно и заметив камень, который принесли три его старших ученика, он сказал:
– Великий Маг, где ты достал этот камень?
– Твое преподобие, его принесли ради разминки три твоих старших ученика, – отвечал я.
– Если это так, – сказал он, – то ты не имеешь права использовать для строительства дома камень, принесенный ими. Потрудись вытащить его и вернуть на место, окуда он был принесен.
Я напомнил ему о его обещании не разрушать это здание. Но он тогда сказал мне:
– Я не обещал тебе использовать в качестве рабочих моих лучших учеников, посвященных в мистические истины, дважды рожденных. Кроме того, я не приказываю тебе разрушать все здание, но только вытащить этот камень, принесенный моими учениками, и отнести его на прежнее место.
Мне ничего не оставалось делать, как разобрать сверху донизу возведенную мной стену. Вытащив камень, я отнес его туда, откуда он был принесен. Как только лама увидел, что я выполнил его приказ, он сказал:
– Сейчас ты можешь сам принести этот камень и установить его в том же месте.
Приложив усилие, равное силе трех, я смог это сделать. Этот камень впоследствии стали называть Гигантом в знак необычной физической силы, которую я приложил, чтобы поднять его.
Когда был построен седьмой этаж, у меня около поясницы появилась еще одна рана.
В то время прибыл Метен-Цемпо из Цанг-ронга для получения посвящения в Демчонг-Мандалу. Жена ламы сказала:
– Сейчас подходящий момент для тебя также получить посвящение.
И я подумал, что сам заслужил его. Ведь я смог построить такое здание своими руками, и никто мне не помогал. Никто не принес мне ни одного камня даже величиной с козлиную голову, ни одной корзины земли, ни одного кувшина воды, ни одного куска глины. Рассуждая так, я был вполне уверен, что буду достоин посвящения. И, поклонившись, я занял место среди посвящаемых.
Увидев меня, лама спросил:
– Великий Маг, что у тебя есть для вознаграждение?
Я отвечал:
– Твое преподобие обещал мне, что когда я закончу строительство дома для сына твоего преподобия, я получу посвящения и наставления. Поэтому я надеюсь, что твое преподобие будет теперь благосклонен ко мне и удостоит меня посвящения.
Лама возмутился:
– Какая дерзость! Какая наглость! За то, что ты положил несколько кладок глинобитной стены, я, по-твоему, должен передать тебе священное учение, которое я получил в Индии, отдав за него целое состояние? Если ты можешь заплатить за посвящение, тогда другое дело. Если же ты не можешь, уходи отсюда. – И он ударил меня и, схватив за волосы, вытолкнул из комнаты.
Мне тогда хотелось, чтобы я умер тут же на месте. Я проплакал всю ночь. Супруга ламы тогда подошла ко мне и сказала:
– Ламу невозможно понять. Он говорит, что принес святое учение из Индии сюда для блага всех живых существ, и обычно он готов учить и проповедовать каждому, даже собаке, если она окажется перед ним, и молится за нее. Поэтому не теряй веры в него.
На следующее утро лама сам пришел ко мне и сказал:
– Великий Маг, тебе лучше прекратить строить этот дом и начать другой, с двенадцатью столбами, с залом и часовней в виде пристройки к главному зданию. Когда ты его закончишь, я передам тебе наставления.
Еще раз я заложил фундамент здания. Когда пристройка была близка к завершению, прибыл Цуртен-Ванггай родом из Дела, чтобы получить посвящение в Мандалу эзотеризма. Тогда супруга ламы сказала мне:
– Мой сын, на этот раз нам удастся тебя посвятить.
Она дала мне сливочное масло, кусок ткани для одеяла и небольшой медный сосуд и велела мне пойти сесть среди учеников, которые должны были получать посвящение.
Лама, заметив меня, сказал:
– Великий Маг, заняв место среди посвящаемых, имеешь ли ты что-нибудь пожертвовать за посвящение?
Я показал масло, ткань и сосуд и сказал, что это будет моей платой. На это лама ответил, что эти вещи уже принадлежат ему, так как их принесли в качестве вознаграждение другие ученики, и что я должен принести принадлежащие мне вещи или же выйти из посвятительного круга, и, разгневанный, он встал и пинками вытолкал меня. В тот момент я хотел провалиться сквозь землю. Одновременно у меня возникла мысль: «Так как я погубил посредством колдовства стольких людей и уничтожил градом посевы, все мои страдания сейчас – карма этих злодеяний – или, – продолжал я размышлять, – лама увидел во мне что-то такое, из-за чего, он знает, я не смогу воспринять и практически применить учение, или же, – спрашивал я себя, – лама не относится ко мне с приязнью и уважением? Что бы ни было, – сказал я себе, – без религии жизнь человека ничего не стоит». И я стал думать о самоубийстве. В этот момент супруга ламы принесла мне свою долю освященной еды и выразила мне свое искренне сочувствие. Но я потерял вкус даже к освященной еде и проплакал всю ночь.
На следующее утро лама сам пришел ко мне и сказал:
– Ты должен закончить оба здания. Тогда я обязательно передам тебе наставления и истины. Продолжив работу, я вскоре почти закончил пристройку, но к тому времени на пояснице у меня появилась еще одна рана. Кровь и гной сочились из трех ран, и скоро вся спина превратилась в одну сплошную рану. Я показал ее жене ламы и, напомнив ей об обещании ламы передать мне наставления, просил ее походатайствовать за меня перед ламой, чтобы он соблаговолил передать мне истины, которые я жаждал получить. Она внимательно осмотрела мои раны и выразила готовность поговорить обо мне с ламой.
Придя к ламе, она сказала ему:
– Великий Маг выполнил такую колоссальную работу. Его руки и ноги все покрылись трещинами, а на спине появились три огромные раны, из которых сочится кровь и гной. Ты должен пожалеть мальчика. Кроме того, ты же обещал, что передашь ему наставления.
– Да, обещал, – отвечал лама, – Я обещал ему, что, когда десятиэтажное здание будет закончено, я передам ему наставления, но где эти десять этажей? Он закончил их?
– Но он сделал пристройку, намного превышающую десятиэтажное здание.
– Много разговора, мало дела, как гласит пословица, – возразил лама. – Когда он закончит десятый этаж, я дам ему наставления, но не раньше. А правда, что на его спине появились раны?
– Твой деспотизм мешает тебе даже взглянуть. Иначе ты не мог бы не заметить, что у него не просто рана на спине, но что вся его спина – сплошная рана. – Сказав это самым суровым тоном, супруга ламы поспешила выйти. Но лама окликнула ее и сказал:
– Пусть парень придет ко мне.
Я пришел к нему, сильно надеясь, что наконец мне будут переданы наставления, но вместо этого он велел мне показать мою больную спину. Осмотрев ее очень внимательно, он сказал:
– Это ничто по сравнению с теми испытаниями и страданиями, которые перенес мой господин святой Наропа. Ему пришлось подвергнуть свое тело двенадцати большим и двенадцати малым испытаниям, которые в сумме составляют двадцать четыре. Я сам не жалел своего имущества и своей жизни и, готовый пожертвовать ими, беззаветно следовал и служил моему учителю Наропе. Если ты действительно ищешь Истину, не выставляй напоказ свое усердие и трудись, пока не выполнишь порученное тебе дело.
Снова мои надежды рухнули.
Затем лама, сложив свою одежду так, что получилось нечто вроде подушки, показал мне, как ее укладывают на пони и ослов, когда у них натерты спины, и посоветовал мне сделать то же самое для себя. Когда я спросил его, какая польза от этой подкладки, когда вся спина – сплошная рана, он холодно ответил, что в рану не будет попадать земля и не будет ее ухудшать, и велел мне продолжать носить глину и камни. Получив от гуру такое указание, я понимал, что обязан подчиниться и продолжать работать. Но теперь я уже носил ношу не на спине, а перед собой. Лама, увидев, как я работаю, говорил себе: «Заслуживает похвалы тот благородный шишья, который бескорыстно повинуется приказаниям своего гуру». И он втайне плакал от радости, видя мою искренность и веру в него.
А раны тем временем все ухудшались и воспалялись. Я испытывал такую сильную боль, что не мог больше работать, и попросил жену ламы снова похлопотать за меня и попросить ламу передать мне истины. Но даже если мне в этом будет отказано, я просил разрешения отдохнуть некоторое время, пока не смогу снова работать. В ответ на ее просьбу он сказал:
– Ни учения, ни наставлений он не получит, пока не закончит эти здания, но отдохнуть он может, если не в состоянии работать, так как другого выхода нет. Пока пусть работает столько, сколько может.
Тогда супруга ламы разрешила мне отдохнуть и стала лечить мои раны. Когда они частично залечились, лама, не упоминая совсем о наставлениях, сказал мне:
– Великий Маг, лучше возобновить строительство и быстро его закончить.
Я уже был готов приступить к работе, когда супруга ламы сказала мне по секрету:
– Давай сделаем так, чтобы заставить его передать тебе учение.
Мы посовещались и придумали, что я выйду со всеми своими вещами (книгами и т.д.) и с небольшим мешком муки за спиной и буду говорить ей: «О, не удерживай меня, не удерживай!» в том месте, откуда меня мог бы видеть и слышать лама, когда он сидел на своем обычном месте. Так я должен был делать вид, что ухожу, а она удерживает меня, говоря: «Не уходи, не уходи! Я сделаю все, чтобы ты получил наставления».
Когда это краткое представление было таким образом разыграно в пределах досягаемости для глаз и ушей ламы, он позвал жену:
– Дамема (Лишенная Эгоизма), что за комедию вы сейчас оба играете?
Его супруга отвечала:
– Великий Маг говорит, что пришел сюда издалека в надежде получить от тебя, своего гуру, знание Истины, приносящей спасение. Однако вместо этого он только навлекал недовольство и зарабатывал побои. А сейчас, боясь умереть без знания Истины, он собирается пойти куда-нибудь, чтобы получить их, а я убеждаю его, что сделаю все, что в моих силах, и стараюсь удержать его.
Тогда лама сошел со своего места и, нанеся мне несколько ударов, закричал:
– Когда ты впервые пришел ко мне, не предлагал ли ты мне всего себя -- тело, речь и мысль? А сейчас куда ты собираешься? Ты принадлежишь мне безраздельно. Если бы я захотел, я мог бы изрубить твое тело на сто кусков, и никто не смог бы помешать мне. Но даже если ты хочешь уйти, какое ты имеешь право уносить из моего дома муку? – Сказав это, он сшиб меня с ног и избил, а затем отнес мешок в дом.
Это пов
Великие Мастера Буддизма.
Еше Цогьял:
Королева великой радости.
"Пустой ум - естественно представляет сферу изначальной чистоты.
Пустое присутствие - естественно представляет сферу спонтанной мудрости.
Пустая форма - естественно представляет сферу магической внешности.
Эти три - моя форма.
Синее небо без облаков - безбрежная внешняя пустота.
Ум без цепляний и прилипчивости - безбрежная внутренняя пустота.
Спонтанное распознавание - безбрежное пустотное знание.
Эти три - мои супруги".
"Тайное жизнеописание и гимны Йеше Цогъял".
"Во времена великого святого Танкгу (санскр. Садапрарудита, букв. "Всегда Рыдающий"), когда я (Йеше Цогъял) была дочерью богатого купца, однажды вместе с пятьюстами девицами я явилась перед святым. Познав учение Будды, я дала высший, нерушимый обет достичь Просветления. Покинув тело в конце своей жизни, я странствовала по многочисленным полям блаженства, а затем вновь появилась на Земле, воплотившись богиней Ганга Деви, и у ног Будды внимала его святым словам. Вернувшись на поля блаженства, я стала богиней Сарасвати и даровала свою помощь великому множеству живых существ.
Когда в Тибете воцарился Трисонг Децен, который был эманацией бодхисаттвы Манджушри, он пригласил великого Учителя Падмасамбхаву прийти и утвердить в стране Учение Будды. Падмасамбхава явился в Тибет, и после того, как был построен монастырь Самье Линг, а также множество больших и малых храмов в провинциях и пограничных областях, свет учения Будды воссиял, как утреннее солнце.
Тогда Падмасамбхава сказал себе: "Пришла пора богине Сарасвати явить свою эманацию для того, чтобы я смог распространить также учение тантры". И немедленно он перенёсся в Оргьен (Уддияна), свою истинную обитель".
Эманация богини Сарасвати (Ваджрайогини Дхатвишвари) – Йеше Цогъял – появилась на свет в семье правителя Карчена Пелгьи Вонгчука, который правил одной из провинций Тибета во времена императора Трисонг Децена.
"Едва появившись на свет, я воскликнула: "Хвала святому из Оргьена!" На моём розовом теле не было следов нечистот утробы, у меня были зубы цвета белой морской раковины и ниспадающие на спину волосы. Когда моя мать поднесла к моему рту ложку растопленного ячьего масла, я сказала:
Я, йогиня, явилась в этот мир!
Я так долго вкушала неземную пищу,
Что позабыла вкус пищи земной.
Но для радости моих родителей
Я стану вкушать эту пищу
Как субстанцию тайного учения,
Я проглочу её, как Океан Сансары,
Чтобы насытиться знанием и постижением.
Тогда принц, мой отец, сказал: "Несомненно, это необыкновенное дитя. Она станет либо великой йогиней, либо супругой вселенского правителя-чакравартина. Мы назовём её Цогьял (Дакини Океана), поскольку при её рождении озеро увеличилось в размерах".
Через месяц я уже выглядела как восьмилетний ребёнок. Десять лет мои родители скрывали меня от постороннего взгляда. Когда же мне исполнилось десять лет, моё тело обрело совершенные формы, и толпы людей со всего Тибета, из Китая, Хора, Джанга и Непала приходили взглянуть на меня".
Вся жизнь Йеше Цогъял – деятельность существа, осознающего цель своей жизни. Множество женихов искали её руки, но Йеше Цогьял не собиралась выходить ни за кого замуж. "Я не выйду ни за одного из них, – говорила она родителям, – иначе мне придётся влачить жалкое существование, погрузившись в мирские заботы. Трудно обрести желанное Освобождение. Прошу вас, мои родители, подумайте об этом!"
Однако родители не понимали Цогьял, – они желали выдать дочь замуж. Наконец, отец предложил двум знатным женихам состязаться за право быть мужем Цогьял, и в состязании победил принц Карчупа. Однако избитой слугами Карчупы Йеше Цогьял удалось бежать от своего жениха той же ночью.
"Я же после своего бегства поселилась в долине Вомпу Такцанг, питаясь плодами деревьев и одеваясь в одежды, сотканные из волокон хлопкового дерева. Но Зуркхарпа, неудачливый жених, разузнал, где я нахожусь, и послал три сотни вооружённых воинов в долину Вомпу. Они нашли меня и силой отвезли к своему господину.
Когда Карчупа, которому я досталась согласно условиям состязания, услышал об этом, он послал моему отцу письмо, в котором сообщал о моём бегстве и пребывании в руках у Зуркхарпы. "Если это произошло с твоего ведома, - писал он, - то я нападу на твою страну. Если же нет, то буду воевать с княжеством Зуркхар".
Отец ответил, что он не имеет никаких сведений обо мне с тех пор, как я покинула дом, и приготовил свои войска к обороне. Зуркхарпа, зная, что меня могут попытаться отнять у него силой, также собрал своих воинов. Таким образом, все три княжества были готовы начать войну друг с другом. Об этом узнал император Трисонг Децен, и он отправил моему отцу такое послание: "Слушай и повинуйся, Карчен Пелгьи Вонгчук: кто противоречит воле императора, будет разорён и уничтожен. Твоя прекрасная дочь достойна того, чтобы стать моей женой. Тот же из моих подданных, кто выступит с войной, будет предан смерти". Так я стала его женой".
Царь Трисонг Децен, желая обрести просветление в течение одной жизни, сделал великие подношения Гуру Ринпоче. В качестве внутреннего и тайного подношения он поднёс Учителю Йеше Цогьял.
Гуру Ринпоче сделал Йеше Цогьял своей духовной супругой, дал ей различные посвящения и практиковал вместе с ней тайную йогу. Помогая Учителю распространять учение Ваджраяны, Йеше Цогьял служила ему "с восьмилетнего возраста".
Йеше Цогьял обладала выдающейся памятью: она запоминала каждое слово своего Учителя, все его учения. Вместе с Падмасамбхавой она подготовила и спрятала на благо будущих поколений сотни тысяч учений-терма. Большинство из них построены в форме "вопрос-ответ": Йеше Цогьял просит разъяснений по Дхарме, а Гуру Ринпоче даёт ей развёрнутый ответ, проповедуя таким образом Слово Будды для практикующих, которым в будущем суждено встретится с раскрытыми терма – сокровищами Дхармы.
Благодаря Гуру Ринпоче и его ученикам буддизм быстро распространялся в Стране Снегов.
Йеше Цогьял принимала участие в знаменитом диспуте между последователями буддизма и бон, состоявшемся в монастырском комплексе Самье. Вот как об этом диспуте повествуется в "Тайном жизнеописание и гимнах Йеше Цогьял":
"Однажды буддийские ламы и бонские священники собрались в Самье на праздник окончания года для того чтобы совершить ритуалы и воздать хвалу императору. Пять ученых-бонцев, лично приглашенных императором на праздник, не желали поклониться символам Тела, Речи и Ума Будды, а также не следовали в своем поведении десяти благим заповедям и сидели, повернувшись спиной к священным изображениям.
На следующий день бонские священники собрались в своем храме для совершения ритуала, выполняемого для блага правителя.
– Поскольку ритуал совершается для великого царя, – сказали бонские священники императору, – нам нужны олень с прекрасными рогами, олениха с уздечкой, украшенной бирюзой, по тысяче яков, овец и коз – самцов и самок – и полное царское облачение. Нам нужно также восемь сортов вина и десять сортов зерна.
Император велел немедленно выдать им все необходимое.
После этого император и все придворные получили торжественное приглашение на церемонию. Жертвенных животных ожидало множество мясников с ножами в руках- очистители с золотыми сосудами в руках окропляли жертвенных животных водой для очищения, а шаманы осыпали их зерном. Когда животные были убиты, священники наполнили их кровью медные чаши и поставили эти чаши на содранные шкуры, а на других шкурах были разложены кучи мяса. Закончив с этим, они начали читать молитвы призывания божеств. Император, министры и все придворные видели, как кровь в медных сосудах стала дымиться и закипела, а над клубами пара разлилось радужное сияние, показались вспышки света, раздался злобный смех и тяжелое дыхание демонов. Слышно было, как они с шумом жуют и проглатывают подношения.
– Какая польза от всего этого кровавого жертвоприношения? – спросил император.
– Это приносит благо правителю, но не нам, – ответили бонские священники. – Обрадовано ли твоё сердце, о император? Удивлён ли ты?
Но император чувствовал себя подавленным, и все придворные в великом смущении возвратились в пагоду. Все буддийские учёные и переводчики были единодушны. "Либо учение Будды утвердится в Тибете, либо бон получит повсеместное распространение. Невозможно им сосуществовать", – сказали они императору.
Тогда Трисонг Децен решил устроить диспут между буддистами и последователями школы бон, чтобы установить, в каком учении содержится истина и кто из последователей обладает большей магической силой, а затем решить, какое из учений должно распространяться, а какое угаснуть. Итак, в пятнадцатый день нового года на большой поляне Йобок возле Самье был установлен высокий трон для императора. Буддийские учёные и переводчики заняли свои места справа, бонские священники и шаманы слева, а министры и придворные напротив него. За ними расположилась огромная толпа людей, собравшихся из всех четырёх провинций Центрального Тибета. Первым заговорил император.
– Хо! Слушайте меня жители моей страны, люди и боги, буддисты и бонцы. Министры, придворные и все подданные! – сказал он. – Прежде правители Тибета позволяли бону и буддизму сосуществовать. Я, как и мой предок Сонгцен Гампо, старался дать и тому и другому учению равные права, но буддизм и бон враждуют друг с другом, и их взаимные обвинения смущают сердце императора и министров. Теперь мы решили сравнить оба эти учения. То из них, которое завоюет наше доверие, будет принято целиком. Тот, кто откажется следовать победившему учению, будет наказан по закону. Последователи учения, которое будет признано ложным, будут изгнаны из страны, так что даже имя этого учения забудется в Тибете. Победителю же будут возданы подобающие почести, а все люди будут следовать его дхарме.
Затем сам Падмасамбхава, паря в воздухе на высоте пальмового дерева, обратился к участникам состязания с такими словами:
– Хорошо сравнить доктрины буддизма и бона. Прежде всего, отточите своё остроумие, обменявшись загадками, ибо именно так принято начинать всякий диспут. Затем представьте толкования ваших учений, изложив их суть, поскольку именно там содержится то, что радует последователей каждой традиции. После этого изложите ваши доводы, предпосылки и выводы, чтобы на основании спора мы могли сравнить их весомость. И, наконец, продемонстрируйте нам свои сиддхи, ибо магические способности вселяют уверенность в сердце царя и его министров.
После такого вступления он продемонстрировал собравшимся такие чудеса, что даже бонцы почувствовали веру в него и воздали хвалу.
Затем один буддист и один учёный бонец обменялись загадками, и здесь бон победил. Бонские священники подняли знамя победы, прославляя своих божеств. Но буддийские учёные сказали: "Рано им радоваться, а нам огорчаться. Кто ест поутру, у того к вечеру может заболеть живот. Они превзошли нас в искусстве загадывать загадки, но это умение не входит в состав учения Будды. Давайте же приступим к диспуту и сравним суть наших вероучений".
Тут посреди собрания учёных мужей встал великий святой Вималомитра и произнёс:
Все явления в мире проистекают из своих причин-
Эти причины полностью объяснены Татхагатой.
Он так объяснял
Пресечение этих причин:
Не совершайте никакого зла,
Развивайте в себе всецелое благо-
Именно так вы сможете укротить свой ум.
И, восседая в позе лотоса в небесном пространстве, окружённый сиянием своей ауры, он трижды щёлкнул пальцами. Девять бонских магов потеряли сознание, а девять учёных утратили дар речи и ничего не отвечали. Подобным же образом каждый из двадцати пяти индийских пандитов и ста восьми переводчиков изложил суть Учения, и все они продемонстрировали чудеса, удостоверяющие истинность их постижения. Бонские священники и маги сидели поражённые и пристыжённые, поскольку не могли явить ни одного подлинного чуда.
– Вы должны победить в этом состязании, – сказали им министры-бонцы. – покажите ваши магические способности. Эти монахи удивили людей и богов Тибета своими чудесами. Их доводы убедительны для всех. Наши надежды не оправдались.
– Эти индийские дикари надругались над нашими богами бонской свастики, – ответили священники. – Мы не станем разговаривать с ними, а позже уничтожим их силой магии. Будем говорить только с переводчиками-тибетцами.
– Буддисты уже одержали победу, – раздались голоса в народе. – Их удивительная дхарма выше всех прочих. Отныне мы будем следовать их учению.
– Стойте! – воскликнул император – Желание бонцев должно быть удовлетворено. Пусть наши переводчики проведут диспут с ними.
(Далее, чтобы удовлетворить бонцев, последовал диспут с тибетскими переводчиками, в котором бонцы не смогли ничего противопоставить буддийской логике).
Я, Цогьял, провела диспут с бонской йогиней Бонмо Цо из рода Цокро и одержала победу. Я продемонстрировала свои магические способности, о чём будет рассказано позже, и Бонмо Цо не смогла возразить мне ни слова. Точно также одержали победу сто двадцать переводчиков. Даже девять наиболее уважаемых бонских святых были побеждены. Они стояли онемевшие, с языками, прилипшими к гортани, с губами сведёнными судорогой, колени их дрожали, и они не могли произнести ни слова.
Как я уже говорила, в демонстрации своих сиддхи я также превзошла бонцев. Но позже они привели в действие девять злобных магических заклинаний. Этими заклинаниями они сразили девять молодых монахов, но я дохнула каждому из них в рот, и все они восстали совершенно здоровыми. Таким образом, бонцы вновь были посрамлены. Затем я направила свой указательный палец в сторону девяти магов и девять раз воскликнула: "ПХАТ!", отчего те упали на землю, потеряв сознание. Девять раз, воскликнув "ХУМ!", я вернула их к жизни. Паря в пространстве в позе лотоса, я продемонстрировала свою власть над элементами. Вращая огненные колёса пяти цветов на концах пальцев моей правой руки, я привела бонцев в ужас, а затем из кончиков пальцев моей левой руки потекли потоки разноцветной воды и, слившись в один поток, достигли озера возле дворца. И в завершение я произвела двадцать пять магических образов самой себя, каждый из которых продемонстрировал свои особенные сиддхи.
– Эти бонцы не способны справится даже с женщиной, – сказали люди, исполнившись к ним презрения.
Император, поступая в соответствии с советом Гуру Падмасамбхавы, разделил бонские книги на реформированные и шаманские и последние повелел сжечь, а первые спрятать в различных пещерах для будущих поколений. Последователи реформированного бона поселились в Шанг-шунге и провинциях Тибета, а бонцы-шаманы были изгнаны в Монголию.
После этого во всей стране указом императора утвердилось Учение Будды. Семь тысяч монахов поступили в академию в Самье, тысяча монахов – в академию Чимпу, сто – в медитационный центр Йонг Дзонг, три тысячи в академию Лхасы, пятьсот монахов заполнили медитационный центр Йерпа. В городах и провинциях Тибета открылось множество новых монастырей и центров для медитации".
Согласно терма, Йеше Цогьял прожила 211 лет (из следующего отрывка можно сделать вывод, что речь здесь идёт о полугодиях).
Из последней проповеди учения Йеше Цогьял своим ученикам:
Слушайте внимательно, вы, мои ученики!
Вложите себе в уши мои слова и
запечатлейте их в своей памяти.
Нет повода для отчаяния, утешьтесь!
Поскольку жизнь обусловлена причинами,
она преходяща-
Поскольку материя по своей природе является светом,
она лишена субстанции-
Поскольку "путь" – это заблуждение, он бесполезен-
Поскольку природа сансары – пустота,
она лишена реальности-
Поскольку ум состоит из противоречивых мыслей,
он не имеет основания.
Итак, нельзя найти ничего,
что было бы абсолютной реальностью.
Вы, собравшиеся здесь братья и сестры,
наделенные верой,
Без смущения и сомнений обращайтесь
с молитвами ко мне, своей Матери,
И я наделю вас благословением чистого блаженства
Сферы непрерывного становления.
Там не существует встреч и расставаний:
Я не оставлю тех, с кем уже имею кармическую связь,
А прочие будут спасены эманациями моего сострадания.
Ваша Мать свободна от страха смерти и изменений,
Поэтому нет причин для печали, братья и сестры.
Я закончила свои свершения.
Согласно пророчеству благородного святого Оргьена,
Мне в этой жизни было отпущено две сотни лет.
Прошло даже немного больше этого срока,
И я находилась в Тибете очень долгое время.
В возрасте тринадцати лет я стала супругой императора-
В шестнадцать лет Гуру обнял меня своим состраданием-
В двадцать я получила полные посвящения и практиковала аскезу-
К тридцати я достигла полной реализации
и стала трудиться на благо других-
В сорок я соединилась с умом своего Гуру-
В пятьдесят я покорила демонов и защитила учение-
В шестьдесят я распространяла писания и расширяла общину-
В семьдесят я раскрыла природу реальности-
Когда мне было восемьдесят,
мой Гуру удалился на юго-запад-
В девяносто я узрела лицо истинной сути вещей-
В сто лет я достигла совершенства в знаниях-
В сто двадцать я стала
главным священником императора-
В сто тридцать я путешествовала по всему Тибету-
В сто пятьдесят я спрятала сокровища-учения
И оказывала помощь живым существам-
Когда мне было сто шестьдесят,
Умер царь Мутри Ценпо-
В сто семьдесят лет я привела к Освобождению своих учеников-
В сто восемьдесят я произвела иллюзорные формы в Лодраке-
В сто девяносто я встретилась со своей старшей сестрой Мандаравой
И, получив высшие наставления,
обрела сиддхи бессмертия,
После чего признаки перерождения и смерти
самопроизвольно исчезли.
Теперь прошло двести одиннадцать лет.
Несомненно, Тибет получил достаточную защиту
и покровительство-
Несомненно, его боги и люди удовлетворены.
Теперь я ухожу, и кажется, что мы расстаёмся,
Но не печальтесь, мои друзья!
Молитесь с верой и усердием,
Погружайтесь в чистое пространство Дзогчен,
Ибо нет иного способа избежать несчастий бытия.
Наставления Дзогчен приводят
к самой сути Оргьена Пема.
Он сам даровал их мне, и теперь я передаю их вам.
Выполняйте практику и обретите сиддхи.
Вы можете передать эти наставления любым
подходящим ученикам,
Но не давайте их тем, у кого недостаёт способностей,
Храните их от нарушителей обетов,
И спрячьте их от самоуверенных гордецов.
Королева великой радости.
"Пустой ум - естественно представляет сферу изначальной чистоты.
Пустое присутствие - естественно представляет сферу спонтанной мудрости.
Пустая форма - естественно представляет сферу магической внешности.
Эти три - моя форма.
Синее небо без облаков - безбрежная внешняя пустота.
Ум без цепляний и прилипчивости - безбрежная внутренняя пустота.
Спонтанное распознавание - безбрежное пустотное знание.
Эти три - мои супруги".
"Тайное жизнеописание и гимны Йеше Цогъял".
"Во времена великого святого Танкгу (санскр. Садапрарудита, букв. "Всегда Рыдающий"), когда я (Йеше Цогъял) была дочерью богатого купца, однажды вместе с пятьюстами девицами я явилась перед святым. Познав учение Будды, я дала высший, нерушимый обет достичь Просветления. Покинув тело в конце своей жизни, я странствовала по многочисленным полям блаженства, а затем вновь появилась на Земле, воплотившись богиней Ганга Деви, и у ног Будды внимала его святым словам. Вернувшись на поля блаженства, я стала богиней Сарасвати и даровала свою помощь великому множеству живых существ.
Когда в Тибете воцарился Трисонг Децен, который был эманацией бодхисаттвы Манджушри, он пригласил великого Учителя Падмасамбхаву прийти и утвердить в стране Учение Будды. Падмасамбхава явился в Тибет, и после того, как был построен монастырь Самье Линг, а также множество больших и малых храмов в провинциях и пограничных областях, свет учения Будды воссиял, как утреннее солнце.
Тогда Падмасамбхава сказал себе: "Пришла пора богине Сарасвати явить свою эманацию для того, чтобы я смог распространить также учение тантры". И немедленно он перенёсся в Оргьен (Уддияна), свою истинную обитель".
Эманация богини Сарасвати (Ваджрайогини Дхатвишвари) – Йеше Цогъял – появилась на свет в семье правителя Карчена Пелгьи Вонгчука, который правил одной из провинций Тибета во времена императора Трисонг Децена.
"Едва появившись на свет, я воскликнула: "Хвала святому из Оргьена!" На моём розовом теле не было следов нечистот утробы, у меня были зубы цвета белой морской раковины и ниспадающие на спину волосы. Когда моя мать поднесла к моему рту ложку растопленного ячьего масла, я сказала:
Я, йогиня, явилась в этот мир!
Я так долго вкушала неземную пищу,
Что позабыла вкус пищи земной.
Но для радости моих родителей
Я стану вкушать эту пищу
Как субстанцию тайного учения,
Я проглочу её, как Океан Сансары,
Чтобы насытиться знанием и постижением.
Тогда принц, мой отец, сказал: "Несомненно, это необыкновенное дитя. Она станет либо великой йогиней, либо супругой вселенского правителя-чакравартина. Мы назовём её Цогьял (Дакини Океана), поскольку при её рождении озеро увеличилось в размерах".
Через месяц я уже выглядела как восьмилетний ребёнок. Десять лет мои родители скрывали меня от постороннего взгляда. Когда же мне исполнилось десять лет, моё тело обрело совершенные формы, и толпы людей со всего Тибета, из Китая, Хора, Джанга и Непала приходили взглянуть на меня".
Вся жизнь Йеше Цогъял – деятельность существа, осознающего цель своей жизни. Множество женихов искали её руки, но Йеше Цогьял не собиралась выходить ни за кого замуж. "Я не выйду ни за одного из них, – говорила она родителям, – иначе мне придётся влачить жалкое существование, погрузившись в мирские заботы. Трудно обрести желанное Освобождение. Прошу вас, мои родители, подумайте об этом!"
Однако родители не понимали Цогьял, – они желали выдать дочь замуж. Наконец, отец предложил двум знатным женихам состязаться за право быть мужем Цогьял, и в состязании победил принц Карчупа. Однако избитой слугами Карчупы Йеше Цогьял удалось бежать от своего жениха той же ночью.
"Я же после своего бегства поселилась в долине Вомпу Такцанг, питаясь плодами деревьев и одеваясь в одежды, сотканные из волокон хлопкового дерева. Но Зуркхарпа, неудачливый жених, разузнал, где я нахожусь, и послал три сотни вооружённых воинов в долину Вомпу. Они нашли меня и силой отвезли к своему господину.
Когда Карчупа, которому я досталась согласно условиям состязания, услышал об этом, он послал моему отцу письмо, в котором сообщал о моём бегстве и пребывании в руках у Зуркхарпы. "Если это произошло с твоего ведома, - писал он, - то я нападу на твою страну. Если же нет, то буду воевать с княжеством Зуркхар".
Отец ответил, что он не имеет никаких сведений обо мне с тех пор, как я покинула дом, и приготовил свои войска к обороне. Зуркхарпа, зная, что меня могут попытаться отнять у него силой, также собрал своих воинов. Таким образом, все три княжества были готовы начать войну друг с другом. Об этом узнал император Трисонг Децен, и он отправил моему отцу такое послание: "Слушай и повинуйся, Карчен Пелгьи Вонгчук: кто противоречит воле императора, будет разорён и уничтожен. Твоя прекрасная дочь достойна того, чтобы стать моей женой. Тот же из моих подданных, кто выступит с войной, будет предан смерти". Так я стала его женой".
Царь Трисонг Децен, желая обрести просветление в течение одной жизни, сделал великие подношения Гуру Ринпоче. В качестве внутреннего и тайного подношения он поднёс Учителю Йеше Цогьял.
Гуру Ринпоче сделал Йеше Цогьял своей духовной супругой, дал ей различные посвящения и практиковал вместе с ней тайную йогу. Помогая Учителю распространять учение Ваджраяны, Йеше Цогьял служила ему "с восьмилетнего возраста".
Йеше Цогьял обладала выдающейся памятью: она запоминала каждое слово своего Учителя, все его учения. Вместе с Падмасамбхавой она подготовила и спрятала на благо будущих поколений сотни тысяч учений-терма. Большинство из них построены в форме "вопрос-ответ": Йеше Цогьял просит разъяснений по Дхарме, а Гуру Ринпоче даёт ей развёрнутый ответ, проповедуя таким образом Слово Будды для практикующих, которым в будущем суждено встретится с раскрытыми терма – сокровищами Дхармы.
Благодаря Гуру Ринпоче и его ученикам буддизм быстро распространялся в Стране Снегов.
Йеше Цогьял принимала участие в знаменитом диспуте между последователями буддизма и бон, состоявшемся в монастырском комплексе Самье. Вот как об этом диспуте повествуется в "Тайном жизнеописание и гимнах Йеше Цогьял":
"Однажды буддийские ламы и бонские священники собрались в Самье на праздник окончания года для того чтобы совершить ритуалы и воздать хвалу императору. Пять ученых-бонцев, лично приглашенных императором на праздник, не желали поклониться символам Тела, Речи и Ума Будды, а также не следовали в своем поведении десяти благим заповедям и сидели, повернувшись спиной к священным изображениям.
На следующий день бонские священники собрались в своем храме для совершения ритуала, выполняемого для блага правителя.
– Поскольку ритуал совершается для великого царя, – сказали бонские священники императору, – нам нужны олень с прекрасными рогами, олениха с уздечкой, украшенной бирюзой, по тысяче яков, овец и коз – самцов и самок – и полное царское облачение. Нам нужно также восемь сортов вина и десять сортов зерна.
Император велел немедленно выдать им все необходимое.
После этого император и все придворные получили торжественное приглашение на церемонию. Жертвенных животных ожидало множество мясников с ножами в руках- очистители с золотыми сосудами в руках окропляли жертвенных животных водой для очищения, а шаманы осыпали их зерном. Когда животные были убиты, священники наполнили их кровью медные чаши и поставили эти чаши на содранные шкуры, а на других шкурах были разложены кучи мяса. Закончив с этим, они начали читать молитвы призывания божеств. Император, министры и все придворные видели, как кровь в медных сосудах стала дымиться и закипела, а над клубами пара разлилось радужное сияние, показались вспышки света, раздался злобный смех и тяжелое дыхание демонов. Слышно было, как они с шумом жуют и проглатывают подношения.
– Какая польза от всего этого кровавого жертвоприношения? – спросил император.
– Это приносит благо правителю, но не нам, – ответили бонские священники. – Обрадовано ли твоё сердце, о император? Удивлён ли ты?
Но император чувствовал себя подавленным, и все придворные в великом смущении возвратились в пагоду. Все буддийские учёные и переводчики были единодушны. "Либо учение Будды утвердится в Тибете, либо бон получит повсеместное распространение. Невозможно им сосуществовать", – сказали они императору.
Тогда Трисонг Децен решил устроить диспут между буддистами и последователями школы бон, чтобы установить, в каком учении содержится истина и кто из последователей обладает большей магической силой, а затем решить, какое из учений должно распространяться, а какое угаснуть. Итак, в пятнадцатый день нового года на большой поляне Йобок возле Самье был установлен высокий трон для императора. Буддийские учёные и переводчики заняли свои места справа, бонские священники и шаманы слева, а министры и придворные напротив него. За ними расположилась огромная толпа людей, собравшихся из всех четырёх провинций Центрального Тибета. Первым заговорил император.
– Хо! Слушайте меня жители моей страны, люди и боги, буддисты и бонцы. Министры, придворные и все подданные! – сказал он. – Прежде правители Тибета позволяли бону и буддизму сосуществовать. Я, как и мой предок Сонгцен Гампо, старался дать и тому и другому учению равные права, но буддизм и бон враждуют друг с другом, и их взаимные обвинения смущают сердце императора и министров. Теперь мы решили сравнить оба эти учения. То из них, которое завоюет наше доверие, будет принято целиком. Тот, кто откажется следовать победившему учению, будет наказан по закону. Последователи учения, которое будет признано ложным, будут изгнаны из страны, так что даже имя этого учения забудется в Тибете. Победителю же будут возданы подобающие почести, а все люди будут следовать его дхарме.
Затем сам Падмасамбхава, паря в воздухе на высоте пальмового дерева, обратился к участникам состязания с такими словами:
– Хорошо сравнить доктрины буддизма и бона. Прежде всего, отточите своё остроумие, обменявшись загадками, ибо именно так принято начинать всякий диспут. Затем представьте толкования ваших учений, изложив их суть, поскольку именно там содержится то, что радует последователей каждой традиции. После этого изложите ваши доводы, предпосылки и выводы, чтобы на основании спора мы могли сравнить их весомость. И, наконец, продемонстрируйте нам свои сиддхи, ибо магические способности вселяют уверенность в сердце царя и его министров.
После такого вступления он продемонстрировал собравшимся такие чудеса, что даже бонцы почувствовали веру в него и воздали хвалу.
Затем один буддист и один учёный бонец обменялись загадками, и здесь бон победил. Бонские священники подняли знамя победы, прославляя своих божеств. Но буддийские учёные сказали: "Рано им радоваться, а нам огорчаться. Кто ест поутру, у того к вечеру может заболеть живот. Они превзошли нас в искусстве загадывать загадки, но это умение не входит в состав учения Будды. Давайте же приступим к диспуту и сравним суть наших вероучений".
Тут посреди собрания учёных мужей встал великий святой Вималомитра и произнёс:
Все явления в мире проистекают из своих причин-
Эти причины полностью объяснены Татхагатой.
Он так объяснял
Пресечение этих причин:
Не совершайте никакого зла,
Развивайте в себе всецелое благо-
Именно так вы сможете укротить свой ум.
И, восседая в позе лотоса в небесном пространстве, окружённый сиянием своей ауры, он трижды щёлкнул пальцами. Девять бонских магов потеряли сознание, а девять учёных утратили дар речи и ничего не отвечали. Подобным же образом каждый из двадцати пяти индийских пандитов и ста восьми переводчиков изложил суть Учения, и все они продемонстрировали чудеса, удостоверяющие истинность их постижения. Бонские священники и маги сидели поражённые и пристыжённые, поскольку не могли явить ни одного подлинного чуда.
– Вы должны победить в этом состязании, – сказали им министры-бонцы. – покажите ваши магические способности. Эти монахи удивили людей и богов Тибета своими чудесами. Их доводы убедительны для всех. Наши надежды не оправдались.
– Эти индийские дикари надругались над нашими богами бонской свастики, – ответили священники. – Мы не станем разговаривать с ними, а позже уничтожим их силой магии. Будем говорить только с переводчиками-тибетцами.
– Буддисты уже одержали победу, – раздались голоса в народе. – Их удивительная дхарма выше всех прочих. Отныне мы будем следовать их учению.
– Стойте! – воскликнул император – Желание бонцев должно быть удовлетворено. Пусть наши переводчики проведут диспут с ними.
(Далее, чтобы удовлетворить бонцев, последовал диспут с тибетскими переводчиками, в котором бонцы не смогли ничего противопоставить буддийской логике).
Я, Цогьял, провела диспут с бонской йогиней Бонмо Цо из рода Цокро и одержала победу. Я продемонстрировала свои магические способности, о чём будет рассказано позже, и Бонмо Цо не смогла возразить мне ни слова. Точно также одержали победу сто двадцать переводчиков. Даже девять наиболее уважаемых бонских святых были побеждены. Они стояли онемевшие, с языками, прилипшими к гортани, с губами сведёнными судорогой, колени их дрожали, и они не могли произнести ни слова.
Как я уже говорила, в демонстрации своих сиддхи я также превзошла бонцев. Но позже они привели в действие девять злобных магических заклинаний. Этими заклинаниями они сразили девять молодых монахов, но я дохнула каждому из них в рот, и все они восстали совершенно здоровыми. Таким образом, бонцы вновь были посрамлены. Затем я направила свой указательный палец в сторону девяти магов и девять раз воскликнула: "ПХАТ!", отчего те упали на землю, потеряв сознание. Девять раз, воскликнув "ХУМ!", я вернула их к жизни. Паря в пространстве в позе лотоса, я продемонстрировала свою власть над элементами. Вращая огненные колёса пяти цветов на концах пальцев моей правой руки, я привела бонцев в ужас, а затем из кончиков пальцев моей левой руки потекли потоки разноцветной воды и, слившись в один поток, достигли озера возле дворца. И в завершение я произвела двадцать пять магических образов самой себя, каждый из которых продемонстрировал свои особенные сиддхи.
– Эти бонцы не способны справится даже с женщиной, – сказали люди, исполнившись к ним презрения.
Император, поступая в соответствии с советом Гуру Падмасамбхавы, разделил бонские книги на реформированные и шаманские и последние повелел сжечь, а первые спрятать в различных пещерах для будущих поколений. Последователи реформированного бона поселились в Шанг-шунге и провинциях Тибета, а бонцы-шаманы были изгнаны в Монголию.
После этого во всей стране указом императора утвердилось Учение Будды. Семь тысяч монахов поступили в академию в Самье, тысяча монахов – в академию Чимпу, сто – в медитационный центр Йонг Дзонг, три тысячи в академию Лхасы, пятьсот монахов заполнили медитационный центр Йерпа. В городах и провинциях Тибета открылось множество новых монастырей и центров для медитации".
Согласно терма, Йеше Цогьял прожила 211 лет (из следующего отрывка можно сделать вывод, что речь здесь идёт о полугодиях).
Из последней проповеди учения Йеше Цогьял своим ученикам:
Слушайте внимательно, вы, мои ученики!
Вложите себе в уши мои слова и
запечатлейте их в своей памяти.
Нет повода для отчаяния, утешьтесь!
Поскольку жизнь обусловлена причинами,
она преходяща-
Поскольку материя по своей природе является светом,
она лишена субстанции-
Поскольку "путь" – это заблуждение, он бесполезен-
Поскольку природа сансары – пустота,
она лишена реальности-
Поскольку ум состоит из противоречивых мыслей,
он не имеет основания.
Итак, нельзя найти ничего,
что было бы абсолютной реальностью.
Вы, собравшиеся здесь братья и сестры,
наделенные верой,
Без смущения и сомнений обращайтесь
с молитвами ко мне, своей Матери,
И я наделю вас благословением чистого блаженства
Сферы непрерывного становления.
Там не существует встреч и расставаний:
Я не оставлю тех, с кем уже имею кармическую связь,
А прочие будут спасены эманациями моего сострадания.
Ваша Мать свободна от страха смерти и изменений,
Поэтому нет причин для печали, братья и сестры.
Я закончила свои свершения.
Согласно пророчеству благородного святого Оргьена,
Мне в этой жизни было отпущено две сотни лет.
Прошло даже немного больше этого срока,
И я находилась в Тибете очень долгое время.
В возрасте тринадцати лет я стала супругой императора-
В шестнадцать лет Гуру обнял меня своим состраданием-
В двадцать я получила полные посвящения и практиковала аскезу-
К тридцати я достигла полной реализации
и стала трудиться на благо других-
В сорок я соединилась с умом своего Гуру-
В пятьдесят я покорила демонов и защитила учение-
В шестьдесят я распространяла писания и расширяла общину-
В семьдесят я раскрыла природу реальности-
Когда мне было восемьдесят,
мой Гуру удалился на юго-запад-
В девяносто я узрела лицо истинной сути вещей-
В сто лет я достигла совершенства в знаниях-
В сто двадцать я стала
главным священником императора-
В сто тридцать я путешествовала по всему Тибету-
В сто пятьдесят я спрятала сокровища-учения
И оказывала помощь живым существам-
Когда мне было сто шестьдесят,
Умер царь Мутри Ценпо-
В сто семьдесят лет я привела к Освобождению своих учеников-
В сто восемьдесят я произвела иллюзорные формы в Лодраке-
В сто девяносто я встретилась со своей старшей сестрой Мандаравой
И, получив высшие наставления,
обрела сиддхи бессмертия,
После чего признаки перерождения и смерти
самопроизвольно исчезли.
Теперь прошло двести одиннадцать лет.
Несомненно, Тибет получил достаточную защиту
и покровительство-
Несомненно, его боги и люди удовлетворены.
Теперь я ухожу, и кажется, что мы расстаёмся,
Но не печальтесь, мои друзья!
Молитесь с верой и усердием,
Погружайтесь в чистое пространство Дзогчен,
Ибо нет иного способа избежать несчастий бытия.
Наставления Дзогчен приводят
к самой сути Оргьена Пема.
Он сам даровал их мне, и теперь я передаю их вам.
Выполняйте практику и обретите сиддхи.
Вы можете передать эти наставления любым
подходящим ученикам,
Но не давайте их тем, у кого недостаёт способностей,
Храните их от нарушителей обетов,
И спрячьте их от самоуверенных гордецов.
Великие Мастера Буддизма.
Сукхасиддхи
Сукхасиддхи, рождённая в Кашмире, встала на путь тантрического буддизма довольно поздно. До этого, до своих 59 лет она вела жизнь домохозяйки из обедневшей семьи и была матерью шести детей.
Впоследствии муж и дети просто выгнали её из дома, раздражённые тем, что она подала слишком много на их взгляд одному постучавшемуся в двери бродяге. После этого события она побрела на восток, в Уддияну.
Там какими-то судьбами ей удалось раздобыть меру зерна, из которого она сварила хмельной напиток. Так она начала заниматься приготовлением и продажей алкоголя и довольно скоро преуспела в этом. [Надо отметить, что в то время подобное занятие расценивалось как низкое и приличествующее только человеку из самой низкой касты].
И вот, через некоторое время Сукхасиддхи вновь смогла проявить щедрость, - она поднесла алкоголь одной женщине-практику, известной как Авадхути-ма, которая регулярно покупала алкоголь для своего мастера Вирупы, находящегося в ретрите.
Подарок Сукхасиддхи удивил Вирупу, известного Махасиддху, и он попросил свою помощницу спросить в следующий раз, не хочет ли удивившая его благодетельница получить буддийские поучения. Сукхасиддхи захотела. И, как гласит легенда, она принесла Вирупе в качестве подношения два сосуда алкоголя и немного свинины.
Хотя эта встреча и произошла до мусульманского владычества в Индии, свинина и алкоголь были совсем не тем, что обычно расценивалось как подходящее подношение духовному мастеру, даже тантрическому. Но, Вирупа был не обыкновенный мастер, а Сукхасиддхи стала впоследствии экстраординарным учеником.
После того, как Вирупа даровал ей посвящение и устные наставления, Сукхасиддхи, которой тогда был 61 год, достигла полного Просветления в тот же самый вечер. Как и Нигума, она реализовала радужное тело. Но если Нигума описывалась как гневная женщина с тёмно-коричневой кожей и в костяных украшениях, Сукхасиддхи изображалась мирной светлокожей 16-летней девушкой.
Позднее она стала учителем Кюнгпо Налжор, который впоследствии основал линию Кагью Шангпа, известную передачей "6 Дхарм Сукхасиддхи". "6 Дхарм Сукхасиддхи" отличаются от "6 Доктрин Нигумы" и "6 Йог Наропы", но практики там те же и ведут к одному и тому же результату. Позднее Мокчокпа Тсондру практиковал, реализовал и передал своему ученику сердца Учения Сукхасиддхи. Далее держателями линии Шангпа стали Кьергангпа Чокьи Сенге, Ригонгпа Сангье Ньентон и Сангье Тонпа. В будущем линия включила в себя победоносных Кармап, Тангтонга Гьялпо, Таранатху и Джамгёна Конгтрула Лодрё Тхайе.
Сукхасиддхи, рождённая в Кашмире, встала на путь тантрического буддизма довольно поздно. До этого, до своих 59 лет она вела жизнь домохозяйки из обедневшей семьи и была матерью шести детей.
Впоследствии муж и дети просто выгнали её из дома, раздражённые тем, что она подала слишком много на их взгляд одному постучавшемуся в двери бродяге. После этого события она побрела на восток, в Уддияну.
Там какими-то судьбами ей удалось раздобыть меру зерна, из которого она сварила хмельной напиток. Так она начала заниматься приготовлением и продажей алкоголя и довольно скоро преуспела в этом. [Надо отметить, что в то время подобное занятие расценивалось как низкое и приличествующее только человеку из самой низкой касты].
И вот, через некоторое время Сукхасиддхи вновь смогла проявить щедрость, - она поднесла алкоголь одной женщине-практику, известной как Авадхути-ма, которая регулярно покупала алкоголь для своего мастера Вирупы, находящегося в ретрите.
Подарок Сукхасиддхи удивил Вирупу, известного Махасиддху, и он попросил свою помощницу спросить в следующий раз, не хочет ли удивившая его благодетельница получить буддийские поучения. Сукхасиддхи захотела. И, как гласит легенда, она принесла Вирупе в качестве подношения два сосуда алкоголя и немного свинины.
Хотя эта встреча и произошла до мусульманского владычества в Индии, свинина и алкоголь были совсем не тем, что обычно расценивалось как подходящее подношение духовному мастеру, даже тантрическому. Но, Вирупа был не обыкновенный мастер, а Сукхасиддхи стала впоследствии экстраординарным учеником.
После того, как Вирупа даровал ей посвящение и устные наставления, Сукхасиддхи, которой тогда был 61 год, достигла полного Просветления в тот же самый вечер. Как и Нигума, она реализовала радужное тело. Но если Нигума описывалась как гневная женщина с тёмно-коричневой кожей и в костяных украшениях, Сукхасиддхи изображалась мирной светлокожей 16-летней девушкой.
Позднее она стала учителем Кюнгпо Налжор, который впоследствии основал линию Кагью Шангпа, известную передачей "6 Дхарм Сукхасиддхи". "6 Дхарм Сукхасиддхи" отличаются от "6 Доктрин Нигумы" и "6 Йог Наропы", но практики там те же и ведут к одному и тому же результату. Позднее Мокчокпа Тсондру практиковал, реализовал и передал своему ученику сердца Учения Сукхасиддхи. Далее держателями линии Шангпа стали Кьергангпа Чокьи Сенге, Ригонгпа Сангье Ньентон и Сангье Тонпа. В будущем линия включила в себя победоносных Кармап, Тангтонга Гьялпо, Таранатху и Джамгёна Конгтрула Лодрё Тхайе.
Великие Мастера Буддизма.
Нагарджуна
Нагарджуна родился в семье брамина, вероятно, около середины или в начале II столетия н.э. в Южной Индии в Видарбхе – это царство располагалось в современной Махараштре и Андхра-Прадеше. Его появление было предсказано в разных сутрах, таких как «Сутра о нисхождении на Ланку» (Lan-kar gshegs-pa’i mdo, санскр. ланкаватара сутра). Когда Нагарджуна родился, предсказатель дал прорицание, что младенец умрет через семь дней, но если его родители сделают подношения сотне монахов, он сможет дожить до семи лет. Когда Нагарджуне было семь лет, родители, опасаясь за его жизнь, послали сына в монастырский университет Наланду, расположенный в северной Индии, где он встретил буддийского мастера Сараху. Сараха сказал, что, если он устремится к просветлению и будет читать мантру Амитабхи, его жизнь будет долгой. Нагарджуна так и сделал, а затем поступил в монастырь, получив имя Шриманта.
В Наланде Нагарджуна изучал сутру и тантру вместе с Ратнамати – эманацией Манджушри – и с Сарахой, особенно «Тантру Гухьясамаджи» (dPal gsang-ba ‘dus-pa’i rgyud). В дополнение он изучал у одного брамина алхимию и обрел способность превращать железо в золото. Благодаря этому он cмог прокормить монахов Наланды в голодные времена. В конце концов Нагарджуна стал настоятелем Наланды. Там он исключил восемь тысяч монахов, не соблюдавших должным образом монашескую дисциплину Винайи. Также он одержал победу в дебатах над пятьюстами небуддистами.
Однажды двое юношей, которые были эманациями сыновей короля нагов, пришли в Наланду. От них исходил природный аромат сандала. Нагарджуна спросил, откуда этот аромат, и юноши признались, кто они. Тогда Нагарджуна попросил нагов придать аромат сандала статуе Тары и помочь в постройке храмов. Они вернулись в царство нагов и обратились за помощью к отцу. Царь согласился помочь, только если Нагарджуна придет в подводное царство нагов, чтобы учить их. Нагарджуна явился туда, сделал много подношений и дал нагам учение.
Нагарджуна знал, что у нагов была «Сутра праджняпарамиты из ста тысяч строф» (Shes-rab-kyi pha-rol-tu phyin-pa stong-pa brgya-pa, санскр. шатасашасрика-праджняпарамита сутра) и попросил ее копию. Когда Будда учил праджняпарамите, далеко ведущему распознаванию (совершенству мудрости), наги взяли одну ее версию в свое царство для сохранения, боги – другую, и повелители якшей изобилия – третью. Нагарджуна принес обратно версию из ста тысяч строф, но наги оставили у себя последние две главы, дабы удостовериться, что он вернется и будет учить их в дальнейшем. Позже последние две главы были восполнены последними двумя частями «Сутры праджняпарамиты из восьми тысяч строф» (Shes-rab-kyi pha-rol-tu phyin-pa brgyad stong-pa, санскр. аштасахасрика-праджняпарамита сутра). Вот почему последние две главы этих двух изданий одинаковые. Нагарджуна также принес с собой глину нагов и построил из нее много храмов и ступ.
Однажды, когда Нагарджуна обучал праджняпарамите, шесть нагов пришли и образовали своими телами зонт над его головой, чтобы защитить учителя от солнца. Поэтому на иконах Нагарджуну изображают с шестью нагами над головой. После этого события он получил имя Нага. А из-за того, что его умение в преподавании Дхармы было точным, как стрелы знаменитого лучника Арджуны (имя героя индуистском классическом тексте «Бхагават Гита»), он получил имя Арджуна. Таким образом, его стали называть Нагарджуной.
Позже Нагарджуна отправился преподавать на Северный Остров (Северный Континент). По пути он встретил нескольких детей, играющих на дороге. Он предсказал, что один из них, которого звали Джетака, станет царем. Когда Нагарджуна вернулся с Северного Острова, мальчик на самом деле вырос и стал царем большого царства в южной Индии. Нагарджуна остался с ним на три года, чтобы обучать его, и затем провел свои последние годы в другом месте его царства, на Шри Парвате – священной горе, возвышающейся над современной Нагарджунакондой. Нагарджуна написал для царя «Драгоценную гирлянду» (Rin-chen ‘phreng-ba, санскр. ратнавали). Также именно для этого царя, которого звали Удайибхадра (bDe-spyod bzang-po), Нагарджуна написал «Письмо другу» (bShes-pa’i spring-yig, санскр. Suhrllekha).
Некоторые западные ученые отождествляют царя Удайибхадру с царем Гаутамипутрой Шатакарни (годы правления 106 – 130 н.э.) династии Шатавахана (Сатавахана, 230 до н.э. – 199 н.э.), который правил на территории современного Андхра-Прадеша. Некоторые – со следующим царем, Вашиштипутрой Пуламайи (годы правления 130 – 158 н.э.). Трудно установить это совершенно точно. Шатаваханы были покровителями ступы в Амаравати, расположенной возле Шри Парваты, где Будда впервые обучал «Тантре Калачакры».
У царя Удайибхадры был сын, Кумара Шактиман, который хотел стать царем. Его мать сказала ему, что этого никогда не случится, пока не умрет Нагарджуна, так как у Нагарджуны и у царя одинаковая продолжительность жизни. Она предложила сыну попросить у Нагарджуны голову: поскольку Нагарджуна был очень сострадательным, он, несомненно, согласится ее отдать. Нагарджуна в самом деле согласился, но Кумара не смог отрубить его голову мечом. Нагарджуна сказал, что в предыдущей жизни он убил муравья, когда подстригал траву. В качестве кармического результата его голова может быть отрублена только лезвием из травы куша. Кумара сделал это, и Нагарджуна умер. Кровь из отрубленной головы превратилась в молоко, и голова сказала: «Теперь я пойду в чистую землю Сукхавати, но потом войду в это тело снова». Кумара отнес голову далеко от тела, но говорят, что голова и тело становятся ближе каждый год. Когда они воссоединятся, Нагарджуна вернется и снова будет учить. Всего Нагарджуна прожил шестьсот лет.
Нагарджуна родился в семье брамина, вероятно, около середины или в начале II столетия н.э. в Южной Индии в Видарбхе – это царство располагалось в современной Махараштре и Андхра-Прадеше. Его появление было предсказано в разных сутрах, таких как «Сутра о нисхождении на Ланку» (Lan-kar gshegs-pa’i mdo, санскр. ланкаватара сутра). Когда Нагарджуна родился, предсказатель дал прорицание, что младенец умрет через семь дней, но если его родители сделают подношения сотне монахов, он сможет дожить до семи лет. Когда Нагарджуне было семь лет, родители, опасаясь за его жизнь, послали сына в монастырский университет Наланду, расположенный в северной Индии, где он встретил буддийского мастера Сараху. Сараха сказал, что, если он устремится к просветлению и будет читать мантру Амитабхи, его жизнь будет долгой. Нагарджуна так и сделал, а затем поступил в монастырь, получив имя Шриманта.
В Наланде Нагарджуна изучал сутру и тантру вместе с Ратнамати – эманацией Манджушри – и с Сарахой, особенно «Тантру Гухьясамаджи» (dPal gsang-ba ‘dus-pa’i rgyud). В дополнение он изучал у одного брамина алхимию и обрел способность превращать железо в золото. Благодаря этому он cмог прокормить монахов Наланды в голодные времена. В конце концов Нагарджуна стал настоятелем Наланды. Там он исключил восемь тысяч монахов, не соблюдавших должным образом монашескую дисциплину Винайи. Также он одержал победу в дебатах над пятьюстами небуддистами.
Однажды двое юношей, которые были эманациями сыновей короля нагов, пришли в Наланду. От них исходил природный аромат сандала. Нагарджуна спросил, откуда этот аромат, и юноши признались, кто они. Тогда Нагарджуна попросил нагов придать аромат сандала статуе Тары и помочь в постройке храмов. Они вернулись в царство нагов и обратились за помощью к отцу. Царь согласился помочь, только если Нагарджуна придет в подводное царство нагов, чтобы учить их. Нагарджуна явился туда, сделал много подношений и дал нагам учение.
Нагарджуна знал, что у нагов была «Сутра праджняпарамиты из ста тысяч строф» (Shes-rab-kyi pha-rol-tu phyin-pa stong-pa brgya-pa, санскр. шатасашасрика-праджняпарамита сутра) и попросил ее копию. Когда Будда учил праджняпарамите, далеко ведущему распознаванию (совершенству мудрости), наги взяли одну ее версию в свое царство для сохранения, боги – другую, и повелители якшей изобилия – третью. Нагарджуна принес обратно версию из ста тысяч строф, но наги оставили у себя последние две главы, дабы удостовериться, что он вернется и будет учить их в дальнейшем. Позже последние две главы были восполнены последними двумя частями «Сутры праджняпарамиты из восьми тысяч строф» (Shes-rab-kyi pha-rol-tu phyin-pa brgyad stong-pa, санскр. аштасахасрика-праджняпарамита сутра). Вот почему последние две главы этих двух изданий одинаковые. Нагарджуна также принес с собой глину нагов и построил из нее много храмов и ступ.
Однажды, когда Нагарджуна обучал праджняпарамите, шесть нагов пришли и образовали своими телами зонт над его головой, чтобы защитить учителя от солнца. Поэтому на иконах Нагарджуну изображают с шестью нагами над головой. После этого события он получил имя Нага. А из-за того, что его умение в преподавании Дхармы было точным, как стрелы знаменитого лучника Арджуны (имя героя индуистском классическом тексте «Бхагават Гита»), он получил имя Арджуна. Таким образом, его стали называть Нагарджуной.
Позже Нагарджуна отправился преподавать на Северный Остров (Северный Континент). По пути он встретил нескольких детей, играющих на дороге. Он предсказал, что один из них, которого звали Джетака, станет царем. Когда Нагарджуна вернулся с Северного Острова, мальчик на самом деле вырос и стал царем большого царства в южной Индии. Нагарджуна остался с ним на три года, чтобы обучать его, и затем провел свои последние годы в другом месте его царства, на Шри Парвате – священной горе, возвышающейся над современной Нагарджунакондой. Нагарджуна написал для царя «Драгоценную гирлянду» (Rin-chen ‘phreng-ba, санскр. ратнавали). Также именно для этого царя, которого звали Удайибхадра (bDe-spyod bzang-po), Нагарджуна написал «Письмо другу» (bShes-pa’i spring-yig, санскр. Suhrllekha).
Некоторые западные ученые отождествляют царя Удайибхадру с царем Гаутамипутрой Шатакарни (годы правления 106 – 130 н.э.) династии Шатавахана (Сатавахана, 230 до н.э. – 199 н.э.), который правил на территории современного Андхра-Прадеша. Некоторые – со следующим царем, Вашиштипутрой Пуламайи (годы правления 130 – 158 н.э.). Трудно установить это совершенно точно. Шатаваханы были покровителями ступы в Амаравати, расположенной возле Шри Парваты, где Будда впервые обучал «Тантре Калачакры».
У царя Удайибхадры был сын, Кумара Шактиман, который хотел стать царем. Его мать сказала ему, что этого никогда не случится, пока не умрет Нагарджуна, так как у Нагарджуны и у царя одинаковая продолжительность жизни. Она предложила сыну попросить у Нагарджуны голову: поскольку Нагарджуна был очень сострадательным, он, несомненно, согласится ее отдать. Нагарджуна в самом деле согласился, но Кумара не смог отрубить его голову мечом. Нагарджуна сказал, что в предыдущей жизни он убил муравья, когда подстригал траву. В качестве кармического результата его голова может быть отрублена только лезвием из травы куша. Кумара сделал это, и Нагарджуна умер. Кровь из отрубленной головы превратилась в молоко, и голова сказала: «Теперь я пойду в чистую землю Сукхавати, но потом войду в это тело снова». Кумара отнес голову далеко от тела, но говорят, что голова и тело становятся ближе каждый год. Когда они воссоединятся, Нагарджуна вернется и снова будет учить. Всего Нагарджуна прожил шестьсот лет.
Великие Мастера Буддизма.
Гараб Дордже.
Жизнеописание:
Существуют разные мнения по поводу лет жизни Гараба Дорже, а также нескольколько версий его жизнеописания.
Согласно текстам раздела Тайных Наставлений Дзогчена (Мэннагдэ), Гараб Дордже (тиб. dGa'-rab rdo-rje- санскр. Prahevajra – Прахеваджра) родился через 360 лет после паринирваны будды Сакьямуни, то есть в 184 году до н.э. в царстве Уддияна (тиб. Ургьен), которое было расположено к северо-западу от Индии, в районе современного Пакистана (долина Сват), Афганистана и Таджикистана.
По другой версии, согласно "Vairo-rgyud-'bum" – собранию сочинений, переведённых на тибетский язык Вайрочаной, Гараб Дордже родился через двадцать восемь лет после ухода Будды, то есть в 516 году до н.э. Последняя дата согласуется с традицией, по которой Гараб Дордже считается сыном Прахарини, принцессы Уддияны, дочери царя Индрабхути, увидевшего Падмасамбхаву на озере Дханакоша через восемь лет после паринирваны будды Сакьямуни.
Согласно же традиционным источникам Ньингма, Гараб Дордже родился через 166 лет спустя после паринирваны Будды, датируемой в тибетских источниках 881 г. до н.э. Западные учёные утверждают, что это произошло на 220 лет позднее.
Не так важно какая из версий жизнеописания Гараба Дордже наиболее точна, гораздо важнее то, что мы до сегоднешнего дня имеем действующую и мощную традицию Учений Дзогчен, при помощи которой люди достигают полного Освобождения от сансары.
Гараб Дорже был первым человеком, который давал Дзогчен на нашей планете. Мы говорим так, поскольку в одном из древних текстов сказано, что это учение уже передавалось в других измерениях не человеческими существами. Там говорится о тринадцати солнечных системах, где распространено Учение Дзогчен. В своём предыдущем воплощении Гараб Дордже был Дэва (божественное существо) в одном из измерений, где получил и реализовал Учение Дзогчен.
Родился Гараб Дордже чудесным образом от принцессы Уддияны Судхармы, которая была монахиней-девственницей и жила примерно через 50 лет после паринирваны будды Сакьямуни. Эта монахиня практиковала на острове в середине озера, и в это время у неё был сон. Она увидела во сне красивого белого человека (это была манифестация Ваджрасаттвы), держащего хрустальную вазу с выгравированными на ней мантрами. Этот человек дал ей посвящение, а затем, растворившись в свете, вошёл в её тело и оплодотворил её. После этого она родила Гараба Дордже. Это событие её и возрадовало, и опечалило. Судхаме было стыдно, она боялась, что люди будут думать о ней плохо или сочтут её ребёнка призраком, поскольку его родила девственница. Тогда она спрятала его в яме для золы. Когда раскаявшись в своём поступке, через несколько дней принцесса вернулась, то обнаружила, что мальчик, живой и здоровый, играет в золе. И тогда все признали дитя чудесным воплощением великого Учителя, и царь взял его во дворец.
Гараб Дорже, благодаря своей великой ясности, стал произносить наизусть коренные тантры, хотя его никто этому не учил, и царь получал от общения с ним такую радость, что назвал его Прахарша Ваджра, что на языке Уддияны, похожем на санскрит, означает "Радостная Ваджра". В переводе на тибетский это имя звучит как Гараб Дордже.
Когда Гарабу Дордже исполнилось семь лет, все учёные пандиты этого царства собрались на диспут, и Гараб Дордже победил их в полемике, проявив гораздо более глубокое понимание, чем любой из них.
Затем он преподал им Учение Дзогчен, и далеко окрест быстро распространилась весть о том, что какой-то мальчик из страны Ургьен (Уддияна), признанный воплощением великого существа, даёт Учение, выходящее за пределы закона причины и следствия. Достигнув Индии, эта весть очень взволновала тамошних буддийских пандитов, и было решено, что самый учёный из них, чьё имя было Манджушримитра, весьма искусный в логике и полемике, должен разгромить в диспуте этого юного выскочку. Но по прибытии, Манджушримитра обнаружил, что мальчик действительно является великим Учителем, и в его Учении невозможно найти ошибку. Ему стало ясно, что мудрость этого ребёнка далеко превосходит его собственное интеллектуальное понимание.
Он глубоко раскаялся и признался Гарабу Дордже в своём дурном намерении: встретиться с ним с единственной целью – победить в диспуте. Гараб Дордже простил пандита и дал ему наставления. Однако он попросил Манджушримитру, величайшего буддийского учёного того времени, написать текст, излагающий доводы Учения, при помощи которых Гараб Дордже его победил. Это произведение, называющееся "Созерцание Бодхичитты" (тиб. Чангчубсэм гомпа- санскр. Бодхичитта бхавана), написанное Манджушримитрой, существует и поныне. Оно относится к разделу Сэмдэ учения Дзогчен.
У Гараба Дордже было множество учеников – как среди людей, так и среди дакинь, и он продолжал учить до тех пор, пока не покинул Землю. Он не умер как это происходит с обычными существами, а превратил своё физическое тело в радужное (в сущность пяти первоэлементов: пространства, воздуха, огоня, воды и земли), оставив после себя только волосы и ногти. Считается, что он продолжает существование в этом теле в другом измерении, невидимом для людей и продолжает учить, поскольку ныне его тело состоит из света тончайшего уровня, который является чистым, а не кармическим.
С Гарабом Дорже можно вступить в контакт, если развить способность чистого видения. По поводу природы радужного тела Намкай Норбу Ринпоче пишет:
"Например, когда мы говорим, что какой-то учитель, реализованный мастер, проявил радужное тело, то для нас это подразумевает, что его тело исчезло в радужном свете. Но истинный смысл радужного тела не в том, что оно исчезает. Все мы думаем, будто радужное тело означает, что повсюду проявляются радуги и рисуем себе такую картину: из сердца, как из центра, во всех направлениях расходятся радужные лучи. И мы считаем, что это измерение Падмасамбхавы.
Так мы представляем себе радужное тело. Но на самом деле радужное тело не такое. Как выглядит наше материальное тело? Какая у него форма? В радужном теле всё остаётся точно таким, как было. Оно не исчезает и не становится другим телом, состоящим из радужного света. Просто оно проявляется не на материальном уровне, не в виде материального тела, а в виде пятицветных лучей. Например, обладая чистым видением, как у Падмасамбхавы, мы сумели бы узнать радужное тело Гуру Падмасамбхавы и не спутали бы его с Гарабом Дордже или Вималамитрой – мы поняли бы, что это именно он. Но если бы это был только центр и расходящиеся из него радужные лучи, мы не смогли бы понять, кто это. Радужное тело не остаётся на материальном уровне, но его облик, форма и всё остальное сохраняются прежними. Вот что называется радужным телом."
Даже в XX веке были практикующие, достигшие такой же реализации, одним из последних из них был дядя Намкая Норбу Ринпоче (см. книгу "Кристалл и путь света").
Прежде чем растворить своё тело в сущности элементов и обрести радужное тело, Гараб Дорже оставил изложение сути своих Учений, называемое "Три завета". Вот краткий перевод этих сущностных наставлений:
1. Получить прямое введение в Природу Сознания от Мастера. (ngo.rang thog.tu.sprad.)
2. Не иметь сомнений по поводу этого состояния. (thag.gcig thog tu.gcad.)
3. Продолжать оставаться в этом состоянии самоосвобождения. (gdeng.grol.thog.tu.'cha'.)
Назавается это состояние по-тибетски ригпа. Ригпа означает узнавание чистого присутствия.
Цель Учения Дзогчен заключается не в развитии интеллекта, а в том, чтобы вывести человека за пределы его ограничений, в изначальное состояние безграничной свободы. Тем не менее, Дзогчен содержит чёткую и ясную структуру взаимосвязанных Учений, сгруппированных в триады, подобную кристаллической решётке. Основу этой структуры составляют Три Завета Гараба Дордже.
Манджушримитра, о котором уже шла речь выше, разделил учения Дзогчен на три раздела: Сэмдэ – раздел природы ума, Лонгдэ – раздел пространства и Мэннагдэ – раздел тайных наставлений. В таком виде эти учения существуют и по сей день.
Существует три способа передачи сущности учения Дзогчен: От ума к уму, символическая и устная.
Изначально, Учение было передано от Самантабхадры Ваджрасаттве. Самантабхадра – это уровень Дхармакайи, абсолютное тело Будды. Ваджрасаттва – это проявление Самбхогокайи (измерение богатства форм не кармического света). Эта передача вне времени и пространства.
Ваджрасаттва осуществил символическую передачу Учения Дзогчен Гарабу Дорже, который является проявлением Нирманакайи, поскольку обычные люди омрачены кармическим видением и не могут напрямую контактировать с манифестациями Самбхогакайи. Гараб Дордже передал это Учение людям при помощи устной передачи. Намкай Норбу Ринпоче пишет:
"Может показаться, что в этом объяснении указывается на трёх различных Учителей, давших три различных вида учений, но в действительности все эти три передачи неотделимы от Учителя, и сами они являются Путём. Если бы прямая передача пришла от Дхармакайи к Самбхогакайе, то она не могла бы быть Путём, потому что Самбхогакайя не нуждается в Пути. Человек состоит из тела, речи и ума в одно и то же время, и поэтому именно эти три вида передачи используются Учителем, чтобы сообщить состояние знания."
Гараб Дордже изложил людям по памяти многие тантры и лунги учения Дзогчен, некоторые из них сохранились до наших дней, например, "Великое пространство Ваджрасаттвы" (rdo-rje sems-dpa' nam-mkha' – che') – это текст, принадлежит к категории Лунг, и считается, что он идёт от Гараба Дордже, который спонтанно произнёс его, будучи ещё ребёнком.
Песнь Брахмы Гараба Дордже
Наша потенциальная способность переживания
Полностью пробуждена изначально.
Поскольку потенциальная способность переживания
Не имеет начала и конца, она подобна небу.
Если понимаешь, что всё существующее одинаково
Никогда не возникало и никогда не будет прекращено,
И пребываешь в этом истинном состоянии не прилагая усилий,
Это и есть медитация.
Жизнеописание:
Существуют разные мнения по поводу лет жизни Гараба Дорже, а также нескольколько версий его жизнеописания.
Согласно текстам раздела Тайных Наставлений Дзогчена (Мэннагдэ), Гараб Дордже (тиб. dGa'-rab rdo-rje- санскр. Prahevajra – Прахеваджра) родился через 360 лет после паринирваны будды Сакьямуни, то есть в 184 году до н.э. в царстве Уддияна (тиб. Ургьен), которое было расположено к северо-западу от Индии, в районе современного Пакистана (долина Сват), Афганистана и Таджикистана.
По другой версии, согласно "Vairo-rgyud-'bum" – собранию сочинений, переведённых на тибетский язык Вайрочаной, Гараб Дордже родился через двадцать восемь лет после ухода Будды, то есть в 516 году до н.э. Последняя дата согласуется с традицией, по которой Гараб Дордже считается сыном Прахарини, принцессы Уддияны, дочери царя Индрабхути, увидевшего Падмасамбхаву на озере Дханакоша через восемь лет после паринирваны будды Сакьямуни.
Согласно же традиционным источникам Ньингма, Гараб Дордже родился через 166 лет спустя после паринирваны Будды, датируемой в тибетских источниках 881 г. до н.э. Западные учёные утверждают, что это произошло на 220 лет позднее.
Не так важно какая из версий жизнеописания Гараба Дордже наиболее точна, гораздо важнее то, что мы до сегоднешнего дня имеем действующую и мощную традицию Учений Дзогчен, при помощи которой люди достигают полного Освобождения от сансары.
Гараб Дорже был первым человеком, который давал Дзогчен на нашей планете. Мы говорим так, поскольку в одном из древних текстов сказано, что это учение уже передавалось в других измерениях не человеческими существами. Там говорится о тринадцати солнечных системах, где распространено Учение Дзогчен. В своём предыдущем воплощении Гараб Дордже был Дэва (божественное существо) в одном из измерений, где получил и реализовал Учение Дзогчен.
Родился Гараб Дордже чудесным образом от принцессы Уддияны Судхармы, которая была монахиней-девственницей и жила примерно через 50 лет после паринирваны будды Сакьямуни. Эта монахиня практиковала на острове в середине озера, и в это время у неё был сон. Она увидела во сне красивого белого человека (это была манифестация Ваджрасаттвы), держащего хрустальную вазу с выгравированными на ней мантрами. Этот человек дал ей посвящение, а затем, растворившись в свете, вошёл в её тело и оплодотворил её. После этого она родила Гараба Дордже. Это событие её и возрадовало, и опечалило. Судхаме было стыдно, она боялась, что люди будут думать о ней плохо или сочтут её ребёнка призраком, поскольку его родила девственница. Тогда она спрятала его в яме для золы. Когда раскаявшись в своём поступке, через несколько дней принцесса вернулась, то обнаружила, что мальчик, живой и здоровый, играет в золе. И тогда все признали дитя чудесным воплощением великого Учителя, и царь взял его во дворец.
Гараб Дорже, благодаря своей великой ясности, стал произносить наизусть коренные тантры, хотя его никто этому не учил, и царь получал от общения с ним такую радость, что назвал его Прахарша Ваджра, что на языке Уддияны, похожем на санскрит, означает "Радостная Ваджра". В переводе на тибетский это имя звучит как Гараб Дордже.
Когда Гарабу Дордже исполнилось семь лет, все учёные пандиты этого царства собрались на диспут, и Гараб Дордже победил их в полемике, проявив гораздо более глубокое понимание, чем любой из них.
Затем он преподал им Учение Дзогчен, и далеко окрест быстро распространилась весть о том, что какой-то мальчик из страны Ургьен (Уддияна), признанный воплощением великого существа, даёт Учение, выходящее за пределы закона причины и следствия. Достигнув Индии, эта весть очень взволновала тамошних буддийских пандитов, и было решено, что самый учёный из них, чьё имя было Манджушримитра, весьма искусный в логике и полемике, должен разгромить в диспуте этого юного выскочку. Но по прибытии, Манджушримитра обнаружил, что мальчик действительно является великим Учителем, и в его Учении невозможно найти ошибку. Ему стало ясно, что мудрость этого ребёнка далеко превосходит его собственное интеллектуальное понимание.
Он глубоко раскаялся и признался Гарабу Дордже в своём дурном намерении: встретиться с ним с единственной целью – победить в диспуте. Гараб Дордже простил пандита и дал ему наставления. Однако он попросил Манджушримитру, величайшего буддийского учёного того времени, написать текст, излагающий доводы Учения, при помощи которых Гараб Дордже его победил. Это произведение, называющееся "Созерцание Бодхичитты" (тиб. Чангчубсэм гомпа- санскр. Бодхичитта бхавана), написанное Манджушримитрой, существует и поныне. Оно относится к разделу Сэмдэ учения Дзогчен.
У Гараба Дордже было множество учеников – как среди людей, так и среди дакинь, и он продолжал учить до тех пор, пока не покинул Землю. Он не умер как это происходит с обычными существами, а превратил своё физическое тело в радужное (в сущность пяти первоэлементов: пространства, воздуха, огоня, воды и земли), оставив после себя только волосы и ногти. Считается, что он продолжает существование в этом теле в другом измерении, невидимом для людей и продолжает учить, поскольку ныне его тело состоит из света тончайшего уровня, который является чистым, а не кармическим.
С Гарабом Дорже можно вступить в контакт, если развить способность чистого видения. По поводу природы радужного тела Намкай Норбу Ринпоче пишет:
"Например, когда мы говорим, что какой-то учитель, реализованный мастер, проявил радужное тело, то для нас это подразумевает, что его тело исчезло в радужном свете. Но истинный смысл радужного тела не в том, что оно исчезает. Все мы думаем, будто радужное тело означает, что повсюду проявляются радуги и рисуем себе такую картину: из сердца, как из центра, во всех направлениях расходятся радужные лучи. И мы считаем, что это измерение Падмасамбхавы.
Так мы представляем себе радужное тело. Но на самом деле радужное тело не такое. Как выглядит наше материальное тело? Какая у него форма? В радужном теле всё остаётся точно таким, как было. Оно не исчезает и не становится другим телом, состоящим из радужного света. Просто оно проявляется не на материальном уровне, не в виде материального тела, а в виде пятицветных лучей. Например, обладая чистым видением, как у Падмасамбхавы, мы сумели бы узнать радужное тело Гуру Падмасамбхавы и не спутали бы его с Гарабом Дордже или Вималамитрой – мы поняли бы, что это именно он. Но если бы это был только центр и расходящиеся из него радужные лучи, мы не смогли бы понять, кто это. Радужное тело не остаётся на материальном уровне, но его облик, форма и всё остальное сохраняются прежними. Вот что называется радужным телом."
Даже в XX веке были практикующие, достигшие такой же реализации, одним из последних из них был дядя Намкая Норбу Ринпоче (см. книгу "Кристалл и путь света").
Прежде чем растворить своё тело в сущности элементов и обрести радужное тело, Гараб Дорже оставил изложение сути своих Учений, называемое "Три завета". Вот краткий перевод этих сущностных наставлений:
1. Получить прямое введение в Природу Сознания от Мастера. (ngo.rang thog.tu.sprad.)
2. Не иметь сомнений по поводу этого состояния. (thag.gcig thog tu.gcad.)
3. Продолжать оставаться в этом состоянии самоосвобождения. (gdeng.grol.thog.tu.'cha'.)
Назавается это состояние по-тибетски ригпа. Ригпа означает узнавание чистого присутствия.
Цель Учения Дзогчен заключается не в развитии интеллекта, а в том, чтобы вывести человека за пределы его ограничений, в изначальное состояние безграничной свободы. Тем не менее, Дзогчен содержит чёткую и ясную структуру взаимосвязанных Учений, сгруппированных в триады, подобную кристаллической решётке. Основу этой структуры составляют Три Завета Гараба Дордже.
Манджушримитра, о котором уже шла речь выше, разделил учения Дзогчен на три раздела: Сэмдэ – раздел природы ума, Лонгдэ – раздел пространства и Мэннагдэ – раздел тайных наставлений. В таком виде эти учения существуют и по сей день.
Существует три способа передачи сущности учения Дзогчен: От ума к уму, символическая и устная.
Изначально, Учение было передано от Самантабхадры Ваджрасаттве. Самантабхадра – это уровень Дхармакайи, абсолютное тело Будды. Ваджрасаттва – это проявление Самбхогокайи (измерение богатства форм не кармического света). Эта передача вне времени и пространства.
Ваджрасаттва осуществил символическую передачу Учения Дзогчен Гарабу Дорже, который является проявлением Нирманакайи, поскольку обычные люди омрачены кармическим видением и не могут напрямую контактировать с манифестациями Самбхогакайи. Гараб Дордже передал это Учение людям при помощи устной передачи. Намкай Норбу Ринпоче пишет:
"Может показаться, что в этом объяснении указывается на трёх различных Учителей, давших три различных вида учений, но в действительности все эти три передачи неотделимы от Учителя, и сами они являются Путём. Если бы прямая передача пришла от Дхармакайи к Самбхогакайе, то она не могла бы быть Путём, потому что Самбхогакайя не нуждается в Пути. Человек состоит из тела, речи и ума в одно и то же время, и поэтому именно эти три вида передачи используются Учителем, чтобы сообщить состояние знания."
Гараб Дордже изложил людям по памяти многие тантры и лунги учения Дзогчен, некоторые из них сохранились до наших дней, например, "Великое пространство Ваджрасаттвы" (rdo-rje sems-dpa' nam-mkha' – che') – это текст, принадлежит к категории Лунг, и считается, что он идёт от Гараба Дордже, который спонтанно произнёс его, будучи ещё ребёнком.
Песнь Брахмы Гараба Дордже
Наша потенциальная способность переживания
Полностью пробуждена изначально.
Поскольку потенциальная способность переживания
Не имеет начала и конца, она подобна небу.
Если понимаешь, что всё существующее одинаково
Никогда не возникало и никогда не будет прекращено,
И пребываешь в этом истинном состоянии не прилагая усилий,
Это и есть медитация.
Великие Мастера Буддизма.
ГОРАКША.
В восточной Индии правил некогда царь Девапала. У него был единственный сын. Принцу исполнилось двенадцать лет, когда его мать тяжело заболела. Перед смертью она сказала : " И счастье, и беды живых существ происходят из благих и дурных поступков. Даже если тебе покажется, что ты теряешь жизнь, не делай ничего вредного или бесплодного".Когда она умерла, подданные советовали царю жениться вторично, и вскоре он посватался к царице соседнего государства. Они поженились. Новая жена отца увидела молодого принца, сильно заинтересовалась им и некоторое время спустя сама написала ему любовное письмо. Но принц ответил отказом.
"Он смеется надо мной",- подумала царица. В ярости она приказала своим приближенным убить принца, но они не решились этого сделать. Тогда она расцарапала себе тело до крови и дождалась в постели прихода царя Девапалы.
" Что с тобой случилось?" - спросил он. "Твой благородный сын надругался надо мной и бросил меня здесь". "Если это правда, он будет казнен!" - воскликнул царь в гневе, и приказал палачам оттащить сына в лес и отрубить ему руки и ноги.
Палачи задумались: "Юноша скорее всего невиновен, к тому же он - царской крови. Мы можем спасти его, убив взамен одного из наших детей". Но принц отказался, говоря: "Это неправильно.
Убивайте меня. Мать сказала мне перед смертью, 'Не делай ничего дурного, даже чтобы спасти себя'. Так что исполните приказ отца". Тогда палачи пpислонили его к стволу дерева, отрезали ему руки и ноги и ушли.
В царстве Девапалы жил в это время великий йогин Ачинта. Он дал пpинцу посвящение и поучения.Затем он пришел к пастухам, жившим примерно в километре от места казни,и сказал: " Недалеко от вас мучается человек. У него отрезаны руки и ноги и вокруг него собираются хищники. Кто-нибудь из вас хочет пойти к нему ?"
Маленький мальчик, сын продавца благовоний, сказал: " Я пойду, но ты постереги стадо".
И он пошел в лес, ориентируясь по стервятникам, которые собирались над деревьями. Вернувшись, он подтвердил то, что говорил йогин.
" У тебя есть что-нибудь съестное ? " - спросил Ачинта. "
Да, - ответил мальчик, - я живу у начальника пастухов, он кормит меня. Я могу половину отдавать тому человеку "."Хорошо, - сказал йогин, - ухаживай за ним. Его зовут Чауранги". Мальчик построил шалаш вокруг дерева, кормил принца и руками убирал его нечистоты. Так он помогал калеке двенадцать лет.
Однажды он застал принца на ногах. Удивленный, он бросился его расспрашивать, и принц сказал: " Великий гуру своими мощными методами привел меня к пониманию пустоты. Как прекрасно осознать истину всего сущего и оказаться вне удовольствия и страдания!
Все теперь приходит в согласие с истинной реальностью, и даже когда-то потерянное возвращается". Потом он поднялся в воздух и предложил пастуху учиться у него.
Но тот сказал: " Я сейчас не хочу наставлений. У меня есть учитель, который велел мне заботиться о тебе, и я только следовал его словам". И юноша-пастух отправился к своему стаду.
Когда йогин Ачинта вернулся и узнал о случившемся, он очень обрадовался. В тот же день он дал юноше посвящение и инструкции и отправился дальше.
Пастух медитировал и обрел сиддхи Махамудры. Когда это произошло, гуру вернулся и сказал: " Не уходи из мира, пока не пробудишь к просветлению десять тысяч живых существ". С тех пор юноша давал посвящение каждому приходящему к нему.
Однажды Махадева выругал его, говоря: "Не давай посвящения любому. Не пристало учить лентяев и циников. Бери только тех, кто ведет себя как следует". Пастух подумал и согласился с Махадевой.
Не прекращая пасти скот, он стал учителем, известным под именем Горакша. Даже сейчас, если у вас хорошая карма, вы можете получить у него посвящение, - и тогда в определенные дни вам будут слышны звуки его молитвенного барабана, котоpые не слышны дpугим.
Великие Мастера Буддизма.
ЧАУРАНГИ.
Вот история о том, как Чауранги получил свое имя - "грабитель из банды". Как вы уже знаете, принц, лишившись ног и рук, оставался лежать под деревом. Ачинта дал ему посвящение, научил технике дыхания и сказал: " Когда ты достигнешь сиддхи, твое тело станет таким, как прежде".И Чауранги начал медитировать.
Спустя двенадцать лет через лес проезжал караван купцов, груженый золотом, серебром и разными драгоценностями, - а место это издавна славилось ворами и бандитами. Наступила ночь, и принц у своего дерева услышал звук шагов. "Кто здесь ?" - спросил он. "Мы перевозим уголь", - ответили купцы, решившие, что перед ними грабитель. "Я вижу", - кивнул принц.
Когда купцы прибыли в город, они увидели к своему ужасу, что весь их груз превратился в уголь. Они не могли ничего понять. Наконец самый чуткий из них сказал: " Помните, как мы ехали ночью и кто-то спросил 'кто вы '? Это, видимо, был не простой человек, если то, что он говорит, сбывается. Давайте вернемся туда и проверим".
Купцы вернулись в лес и, увидев под деревом человека, лишенного рук и ног, объяснили, что с ними случилось. Они хором просили его отменить сказанное. Принц ответил: "Конечно, это не то, что я имел в виду. Не беспокойтесь, ваши драгоценности будут в порядке".
Приехав из леса, купцы увидели все свои товары на месте. Пораженные, они вернулись к принцу с подарками. Он же рассказал им о своем учителе и произнес: "Теперь мое тело возвращается в прежнее состояние". Так и случилось.
Достигнув сиддхи, принц совершил много чудес. Но понимая, что его учения слишком мощны и эффективны, чтобы передавать их людям, он давал их своему дереву. Говорят, дерево стало бессмертным. Такова истоpия бессмеpтного Чауpанги.
Вот история о том, как Чауранги получил свое имя - "грабитель из банды". Как вы уже знаете, принц, лишившись ног и рук, оставался лежать под деревом. Ачинта дал ему посвящение, научил технике дыхания и сказал: " Когда ты достигнешь сиддхи, твое тело станет таким, как прежде".И Чауранги начал медитировать.
Спустя двенадцать лет через лес проезжал караван купцов, груженый золотом, серебром и разными драгоценностями, - а место это издавна славилось ворами и бандитами. Наступила ночь, и принц у своего дерева услышал звук шагов. "Кто здесь ?" - спросил он. "Мы перевозим уголь", - ответили купцы, решившие, что перед ними грабитель. "Я вижу", - кивнул принц.
Когда купцы прибыли в город, они увидели к своему ужасу, что весь их груз превратился в уголь. Они не могли ничего понять. Наконец самый чуткий из них сказал: " Помните, как мы ехали ночью и кто-то спросил 'кто вы '? Это, видимо, был не простой человек, если то, что он говорит, сбывается. Давайте вернемся туда и проверим".
Купцы вернулись в лес и, увидев под деревом человека, лишенного рук и ног, объяснили, что с ними случилось. Они хором просили его отменить сказанное. Принц ответил: "Конечно, это не то, что я имел в виду. Не беспокойтесь, ваши драгоценности будут в порядке".
Приехав из леса, купцы увидели все свои товары на месте. Пораженные, они вернулись к принцу с подарками. Он же рассказал им о своем учителе и произнес: "Теперь мое тело возвращается в прежнее состояние". Так и случилось.
Достигнув сиддхи, принц совершил много чудес. Но понимая, что его учения слишком мощны и эффективны, чтобы передавать их людям, он давал их своему дереву. Говорят, дерево стало бессмертным. Такова истоpия бессмеpтного Чауpанги.
Великие Мастера Буддизма.
ВИНАПА.
Винапа - "тот, кто играет на вине " - пришел из страны Гхахури. Он происходил из царской семьи, учился у Буддхапы и достиг сиддхи Хеваджры.
Винапа был единственным сыном царя, и народ и родители обожали его. У него было девять воспитателей, но больше всего он любил проводить время с музыкантами. Когда он играл на вине, все вокруг переставало существовать для него. Родители принца и все вокруг говорили : "Он - единственный наследник, и до сих пор не интересуется делами государства. Он поглощен музыкой. Что же будет ?"
В это время Буддхапа, йогин, далеко ушедший путем Будды, посетил молодого принца и произвел на него огромное впечатление.
Принц оказал ему почести и благоговейно разговаривал с ним. Во время беседы йогин спросил, не хочет ли принц практиковать Дхарму? Тот ответил: " О учитель, я не могу расстаться с инструментом ! Если есть способ медитировать не оставляя игры на вине, я согласен". Учитель дал ему посвящение, сводящее вместе все, что еще не сошлось, и сказал: "Не проводи различий между тем, как ты производишь звук, и тем, как слышишь его. На самом деле это - один и тот же опыт. Медитируй на это единство".
Принц медитировал девять лет и полностью очистил свой ум. В опыте, подобном огню светильника, он обрел сиддхи Махамудры и развил в себе способность безграничного понимания.
Став известен как йогин Винапа, он учил собиpающихся для этого жителей гоpодов Гхахуpи тысячам доктрин Будды. Он оставил описание своего пути и в теле челои в этом самом теле ушел в ясный свет.
Винапа - "тот, кто играет на вине " - пришел из страны Гхахури. Он происходил из царской семьи, учился у Буддхапы и достиг сиддхи Хеваджры.
Винапа был единственным сыном царя, и народ и родители обожали его. У него было девять воспитателей, но больше всего он любил проводить время с музыкантами. Когда он играл на вине, все вокруг переставало существовать для него. Родители принца и все вокруг говорили : "Он - единственный наследник, и до сих пор не интересуется делами государства. Он поглощен музыкой. Что же будет ?"
В это время Буддхапа, йогин, далеко ушедший путем Будды, посетил молодого принца и произвел на него огромное впечатление.
Принц оказал ему почести и благоговейно разговаривал с ним. Во время беседы йогин спросил, не хочет ли принц практиковать Дхарму? Тот ответил: " О учитель, я не могу расстаться с инструментом ! Если есть способ медитировать не оставляя игры на вине, я согласен". Учитель дал ему посвящение, сводящее вместе все, что еще не сошлось, и сказал: "Не проводи различий между тем, как ты производишь звук, и тем, как слышишь его. На самом деле это - один и тот же опыт. Медитируй на это единство".
Принц медитировал девять лет и полностью очистил свой ум. В опыте, подобном огню светильника, он обрел сиддхи Махамудры и развил в себе способность безграничного понимания.
Став известен как йогин Винапа, он учил собиpающихся для этого жителей гоpодов Гхахуpи тысячам доктрин Будды. Он оставил описание своего пути и в теле челои в этом самом теле ушел в ясный свет.
Великие Мастера Буддизма.
ШАНТИПА.
В то время, когда города Магадхи находились под властью царя Девапалы, в Викрамашиле был знаменитый монах и учитель брахман Ратнакарашанти. Мастер пяти доктрин, он обладал огромным даром учить Дхарме, и слава его росла.
Царь Цейлона, Кабина, накопив множество достойных деяний, пожелал, чтобы Дхарма распространилась в его владениях. Прежде мало кто на Цейлоне знал об учениях Будды. Кабина послал мастеру Шантипе приглашение посетить его страну.
Прибыв в Викрамашилу, посол распростерся перед Шантипой и поднес ему золото, серебро, шелк и жемчуг, говоря: " Мы живем на самой окраине мира, омраченные неведением, сгорающие в огне своих страстей, и стрелы нашего же гнева поражают нас. Наше знание в беспорядке, не отделено от ошибок и плодов невежества.
Путь освобождения, великий путь Махаяны, скрыт от нас. Если у Вас достаточно сострадания, Вы могли бы подумать о том, чтобы прибыть в страну Синхала. Я прошу Вас об этом во имя блага всех живых существ".
Обдумав просьбу Кабины, мастер объявил о своем отъезде.
Вскоре он отправился, сопровождаемый двумя тысячами последователей и караваном лошадей и слонов, везущих библиотеку.
Они проехали через Наланду, Одантапури, Раджагриху, Бодхгайя и оказались на берегу океана Синхала. Послав цейлонца вперед, мастер и его спутники погрузились на корабль и отбыли.
Когда посол прибыл на Цейлон и объявил, что Шантипа едет, царь Кабина и его приближенные были рады, как достигшие первой из ступеней Бодхисаттвы. Неделю спустя показались слоны и балдахины, и цейлонцы, вне себя от счастья, покрыли коврами дорогу от океана до столицы, чтобы достойно встретить мастера.
Учителя засыпали цветами и окуривали благовониями, в его честь развевались флаги, давались представления, и музыка звучала, не переставая.
Три года со своего высокого места без отдыха и перерыва Шантипа учил многим доктринам, передавая и комментируя Дхарму.
Затем он начал готовиться к возвращению в центральную Индию.
Кабина и его подданные приготовили слонов, лошадей и неизмеримое количество золота, серебра и драгоценностей. И мастер со спутниками отправился в далекий обратный путь в Викрамашилу.
Тем временем в Индии царь Раманаполака, ища себе супругу, построил огромный храм Махешвары, "Великого Бога" Шивы. Город, где это произошло, стал называться Рамешвара. Мастер знал об этом, и велел спутникам запастись провизией на неделю, так как в течении семи дней пути до этого гоpода им предстояло не встретить в окpуге ни одной живой души. Четыре дня они ехали по пустым дорогам, а потом встретили везучего Тогчепу, который тогда же получил посвящение.
Наконец они прибыли в Викрамашилу. Мастер сильно постарел, у него ослабело зрение и тело отказывалось служить ему. Он не принимал твердой пищи, ученики кормили его йогуртом и сахаром. Ему было уже сто лет.
Тогчепа двенадцать лет медитировал вне концепций и образов, в то время как Шантипа думал и действовал в мире учений и связей. За эти годы Тогчепа достиг совершенной природы Дхармы.
Поэтому, в то вpемя как Шантипа стал нуждаться в уходе, боги и дакини воздали должное Тогчепе, пролили на его голову благовония и поклонились ему как воплощенному Ваджрасаттве. Благодаря его энергии даже то неизменное, что составляет сокровища богов, начало возрастать. Тогчепа же говорил: "Не придя к своему учителю, я одолел только горы внешних обстоятельств. Но получив наставления гуру, я покорил вершину ума и достиг сиддхи".
Не первый раз Индра и боги тридцати трех небес приглашали Тогчепу к себе, но он отказывался, говоря: " Я обязан еще поклониться учителю, который был ко мне доброжелательней, чем сам Будда".И вот в своем чистом теле он прибыл в Викрамашилу, за одно мгновение покрыв расстояние в шесть месяцев пути. Еще не успев стать видимым, Тогчепа распростерся перед учителем. Потом он вернул себе физическое тело и сделал бесчисленные поклоны.
Когда он приложил свой лоб к ноге мастера, Шантипа спросил его: "Кто ты ?" "Ваш ученик". "Но у меня были сотни учеников, я не могу узнать тебя". "Я Тогчепа". В эту секунду оба мастера узнали друг друга. Обрадовавшись, они сели беседовать.
"Какие же способности и качества ты приобрел за это время?" - спросил учитель. "По вашим наставлениям в Махамудре я обрел высшее из тел Дхармы". Шантипа улыбнулся: "Хотя я много писал и разговаривал, я не практиковал долго и не встретился с прямым значением Махамудры. А ты целиком ушел в практику. Я вот забыл, что ты у меня учился, и хочу теперь поучиться у тебя. Что же ты выудил оттуда ?"
Так, с глазу на глаз, Тогчепа открыл своему учителю многие качества тела Дхармы. И учитель Ратнакарашанти, ведомый прекрасными наставлениями Тогчепы, за двенадцать лет обрел сиддхи Махамудры. Оправдав надежды всех живых существ, он ушел в ясный свет.
В то время, когда города Магадхи находились под властью царя Девапалы, в Викрамашиле был знаменитый монах и учитель брахман Ратнакарашанти. Мастер пяти доктрин, он обладал огромным даром учить Дхарме, и слава его росла.
Царь Цейлона, Кабина, накопив множество достойных деяний, пожелал, чтобы Дхарма распространилась в его владениях. Прежде мало кто на Цейлоне знал об учениях Будды. Кабина послал мастеру Шантипе приглашение посетить его страну.
Прибыв в Викрамашилу, посол распростерся перед Шантипой и поднес ему золото, серебро, шелк и жемчуг, говоря: " Мы живем на самой окраине мира, омраченные неведением, сгорающие в огне своих страстей, и стрелы нашего же гнева поражают нас. Наше знание в беспорядке, не отделено от ошибок и плодов невежества.
Путь освобождения, великий путь Махаяны, скрыт от нас. Если у Вас достаточно сострадания, Вы могли бы подумать о том, чтобы прибыть в страну Синхала. Я прошу Вас об этом во имя блага всех живых существ".
Обдумав просьбу Кабины, мастер объявил о своем отъезде.
Вскоре он отправился, сопровождаемый двумя тысячами последователей и караваном лошадей и слонов, везущих библиотеку.
Они проехали через Наланду, Одантапури, Раджагриху, Бодхгайя и оказались на берегу океана Синхала. Послав цейлонца вперед, мастер и его спутники погрузились на корабль и отбыли.
Когда посол прибыл на Цейлон и объявил, что Шантипа едет, царь Кабина и его приближенные были рады, как достигшие первой из ступеней Бодхисаттвы. Неделю спустя показались слоны и балдахины, и цейлонцы, вне себя от счастья, покрыли коврами дорогу от океана до столицы, чтобы достойно встретить мастера.
Учителя засыпали цветами и окуривали благовониями, в его честь развевались флаги, давались представления, и музыка звучала, не переставая.
Три года со своего высокого места без отдыха и перерыва Шантипа учил многим доктринам, передавая и комментируя Дхарму.
Затем он начал готовиться к возвращению в центральную Индию.
Кабина и его подданные приготовили слонов, лошадей и неизмеримое количество золота, серебра и драгоценностей. И мастер со спутниками отправился в далекий обратный путь в Викрамашилу.
Тем временем в Индии царь Раманаполака, ища себе супругу, построил огромный храм Махешвары, "Великого Бога" Шивы. Город, где это произошло, стал называться Рамешвара. Мастер знал об этом, и велел спутникам запастись провизией на неделю, так как в течении семи дней пути до этого гоpода им предстояло не встретить в окpуге ни одной живой души. Четыре дня они ехали по пустым дорогам, а потом встретили везучего Тогчепу, который тогда же получил посвящение.
Наконец они прибыли в Викрамашилу. Мастер сильно постарел, у него ослабело зрение и тело отказывалось служить ему. Он не принимал твердой пищи, ученики кормили его йогуртом и сахаром. Ему было уже сто лет.
Тогчепа двенадцать лет медитировал вне концепций и образов, в то время как Шантипа думал и действовал в мире учений и связей. За эти годы Тогчепа достиг совершенной природы Дхармы.
Поэтому, в то вpемя как Шантипа стал нуждаться в уходе, боги и дакини воздали должное Тогчепе, пролили на его голову благовония и поклонились ему как воплощенному Ваджрасаттве. Благодаря его энергии даже то неизменное, что составляет сокровища богов, начало возрастать. Тогчепа же говорил: "Не придя к своему учителю, я одолел только горы внешних обстоятельств. Но получив наставления гуру, я покорил вершину ума и достиг сиддхи".
Не первый раз Индра и боги тридцати трех небес приглашали Тогчепу к себе, но он отказывался, говоря: " Я обязан еще поклониться учителю, который был ко мне доброжелательней, чем сам Будда".И вот в своем чистом теле он прибыл в Викрамашилу, за одно мгновение покрыв расстояние в шесть месяцев пути. Еще не успев стать видимым, Тогчепа распростерся перед учителем. Потом он вернул себе физическое тело и сделал бесчисленные поклоны.
Когда он приложил свой лоб к ноге мастера, Шантипа спросил его: "Кто ты ?" "Ваш ученик". "Но у меня были сотни учеников, я не могу узнать тебя". "Я Тогчепа". В эту секунду оба мастера узнали друг друга. Обрадовавшись, они сели беседовать.
"Какие же способности и качества ты приобрел за это время?" - спросил учитель. "По вашим наставлениям в Махамудре я обрел высшее из тел Дхармы". Шантипа улыбнулся: "Хотя я много писал и разговаривал, я не практиковал долго и не встретился с прямым значением Махамудры. А ты целиком ушел в практику. Я вот забыл, что ты у меня учился, и хочу теперь поучиться у тебя. Что же ты выудил оттуда ?"
Так, с глазу на глаз, Тогчепа открыл своему учителю многие качества тела Дхармы. И учитель Ратнакарашанти, ведомый прекрасными наставлениями Тогчепы, за двенадцать лет обрел сиддхи Махамудры. Оправдав надежды всех живых существ, он ушел в ясный свет.
Великие Мастера Буддизма.
ТАНТИПА.
В городе Сандхонагара жил ткач, у него было множество детей. Своим мастерством он нажил огромные богатства и женил сыновей на девушках из хорошей семьи. Он продолжал жить вместе с ними, и вся семья процветала. Жена ткача умерла когда ему было восемьдесят девять, и он уже постарел, стал немощным и дряхлым.
Невестки принимали отца, но каждый, кто видел его, смеялся и передразнивал его старческие манеры и причуды.
Чувствуя, что присутствие старика за столом начало отпугивать людей от дома, дочери затаили зло". Давайте построим в саду соломенную хижину и будем кормить его там",- решили они.
Так и сделали.
Случилось так, что гуру Джаландхарапа, оказавшись в городе, зашел в дом к старшему сыну ткача, прося подаяния. Тот пригласил его к обеду и потом предложил остаться в доме на несколько дней.
"Я не сплю pядом с людьми", - ответил учитель. "Но вы можете спать в саду", - предложили хозяева. Они провели йогина в сад и оставили ему лампу.
Старый ткач услышал звук шагов и, удивленный, спросил : "Кто это там шумит ?" "Я - гость этого дома, человек Дхармы". "А я - хозяин этого дома, - затряс головой ткач. - Я был моложе, и все это было мое - и дом, и начинка. А теперь мои сыновья и невестки высмеивают меня, и засунули в эту дыру.
'Все вещи в мире - непостоянны!' - вот, убедись".
"Все собранные вещи - один обман, - сказал Джаландхарапа, - и все в мире - болезненно. У существующего внутри нет ничего.
Счастье - в нирване... Хочешь учение, которое защитит от смерти ?" "Хочу". Джаландхарапа дал ткачу посвящение в мандалу Хеваджры и дpугие секретные посвящения и предложил прямо сразу начать медитировать. Потом гуру ушел куда-то.
Ткач запомнил наставления, но не сказал ничего своим домочадцам. Он практиковал двенадцать лет и приобрел много способностей, в которых люди не очень разбираются. Однажды старший сын, закончив удачный заказ, устроил праздник. В суете, конечно, забыли принести поесть старику. Невестка вспомнила об этом уже ночью и незаметно отправилась в сад.
Хижина ярко светилась в темноте. Старый ткач сидел в ней в окружении пятнадцати соблазнительных девушек, и все вокруг было завалено изысканными вещами и блюдами. Женщина почувствовала в этом что-то, не принадлежащее миру людей, и поспешно вернулась в дом. "Пойди, погляди, что с отцом", - сказала она мужу. Тот подумал, что старик скончался, и в слезах отправился в сад.
Потом все, кто подходил к хижине, видели то же, что женщина, и уходили пораженные.
Возвращаясь в дом, они говорили: "Это - не от человека, наверное это работа демонов". Но наутро, когда весть облетела Сандхонагару, множество людей пришло поклониться старику. Он вышел к ним, превратив свое тело в тело шестнадцатилетнего юноши. От его фигуры исходили бесчисленные лучи света, и никто не мог смотреть на него долго. Это тело было как отшлифованное зеркало, в котором все появляется в истинной, светлой природе.
Ткач стал известен как Тантипа и совершил неисчислимые деяния на благо живых существ. Ушедши в ясный свет в своем теле, он одновременно помог перейти туда многим жителям Сандхонагары.
Так, благодаря вере, терпению и вниманию к наставлениям, старый человек оказался способен достичь сиддхи Махамудры в свои преклонные годы.
В городе Сандхонагара жил ткач, у него было множество детей. Своим мастерством он нажил огромные богатства и женил сыновей на девушках из хорошей семьи. Он продолжал жить вместе с ними, и вся семья процветала. Жена ткача умерла когда ему было восемьдесят девять, и он уже постарел, стал немощным и дряхлым.
Невестки принимали отца, но каждый, кто видел его, смеялся и передразнивал его старческие манеры и причуды.
Чувствуя, что присутствие старика за столом начало отпугивать людей от дома, дочери затаили зло". Давайте построим в саду соломенную хижину и будем кормить его там",- решили они.
Так и сделали.
Случилось так, что гуру Джаландхарапа, оказавшись в городе, зашел в дом к старшему сыну ткача, прося подаяния. Тот пригласил его к обеду и потом предложил остаться в доме на несколько дней.
"Я не сплю pядом с людьми", - ответил учитель. "Но вы можете спать в саду", - предложили хозяева. Они провели йогина в сад и оставили ему лампу.
Старый ткач услышал звук шагов и, удивленный, спросил : "Кто это там шумит ?" "Я - гость этого дома, человек Дхармы". "А я - хозяин этого дома, - затряс головой ткач. - Я был моложе, и все это было мое - и дом, и начинка. А теперь мои сыновья и невестки высмеивают меня, и засунули в эту дыру.
'Все вещи в мире - непостоянны!' - вот, убедись".
"Все собранные вещи - один обман, - сказал Джаландхарапа, - и все в мире - болезненно. У существующего внутри нет ничего.
Счастье - в нирване... Хочешь учение, которое защитит от смерти ?" "Хочу". Джаландхарапа дал ткачу посвящение в мандалу Хеваджры и дpугие секретные посвящения и предложил прямо сразу начать медитировать. Потом гуру ушел куда-то.
Ткач запомнил наставления, но не сказал ничего своим домочадцам. Он практиковал двенадцать лет и приобрел много способностей, в которых люди не очень разбираются. Однажды старший сын, закончив удачный заказ, устроил праздник. В суете, конечно, забыли принести поесть старику. Невестка вспомнила об этом уже ночью и незаметно отправилась в сад.
Хижина ярко светилась в темноте. Старый ткач сидел в ней в окружении пятнадцати соблазнительных девушек, и все вокруг было завалено изысканными вещами и блюдами. Женщина почувствовала в этом что-то, не принадлежащее миру людей, и поспешно вернулась в дом. "Пойди, погляди, что с отцом", - сказала она мужу. Тот подумал, что старик скончался, и в слезах отправился в сад.
Потом все, кто подходил к хижине, видели то же, что женщина, и уходили пораженные.
Возвращаясь в дом, они говорили: "Это - не от человека, наверное это работа демонов". Но наутро, когда весть облетела Сандхонагару, множество людей пришло поклониться старику. Он вышел к ним, превратив свое тело в тело шестнадцатилетнего юноши. От его фигуры исходили бесчисленные лучи света, и никто не мог смотреть на него долго. Это тело было как отшлифованное зеркало, в котором все появляется в истинной, светлой природе.
Ткач стал известен как Тантипа и совершил неисчислимые деяния на благо живых существ. Ушедши в ясный свет в своем теле, он одновременно помог перейти туда многим жителям Сандхонагары.
Так, благодаря вере, терпению и вниманию к наставлениям, старый человек оказался способен достичь сиддхи Махамудры в свои преклонные годы.
Великие Мастера Буддизма.
ЧАМАРИПА.
Чамарипа значит "сапожник". В городе Вишнунагара, где было восемнадцать каст, Чамарипа был из касты обувщиков. Он чинил старые башмаки и шил новые, и на это у него уходило все время.
Однажды на улице рядом оказался йогин. Чамарипа немедленно бросил работу и распростерся перед ним. "Я не могу жить в сансаре и хочу практиковать Дхарму. Но у меня не было наставника, и я до сих пор не вошел в ворота Учения. Я умоляю Вас обучить меня Дхаpме для получения пользы в этой жизни и в следующих". "Если ты можешь практиковать, я научу тебя".
Сапожник спросил, согласится ли учитель принять пищу в доме бедняка низкой касты. "Я вернусь к вечеру и сделаем так", - ответил йогин. И Чамарипа объявил о госте своей жене и домашним.
Когда йогин вернулся, Чамарипа приготовил для него подобающее место, вымыл ему ноги и поднес угощение. Жена и дочь ухаживали за ним и умастили его маслом. Окончив трапезу, йогин дал посвящение Чамарипе и его жене и произнес следующие инструкции:
“Пусть умозpительные искажения и предвзятые мнения будут как лоскуты кожи, сшиваемые шилом поучений гуpу на колодке дpужелюбия и сострадания.
Простроченный нитями непривязанности к делам и предметам, появится ботинок, - восхитительный, непонятный тем, кто не ушел от ложных воззрений - чудесный ботинок тела Дхармы.
Ведя нить не-удержания вещей, оставьте мысли о приятном и неприятном. Превратите в свой материал - в кожу - все оценки и мнения. Медитируйте, прошивая свой опыт наставлениями учителя, превращая его в чудесное изделие тела Дхармы”.
"Что я буду чувствовать, делая это ? " " Сначала возрастет отвращение к сансаре, - ответил йогин.- Потом все элементы опыта обнаружат природу Дхармы". Сказав это, он ушел.
Сапожник оставил свой старый дом и медитировал в уединенном месте. Все знаки прошли так, как предсказал учитель. Благодаря аналогии со своим ремеслом Чамарипа освоил истины о шести коpенных искажениях и неведении в их основе. Продолжая работать с наставлениями гуру, он пришел к чистому пониманию. За двенадцать лет практики ему удалось вычерпать целый океан ошибок и заблуждений.
Когда Чамарипа расчистил завалы неведения, он обрел сиддхи Махамудры. Все это время он медитировал, не отличая работу от практики, и не замечая, день то был или ночь. Остальное взял на себя Вишвакарман, так что в Вишнунагаре не знали, чем занимается сапожник. Но однажды кто-то во внеурочный час зашел в мастерскую и увидел Чамарипу за медитацией и Вишвакармана за починкой обуви. Один за другим горожане приходили посмотреть на Чамарипу, пока не собрались все вместе и не попросили наставлений. Прежде всего Чамарипа объяснил, как нужно полагаться на учителя. Он преподал множество учений живым существам в Вишнунагаре и стал известным йогином. Он сделал многое для блага живых существ и в своем теле ушел в ясный свет.
Чамарипа значит "сапожник". В городе Вишнунагара, где было восемнадцать каст, Чамарипа был из касты обувщиков. Он чинил старые башмаки и шил новые, и на это у него уходило все время.
Однажды на улице рядом оказался йогин. Чамарипа немедленно бросил работу и распростерся перед ним. "Я не могу жить в сансаре и хочу практиковать Дхарму. Но у меня не было наставника, и я до сих пор не вошел в ворота Учения. Я умоляю Вас обучить меня Дхаpме для получения пользы в этой жизни и в следующих". "Если ты можешь практиковать, я научу тебя".
Сапожник спросил, согласится ли учитель принять пищу в доме бедняка низкой касты. "Я вернусь к вечеру и сделаем так", - ответил йогин. И Чамарипа объявил о госте своей жене и домашним.
Когда йогин вернулся, Чамарипа приготовил для него подобающее место, вымыл ему ноги и поднес угощение. Жена и дочь ухаживали за ним и умастили его маслом. Окончив трапезу, йогин дал посвящение Чамарипе и его жене и произнес следующие инструкции:
“Пусть умозpительные искажения и предвзятые мнения будут как лоскуты кожи, сшиваемые шилом поучений гуpу на колодке дpужелюбия и сострадания.
Простроченный нитями непривязанности к делам и предметам, появится ботинок, - восхитительный, непонятный тем, кто не ушел от ложных воззрений - чудесный ботинок тела Дхармы.
Ведя нить не-удержания вещей, оставьте мысли о приятном и неприятном. Превратите в свой материал - в кожу - все оценки и мнения. Медитируйте, прошивая свой опыт наставлениями учителя, превращая его в чудесное изделие тела Дхармы”.
"Что я буду чувствовать, делая это ? " " Сначала возрастет отвращение к сансаре, - ответил йогин.- Потом все элементы опыта обнаружат природу Дхармы". Сказав это, он ушел.
Сапожник оставил свой старый дом и медитировал в уединенном месте. Все знаки прошли так, как предсказал учитель. Благодаря аналогии со своим ремеслом Чамарипа освоил истины о шести коpенных искажениях и неведении в их основе. Продолжая работать с наставлениями гуру, он пришел к чистому пониманию. За двенадцать лет практики ему удалось вычерпать целый океан ошибок и заблуждений.
Когда Чамарипа расчистил завалы неведения, он обрел сиддхи Махамудры. Все это время он медитировал, не отличая работу от практики, и не замечая, день то был или ночь. Остальное взял на себя Вишвакарман, так что в Вишнунагаре не знали, чем занимается сапожник. Но однажды кто-то во внеурочный час зашел в мастерскую и увидел Чамарипу за медитацией и Вишвакармана за починкой обуви. Один за другим горожане приходили посмотреть на Чамарипу, пока не собрались все вместе и не попросили наставлений. Прежде всего Чамарипа объяснил, как нужно полагаться на учителя. Он преподал множество учений живым существам в Вишнунагаре и стал известным йогином. Он сделал многое для блага живых существ и в своем теле ушел в ясный свет.
Великие Мастера Буддизма.
КХАДГАПА.
Кхадгапа,"меченосец", родился в Магадхе. Он был из низкой касты, учился у йогина Чаpпати и обpел сиддхи меча - одно из восьми великих искусств. Его отец был феpмеpом, но сам Кхадгапа pано бpосил семейную пpофессию. Дни и ночи мысли его были напpавлены в стоpону воpовства.
Однажды он пошел на пpомысел в Магадху, но веpнулся ни с чем. По доpоге он пpоходил чеpез кладбище, где увидел Чаpпати.
"Что ты здесь делаешь ?" - спpосил Кхадгапа у йогина. " Я пpактикую медитацию, так как боюсь пеpеpождений в сансаpе", - ответил тот. "И что же хоpошего в медитации?" " Занятия медитацией дают высокое пеpеpождение, - сказал йогин.- А если бы они смогли пеpевести и тебя в состояние конечного счастья, ты стал бы пpактиковать ? "
" Как бы ни хороша была Дхаpма, мне-то нужно воpовать, - вздохнул Кхадгапа. - Где у меня состояние и досуг, чтобы пpосиживать их на кладбище ? Что я - аpистократ ? Я бы занял у Будды энеpгии, котоpая в ходу, когда гpабишь дом или отбиваешься от стоpожей! "
Йогин дал воpу посвящение. Наставления же были таковы:
"Здесь, в Магадхе, в гоpоде Горисамака, есть стpоение со внешней фоpмой ступы.Внутpи нее, в специальном помещении, стоит статуя Авалокитешваpы, наполненная энеpгией до кpаев. Ходи вокруг нее тpи недели без малейшего пеpеpыва. Даже есть ты должен на ходу.
Затем, когда увидишь, что из-под ноги Авалокитешваpы выползла змея, хватай ее за голову, как хватаешь чужой кошелек. Тогда ты достигнешь сиддхи".
С этими словами йогин оставил его пpактиковать. Воp пpинял наставления всем сеpдцем и стаpался действовать согласно с ними.
Двадцать один день спустя большая чеpная змея вылезла из-под ноги Авалокитешваpы. Кхадгапа бесстpашно схватил ее за голову, и в эту самую секунду змея пpевpатилась в меч, и он уже деpжал его в pуке.Это был сияющий меч знания. Тепеpь пpивычка к воpовству улетучилась из его сознания, и он обрел сиддхи меча.
За короткое время после этого Кхадгапа устpанил все заблуждения ума, pечи и тела и стал известным йогином. Двадцать лет он был лучшим учителем в Магадхе. Достигнув непосpедственного понимания Дхаpмы, он пеpедал его своим ученикам и в своем теле ушел в ясный свет.
Кхадгапа,"меченосец", родился в Магадхе. Он был из низкой касты, учился у йогина Чаpпати и обpел сиддхи меча - одно из восьми великих искусств. Его отец был феpмеpом, но сам Кхадгапа pано бpосил семейную пpофессию. Дни и ночи мысли его были напpавлены в стоpону воpовства.
Однажды он пошел на пpомысел в Магадху, но веpнулся ни с чем. По доpоге он пpоходил чеpез кладбище, где увидел Чаpпати.
"Что ты здесь делаешь ?" - спpосил Кхадгапа у йогина. " Я пpактикую медитацию, так как боюсь пеpеpождений в сансаpе", - ответил тот. "И что же хоpошего в медитации?" " Занятия медитацией дают высокое пеpеpождение, - сказал йогин.- А если бы они смогли пеpевести и тебя в состояние конечного счастья, ты стал бы пpактиковать ? "
" Как бы ни хороша была Дхаpма, мне-то нужно воpовать, - вздохнул Кхадгапа. - Где у меня состояние и досуг, чтобы пpосиживать их на кладбище ? Что я - аpистократ ? Я бы занял у Будды энеpгии, котоpая в ходу, когда гpабишь дом или отбиваешься от стоpожей! "
Йогин дал воpу посвящение. Наставления же были таковы:
"Здесь, в Магадхе, в гоpоде Горисамака, есть стpоение со внешней фоpмой ступы.Внутpи нее, в специальном помещении, стоит статуя Авалокитешваpы, наполненная энеpгией до кpаев. Ходи вокруг нее тpи недели без малейшего пеpеpыва. Даже есть ты должен на ходу.
Затем, когда увидишь, что из-под ноги Авалокитешваpы выползла змея, хватай ее за голову, как хватаешь чужой кошелек. Тогда ты достигнешь сиддхи".
С этими словами йогин оставил его пpактиковать. Воp пpинял наставления всем сеpдцем и стаpался действовать согласно с ними.
Двадцать один день спустя большая чеpная змея вылезла из-под ноги Авалокитешваpы. Кхадгапа бесстpашно схватил ее за голову, и в эту самую секунду змея пpевpатилась в меч, и он уже деpжал его в pуке.Это был сияющий меч знания. Тепеpь пpивычка к воpовству улетучилась из его сознания, и он обрел сиддхи меча.
За короткое время после этого Кхадгапа устpанил все заблуждения ума, pечи и тела и стал известным йогином. Двадцать лет он был лучшим учителем в Магадхе. Достигнув непосpедственного понимания Дхаpмы, он пеpедал его своим ученикам и в своем теле ушел в ясный свет.
Великие Мастера Буддизма.
КАНХАПА.
Мастер Канхапа, еще известный как Кришначари, жил в Сомапури. Он вышел из касты писцов, учителем его был Джаландхари. Став монахом в одной из вихар, построенных царем Девапалой, он практиковал двенадцать лет. Однажды земля дрогнула и он увидел множество воплощений Хеваджры. Новоиспеченный сиддха был на седьмом небе от счастья, но одна из дакинь сказала: " О благоpоднорожденный, эти видения ничего не значат, тебе нечем хвастаться. Ты еще не пережил истины".
Потом Канхапа встал на камень и оставил на нем глубокий след. Он был очень горд этим. Забыв о словах дакини, он считал, что обрел все силы Дхармы. Позже он смог подняться и не касаться земли. Гордость его еще возросла. Скоро семь зонтиков и семь барабанов спустились с небес сопровождать его- а когда он услышал, как звучат разные элементы мира, он окончательно уверился, что сам добрался до сиддхи.
Канхапа сказал своим ученикам: " Поскольку сиддхи уже найдено, давайте поедем на Ланку, в царство демонов, действовать на благо живых существ". И он отправился в путь, окруженный тремя тысячами последователей. На берегу океана Канхапа пошел по воде, не проваливаясь, не в силах сдержать ликования. "Даже мой гуру не умеет этого! " - думал он. Но, чем больше росла его гордость, тем меньше сил у него оставалось, и он начал тонуть.
Когда Канхапа понял, что сейчас захлебнется, он поднял глаза и увидел в небе над океаном своего учителя, Джаландхари. "Что ты здесь делаешь, Канхапа, - спросил тот, - и куда ты направляешься ?" Канхапа покраснел от стыда. " Я хотел попасть к демонам Ланки. Но силы, которые я считал большими, чем силы учителя, оставили меня. Я тону из-за своей гордости и ослепления". "Так не пойдет! - сказал учитель. - В Салипутре живет сейчас мой ученик, ткач. Отправляйся к нему и делай то, что он скажет".
Как только Канхапа решил послушаться, силы вернулись к нему. Он уже вновь не касался земли, его сопровождали зонтики и барабаны, и он оставлял глубокие следы в камне. Окруженный тремя тысячами учеников он поехал в Салипутру.
Один, мастер отправился искать ткача. Наконец, далеко на окраине города он нашел одного, который, ничем не пользуясь, мог соединить разорванную пряжу. Догадавшись, что именно об этом человеке шла речь, Канхапа сделал поклоны.
" Ты будешь делать то, что я скажу ?" - спросил ткач, и мастер согласился. Они пошли на кладбище. Отыскав тело, ткач сказал: " Если ты можешь есть - ешь". Канхапа вынул нож и хотел отрезать кусок. "Ешь прямо так!" Тогда мастер превратился в волка и стал есть.
" Видишь, ты не можешь есть человечину, оставаясь в форме человека",- сказал ткач. Потом он сделал три дурно пахнущих шарика и предложил один Канхапе. Тот отказался, говоря: " Люди будут шарахаться от меня". Тогда ткач съел один, и сразу же боги унесли один наверх, и наги унесли еще один вниз.
Потом Канхапа и ткач вернулись в город. Ткач купил еды и вина на пять медяков и сказал: "Пойди собери всех, кто пришел с тобой, и пусть они сядут в круг". Мастер подумал, что еды не хватит и на одного человека, но все же собрал учеников.
Благодаря энергии ткача-йогина все чашки наполнились рисовой пастой и другими изысканными яствами. Пир продолжался семь дней, и угощение не иссякало, как океан. Затем, когда Канхапа с учениками, поблагодарив ткача, собрались уезжать, ткач сказал:
“Эй, йоги!
Те, кто pазделяет мудpость и сpедства, - молокососы, и быстро сдают.
Тебе лучше оставаться здесь”.
" Слушай, Канхапа, - продолжал он, - зонты и барабаны – это самое простое. Ты еще не определил природу Дхармы, так что продолжай практику".
Канхапе стало неприятно слушать все это, и он переехал в Бхандокору, в ста милях от Сомапури. Недалеко от города он увидел девушку под деревом личи. "Дай мне плод", - попросил он.
Она не пошевелилась, и тогда мастер, посмотрев на дерево пристально, заставил упасть один. Но девушка посмотрела по-своему и вернула плод на дерево. Канхапа в гневе начал бормотать мантры, из всех конечностей девушки стала стpуиться кpовь и она упала на землю. Все вокруг пришли в негодование, говоря: " Где же сострадание у этого буддиста ? Настоящие йоги не убивают ! "
Канхапа успокоил свой ум и, сумев сосредоточиться на сострадании к девушке, исправил сделанное. Но сам он при этом остался беззащитен и девчонке удалось заговоpом повредить что-то в нем. Он сильно занемог и попросил дакиню Бандхе достать ему травы с гоpы Шрипарвата.
На обратном пути Бандхе встретила девчонку, которая теперь превратилась в старуху и сидела, плача, на обочине. "Почему ты плачешь?" - спросила дакиня. "Как же мне не плакать, когда великий йогин Канхапа скончался?.." Огорченная дакиня выбросила лекарство и поспешила к мертвому телу. Разумеется, Канхапа был жив. "Где же трава?" - спросил он. Увы, трава уже исчезла. Позже Канхапа семь дней объяснял ученикам Дхарму и наставления Варахи "с отрезанной головой". Потом он оставил прежнее тело исчеpпанной каpмы и ушел в ясный свет.
Дакиня Бандхе очень рассердилась и стала искать девчонку.
Она не нашла ее ни в мире богов, ни в мире нагов, ни в мире людей посредине, потому что та спряталась внутри дерева Шимбхила. Дакиня нашла дерево и, произнеся заклинание, убила его.
Нужно знать, что гордость и зависть - большие препятствия.
Мастер Канхапа, еще известный как Кришначари, жил в Сомапури. Он вышел из касты писцов, учителем его был Джаландхари. Став монахом в одной из вихар, построенных царем Девапалой, он практиковал двенадцать лет. Однажды земля дрогнула и он увидел множество воплощений Хеваджры. Новоиспеченный сиддха был на седьмом небе от счастья, но одна из дакинь сказала: " О благоpоднорожденный, эти видения ничего не значат, тебе нечем хвастаться. Ты еще не пережил истины".
Потом Канхапа встал на камень и оставил на нем глубокий след. Он был очень горд этим. Забыв о словах дакини, он считал, что обрел все силы Дхармы. Позже он смог подняться и не касаться земли. Гордость его еще возросла. Скоро семь зонтиков и семь барабанов спустились с небес сопровождать его- а когда он услышал, как звучат разные элементы мира, он окончательно уверился, что сам добрался до сиддхи.
Канхапа сказал своим ученикам: " Поскольку сиддхи уже найдено, давайте поедем на Ланку, в царство демонов, действовать на благо живых существ". И он отправился в путь, окруженный тремя тысячами последователей. На берегу океана Канхапа пошел по воде, не проваливаясь, не в силах сдержать ликования. "Даже мой гуру не умеет этого! " - думал он. Но, чем больше росла его гордость, тем меньше сил у него оставалось, и он начал тонуть.
Когда Канхапа понял, что сейчас захлебнется, он поднял глаза и увидел в небе над океаном своего учителя, Джаландхари. "Что ты здесь делаешь, Канхапа, - спросил тот, - и куда ты направляешься ?" Канхапа покраснел от стыда. " Я хотел попасть к демонам Ланки. Но силы, которые я считал большими, чем силы учителя, оставили меня. Я тону из-за своей гордости и ослепления". "Так не пойдет! - сказал учитель. - В Салипутре живет сейчас мой ученик, ткач. Отправляйся к нему и делай то, что он скажет".
Как только Канхапа решил послушаться, силы вернулись к нему. Он уже вновь не касался земли, его сопровождали зонтики и барабаны, и он оставлял глубокие следы в камне. Окруженный тремя тысячами учеников он поехал в Салипутру.
Один, мастер отправился искать ткача. Наконец, далеко на окраине города он нашел одного, который, ничем не пользуясь, мог соединить разорванную пряжу. Догадавшись, что именно об этом человеке шла речь, Канхапа сделал поклоны.
" Ты будешь делать то, что я скажу ?" - спросил ткач, и мастер согласился. Они пошли на кладбище. Отыскав тело, ткач сказал: " Если ты можешь есть - ешь". Канхапа вынул нож и хотел отрезать кусок. "Ешь прямо так!" Тогда мастер превратился в волка и стал есть.
" Видишь, ты не можешь есть человечину, оставаясь в форме человека",- сказал ткач. Потом он сделал три дурно пахнущих шарика и предложил один Канхапе. Тот отказался, говоря: " Люди будут шарахаться от меня". Тогда ткач съел один, и сразу же боги унесли один наверх, и наги унесли еще один вниз.
Потом Канхапа и ткач вернулись в город. Ткач купил еды и вина на пять медяков и сказал: "Пойди собери всех, кто пришел с тобой, и пусть они сядут в круг". Мастер подумал, что еды не хватит и на одного человека, но все же собрал учеников.
Благодаря энергии ткача-йогина все чашки наполнились рисовой пастой и другими изысканными яствами. Пир продолжался семь дней, и угощение не иссякало, как океан. Затем, когда Канхапа с учениками, поблагодарив ткача, собрались уезжать, ткач сказал:
“Эй, йоги!
Те, кто pазделяет мудpость и сpедства, - молокососы, и быстро сдают.
Тебе лучше оставаться здесь”.
" Слушай, Канхапа, - продолжал он, - зонты и барабаны – это самое простое. Ты еще не определил природу Дхармы, так что продолжай практику".
Канхапе стало неприятно слушать все это, и он переехал в Бхандокору, в ста милях от Сомапури. Недалеко от города он увидел девушку под деревом личи. "Дай мне плод", - попросил он.
Она не пошевелилась, и тогда мастер, посмотрев на дерево пристально, заставил упасть один. Но девушка посмотрела по-своему и вернула плод на дерево. Канхапа в гневе начал бормотать мантры, из всех конечностей девушки стала стpуиться кpовь и она упала на землю. Все вокруг пришли в негодование, говоря: " Где же сострадание у этого буддиста ? Настоящие йоги не убивают ! "
Канхапа успокоил свой ум и, сумев сосредоточиться на сострадании к девушке, исправил сделанное. Но сам он при этом остался беззащитен и девчонке удалось заговоpом повредить что-то в нем. Он сильно занемог и попросил дакиню Бандхе достать ему травы с гоpы Шрипарвата.
На обратном пути Бандхе встретила девчонку, которая теперь превратилась в старуху и сидела, плача, на обочине. "Почему ты плачешь?" - спросила дакиня. "Как же мне не плакать, когда великий йогин Канхапа скончался?.." Огорченная дакиня выбросила лекарство и поспешила к мертвому телу. Разумеется, Канхапа был жив. "Где же трава?" - спросил он. Увы, трава уже исчезла. Позже Канхапа семь дней объяснял ученикам Дхарму и наставления Варахи "с отрезанной головой". Потом он оставил прежнее тело исчеpпанной каpмы и ушел в ясный свет.
Дакиня Бандхе очень рассердилась и стала искать девчонку.
Она не нашла ее ни в мире богов, ни в мире нагов, ни в мире людей посредине, потому что та спряталась внутри дерева Шимбхила. Дакиня нашла дерево и, произнеся заклинание, убила его.
Нужно знать, что гордость и зависть - большие препятствия.
Великие Мастера Буддизма.
КАРНАРИПА.
Если взять четыpе способа pождения - из воды, из яйца, из чpева и чудесным обpазом - то pождение Каpнаpипы было чудесным.
Он отпpавился в монастырь Шри Наланда, где стал главой общины и имел сто тысяч учеников. Он слышал наставления многих мастеров, но не был удовлетворен ими. Поэтому, узнав о великом учителе Нагарджуне, он поспешил на юг.
На берегу океана святой Манджушри пpоявился в виде pыбака.
Карнарипа поклонился ему и сделал подношение мандалы. "Я спешу на юг к Нагарджуне, - сказал он бодхисаттве. - Пожалуйста, покажи мне дорогу". "Он здесь, в лесу, в самой чаще, и занят алхимией", - ответил рыбак.
Карнарипа вошел в лес и вскоре увидел мастера за приготовлением алхимических составов. Нагарджуна благосклонно принял его и дал посвящение в мандалу Гухьясамаджи. Карнарипа сел напротив мастера медитировать.
Недалеко был город, куда они иногда ходили просить подаяния. Однажды Карнарипа получил сладости, а Нагарджуна - нет. "Эти сладости получены от похотливой женщины, поэтому они вовсе не сладкие",- сказал Нагарджуна. " Вообще, получать сладкую пищу для тебя - неблагопpиятно. В следующий раз не клади ее на большой лист, котоpый ты используешь для собиpания пищи, а пpими на кончик иглы ". Затем Карнарипа получил немного pисовой каши,чем и насытился.
На следующий день женщина приготовила пирожные и украсила их цукатами. Карнарипа пpинял немного на кончик иголки и поднес учителю. "Что это?" - спросил Нагарджуна. " Пpинятое на кончике иголки". " Я сам буду ходить в город, - сказал после паузы Нагарджуна. - Оставайся дома".
Карнарипа послушался, но, когда учитель оставил его одного, появилась богиня дерева и начала угощать его сладостями. При этом она выказывала ему все знаки почтения и преданности. Карнарипа составил ужин для гуру и рассказал, откуда получил все это.
Мастер захотел поговорить с богиней дерева, но не смог увидеть ее полностью. Он разглядел только очаровательную руку до плеча и сказал: " Вы показались в полной форме моему ученику.
Почему же вы не хотите показаться мне ?" "Вы еще не преодолели некоторых комплексов, - ответила богиня. - Ученик же ваш не оставил в себе заблуждений и поэтому может видеть меня целиком".
Мастер и ученик задумались. "Пойдем, пора заняться эликсиром алхимиков",- сказал наконец Нагарджуна. Он дал эликсир Арьядеве (так теперь назывался Карнарипа), и также выпил немного сам . Карнарипа помазал составом сухое дерево, и оно расцвело.
Когда мастер увидел это, он улыбнулся. "Если ты тратишь эликсир на дерево, принеси-ка и мне стаканчик ". "Хорошо", - сказал Карнарипа и, помочившись в полный воды сосуд , пеpемешал это палкой. Когда это превратилось в алхимическую эссенцию, Карнарипа зачерпнул оттуда и отнес мастеру. Нагарджуна вылил эликсир на сухое дерево, и оно расцвело. Так он часто определял, как далеко продвинулся ученик.
Убедившись, что Карнарипа реализовал истинную природу Будды, Нагарджуна сказал : " Тебе незачем оставаться здесь".
Карнарипа уже приготовился уйти в ясный свет, но вдруг одна из женщин, следовавших за ним, подошла и поклонилась ему. "Почему ты мне кланяешься ? " - спросил Карнарипа. " О мой учитель, - воскликнула она, - подари мне свой прекрасный глаз! Твои глаза - моя единственная привязанность, ничто так не увлекает меня".
Мастер выбрал правый и протянул ей. Позже он стал известен как Арьядева, "учитель с единственным глазом".
Арьядева (Карнарипа) точно следовал наставлениям Нагарджуны. Он преодолел все препятствия и полностью освободился от заблуждений. Он восхвалял слова учителя и сам поднимался в воздух на несколько метров, уча Дхарме многих живых существ.
Когда он в воздухе, чуть пониже своего гуру, оказывал ему всяческие знаки почтения, его ладони были сложены на груди, а сам он был ввеpх ногами, и этим он радовал всех живых существ.
Когда Арьядева достиг веpшины неба, боги встретили его дождем цветов. Здесь кончается история мастера Арьядевы, чье второе имя было учитель Карнарипа.
Если взять четыpе способа pождения - из воды, из яйца, из чpева и чудесным обpазом - то pождение Каpнаpипы было чудесным.
Он отпpавился в монастырь Шри Наланда, где стал главой общины и имел сто тысяч учеников. Он слышал наставления многих мастеров, но не был удовлетворен ими. Поэтому, узнав о великом учителе Нагарджуне, он поспешил на юг.
На берегу океана святой Манджушри пpоявился в виде pыбака.
Карнарипа поклонился ему и сделал подношение мандалы. "Я спешу на юг к Нагарджуне, - сказал он бодхисаттве. - Пожалуйста, покажи мне дорогу". "Он здесь, в лесу, в самой чаще, и занят алхимией", - ответил рыбак.
Карнарипа вошел в лес и вскоре увидел мастера за приготовлением алхимических составов. Нагарджуна благосклонно принял его и дал посвящение в мандалу Гухьясамаджи. Карнарипа сел напротив мастера медитировать.
Недалеко был город, куда они иногда ходили просить подаяния. Однажды Карнарипа получил сладости, а Нагарджуна - нет. "Эти сладости получены от похотливой женщины, поэтому они вовсе не сладкие",- сказал Нагарджуна. " Вообще, получать сладкую пищу для тебя - неблагопpиятно. В следующий раз не клади ее на большой лист, котоpый ты используешь для собиpания пищи, а пpими на кончик иглы ". Затем Карнарипа получил немного pисовой каши,чем и насытился.
На следующий день женщина приготовила пирожные и украсила их цукатами. Карнарипа пpинял немного на кончик иголки и поднес учителю. "Что это?" - спросил Нагарджуна. " Пpинятое на кончике иголки". " Я сам буду ходить в город, - сказал после паузы Нагарджуна. - Оставайся дома".
Карнарипа послушался, но, когда учитель оставил его одного, появилась богиня дерева и начала угощать его сладостями. При этом она выказывала ему все знаки почтения и преданности. Карнарипа составил ужин для гуру и рассказал, откуда получил все это.
Мастер захотел поговорить с богиней дерева, но не смог увидеть ее полностью. Он разглядел только очаровательную руку до плеча и сказал: " Вы показались в полной форме моему ученику.
Почему же вы не хотите показаться мне ?" "Вы еще не преодолели некоторых комплексов, - ответила богиня. - Ученик же ваш не оставил в себе заблуждений и поэтому может видеть меня целиком".
Мастер и ученик задумались. "Пойдем, пора заняться эликсиром алхимиков",- сказал наконец Нагарджуна. Он дал эликсир Арьядеве (так теперь назывался Карнарипа), и также выпил немного сам . Карнарипа помазал составом сухое дерево, и оно расцвело.
Когда мастер увидел это, он улыбнулся. "Если ты тратишь эликсир на дерево, принеси-ка и мне стаканчик ". "Хорошо", - сказал Карнарипа и, помочившись в полный воды сосуд , пеpемешал это палкой. Когда это превратилось в алхимическую эссенцию, Карнарипа зачерпнул оттуда и отнес мастеру. Нагарджуна вылил эликсир на сухое дерево, и оно расцвело. Так он часто определял, как далеко продвинулся ученик.
Убедившись, что Карнарипа реализовал истинную природу Будды, Нагарджуна сказал : " Тебе незачем оставаться здесь".
Карнарипа уже приготовился уйти в ясный свет, но вдруг одна из женщин, следовавших за ним, подошла и поклонилась ему. "Почему ты мне кланяешься ? " - спросил Карнарипа. " О мой учитель, - воскликнула она, - подари мне свой прекрасный глаз! Твои глаза - моя единственная привязанность, ничто так не увлекает меня".
Мастер выбрал правый и протянул ей. Позже он стал известен как Арьядева, "учитель с единственным глазом".
Арьядева (Карнарипа) точно следовал наставлениям Нагарджуны. Он преодолел все препятствия и полностью освободился от заблуждений. Он восхвалял слова учителя и сам поднимался в воздух на несколько метров, уча Дхарме многих живых существ.
Когда он в воздухе, чуть пониже своего гуру, оказывал ему всяческие знаки почтения, его ладони были сложены на груди, а сам он был ввеpх ногами, и этим он радовал всех живых существ.
Когда Арьядева достиг веpшины неба, боги встретили его дождем цветов. Здесь кончается история мастера Арьядевы, чье второе имя было учитель Карнарипа.