Путь чернокнижника
Путь чернокнижника
Благодарю Вас Уважаемый Лучезар , интересно !
- KseniaLiliac
- Сообщений: 5631
- Зарегистрирован: 09 окт 2022, 16:51
- Пол: Ж
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар, благодарю Вас за повествование.
- Александр В
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 13742
- Зарегистрирован: 16 июн 2013, 01:50
Путь чернокнижника
Здравствуйте, Уважаемый Лучезар. Благодарю Вас за Продолжение Шикарного Романа, читаю и немогу оторваться!
С Уважением и Благодарностью к Вам!
С Уважением и Благодарностью к Вам!
- VioletaCiobanu
- Сообщений: 319
- Зарегистрирован: 23 сен 2022, 22:21
- Пол: Ж
Путь чернокнижника
Благодарю Вас, уважаемый Лучезар!
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар,благодарю Вас за продолжение.С уважением.
Путь чернокнижника
Благодарю Вас уважаемый Лучезар, жду с нетерпением продолжения.
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Возвращение
Мастер Азриэль встретил меня на крыльце. Я с нетерпением подошёл и обнял его. Это был искренний порыв. Я понял, как я соскучился по Учителю. Всё здесь было родное: место, жилище, пространство вокруг. Однажды стало моим и будет таковым всегда, как далеко бы я не уехал. Казалось, даже духи леса и этих гор приветствовали моё возвращение. Неподалёку с криками вспорхнула стая птиц. Эхо пробежало по вершинам, а верхушки деревьев со свистом закачались от налетевшего внезапно ветра.
— Доброго вам здравия, Учитель, — сказал я, отпустив Мастера из объятий и преклонив пред ним одно колено.
— С возвращением, ученик, — мягко сказал Учитель. — Вот и пришло время вернуться. Благодаря испытанию, которое тебе надо пройти и завершить его полностью.
— Да, Мастер Азриэль! Там одна ведьма Мелани́…
— Стоп-стоп, Андар! Пройди в дом, умойся, приготовь чаю и поесть. Успеем поговорить!
За обедом и после него я по возможности вкратце, но с ключевыми подробностями, рассказал Учителю о своей жизни в Дербенте. О своих приключениях в борделе, о соблазнении дам, о помощи Арсению Саввичу, об отношениях с Мелани́ и о последующей схватке с ней. Мастер Азриэль внимательно слушал. И даже бордель с соблазнением девушек одобрил:
— Очень неплохо, Андар, Свадхистана требует своего развития, насыщения, иногда даже и пресыщения. Чтобы её можно было взять под контроль воли. В ином варианте неподконтрольная сила Свадхистаны однажды рванёт у адепта на подступах к Бездне… И всё: полетит адепт вниз со своей вершины во все тяжкие. И уже не будет возможности вернуться на Путь в этом воплощении.
Я высказал робкую надежду, что раз я теперь снова дома, может быть, произойдёт чудо, и прекрасная Мелани́ постепенно забудет обо мне.
— Нет, ученик, не надейся. Не забудет. Желание мести у неё будет расти всё сильнее и сильнее. Она станет одержимой в жажде убить тебя. И будет постоянно пытаться это сделать, неустанно, принося многие жертвы, вкладывая всю злость, силы и ненависть. А возможные неудачи только подтолкнут её к дальнейшему развитию. Она будет искать пути обучения, сильных мастеров, магические ордены и ковены. Чтобы стать ещё сильнее, изучить бесконечно могущественные ритуалы и как итог убить тебя. И поверь, она не остановится, пока этого не произойдёт.
— Что же тогда делать, Учитель?!
— Всё просто: чтобы она не убила тебя, ты должен убить её!
— Я? Но как?! Если я даже не смог от неё защититься и пришлось взывать к вашей помощи.
— Пока ты здесь, на этой земле, в этом доме, тебе не грозит серьёзной опасности. Дополнительно я дам тебе ритуал защиты «Девяти дэвов Арезуры», с активацией как минимум на полгода, тут у неё однозначно не хватит силы пробить тебя. А ещё она будет ловить не смертельную, но ощутимую обратку от своих действий. И никакой талисман не защитит её полностью. А как убить — расскажу чуть позже, — Мастер загадочно улыбнулся. — Есть интересный способ. Тебе понравится.
Учитель говорил правду: в его доме, во дворе, да и вообще на этой земле я был в относительной безопасности. И дело не только в защитах пространства, что ставил Мастер Азриэль. Просто Мастер жил в этих местах уже много лет. И много лет ежедневно и неустанно он проводил различные потоки энергий, как высокого, так и низкого характера, а то и вовсе призывал столь иномирные силы, что сложно оценить их по человеческой шкале как высокие или низкие. И вся эта магическая работа меняла пространство вокруг, превращая дом и окружающую его землю в священный храм. Где существует своя отдельная характеристика, будто иное измерение. С учётом высочайшего уровня Личной и Магической Силы Мастера, его поддержки от Ордена мало кто из живущих сможет пробить такой естественно появившийся щит.
А для предотвращения форс-мажорных неприятных ситуаций я поставил защиту, что дал мне Учитель. Строго говоря, этот ритуал не однозначно защитный. Он универсальный в виде обращения к дэвам Арезуры. Обращаться можно с просьбой наказания, умерщвления, насыла жестоких страшных порч, перекида своих болезней. Но можно призвать эти тёмные Силы и с просьбой о защите. Меняется всего одна строчка в самом тексте обращения. В мифологии зороастризма они считаются демонами, но по-настоящему они просто древние боги, которых не совсем верно отнесли к демонам. Такое сплошь и рядом в культах и традициях: многое перепутано, так что порой и не разберёшь, кто там истинный демон, а кто оболганный древний тёмный бог.
Для постановки защит лучшим днём считается воскресенье, день Солнца. Если защита активная, то подойдёт и вторник, день Марса. В случае обращения к тёмным силам лучшие дни — это вторник и суббота. Если же брать лунные сутки, то самые подходящие для обращения к демонам и дэвам Арезуры — это девятый, пятнадцатый, двадцать третий и двадцать девятый дни. Через четыре дня наступал как раз двадцать девятый лунный день. До того времени я сходил в ближайшее село за подношением-жертвой: купил там чёрного ягнёнка.
После полуночи в назначенный день я отошёл от дома подальше, на опушку леса и оградил себя кругом, что начертил на земле с помощью своего атама. Ягнёнок был со мной и периодически жалобно блеял, чувствуя скорый конец. Я настроился. Было немного не по себе, чувствовался лёгкий мандраж. Как-никак впервые буду вызывать таких мощных существ из тех, что относят к адским. Из соображений техники безопасности я приведу здесь лишь начало заклинания призыва «Девяти дэвов Арезуры». Конечно, ничтожен шанс, что некто, прочитавший мой труд, будет иметь достаточное посвящение, чтобы призвать эти силы, но недостаточное, чтобы они выполнили его просьбу. Но всё же такой шанс есть. И тогда призванные Силы могут забрать себе две жертвы: ягнёнка и незадачливого мага.
Я встал лицом на юг, по соответствию стихии Огня, которым, как считается, наполнен ад. И шесть раз твёрдым голосом прочёл, взывая в самые глубины Арезуры:
«Я вовлекаю свой голос в ветра и в гору Демаванд, к обители Ази Дахаки, чей разум приносит Акомана, чья суть есть от Бури и Змея, кто есть инициатор магии на земле. Чей отец есть Ахриман, перерождённый двойным Поцелуем, что принёс мудрость.
Я взываю к Преддверию Врат Ада, Арезуре, Обители Дэвов и инфернальных друдж, к месту на Юге. Кто услышит и укрепит мои чары, кто пробудит плоть и разум тех, что я желаю.
Аз! Нияз! Ришк! Индра! Аэшма! Сару! Акаташа! Тарва и Заири!
Придите и появитесь, окружите меня несокрушимой бронёй ярости, гнева и Зла!
Зло наведённое пусть будет пищей вам и силу даст! Зловредство чар взрастит мощь Арезуры и пойдёт на вашу пользу. Пославший порчу на меня срастётся с вами и откроется для вас…»
Мой голос мой ещё эхом звенел в воздухе, когда я атамом, зажатым в левой руке, быстро перерезал горло ягнёнку. В это время я шептал: «Во имя Ахримана! Во имя Арезуры! Во имя Друдж и Аз!» Кровь щедрым потоком лилась из разрезанного горла. Ягнёнок ещё трепыхался в агонии. В нос бросился насыщенный запах железа. Спустя миг пространство за пределами круга начало сгущаться, плотнеть. Я положил ещё горячее тело жертвы за пределы защитного круга. Стало темнее, даже звёзды исчезли с неба. Девять теней замелькали вокруг, и тогда я тонким ухом уловил негромкое нечеловеческое рычание. Мощный запах серы и дикого хищного зверя пахнули мне в лицо. Тени замелькали быстрее, то группируясь возле тела ягнёнка, то разбегаясь вновь по сторонам. Могу поклясться, что тушка двигалась в разные стороны, как будто её пытались дёргать или утащить. Спустя минуту всё стихло, едкий запах пропал. Воздух вокруг снова приобрёл свежесть, а в небе высоко над головой появились звёзды…
Для надёжности я выждал ещё несколько минут, после чего атамом разрезал круг по четырём сторонам света и вернулся домой.
Дэвы приняли жертву и ответят на моё прошение. Примерно на полгода я буду под их защитой. На следующий день я вернулся на место ритуала и закопал обглоданный труп ягнёнка.
— Доброго вам здравия, Учитель, — сказал я, отпустив Мастера из объятий и преклонив пред ним одно колено.
— С возвращением, ученик, — мягко сказал Учитель. — Вот и пришло время вернуться. Благодаря испытанию, которое тебе надо пройти и завершить его полностью.
— Да, Мастер Азриэль! Там одна ведьма Мелани́…
— Стоп-стоп, Андар! Пройди в дом, умойся, приготовь чаю и поесть. Успеем поговорить!
За обедом и после него я по возможности вкратце, но с ключевыми подробностями, рассказал Учителю о своей жизни в Дербенте. О своих приключениях в борделе, о соблазнении дам, о помощи Арсению Саввичу, об отношениях с Мелани́ и о последующей схватке с ней. Мастер Азриэль внимательно слушал. И даже бордель с соблазнением девушек одобрил:
— Очень неплохо, Андар, Свадхистана требует своего развития, насыщения, иногда даже и пресыщения. Чтобы её можно было взять под контроль воли. В ином варианте неподконтрольная сила Свадхистаны однажды рванёт у адепта на подступах к Бездне… И всё: полетит адепт вниз со своей вершины во все тяжкие. И уже не будет возможности вернуться на Путь в этом воплощении.
Я высказал робкую надежду, что раз я теперь снова дома, может быть, произойдёт чудо, и прекрасная Мелани́ постепенно забудет обо мне.
— Нет, ученик, не надейся. Не забудет. Желание мести у неё будет расти всё сильнее и сильнее. Она станет одержимой в жажде убить тебя. И будет постоянно пытаться это сделать, неустанно, принося многие жертвы, вкладывая всю злость, силы и ненависть. А возможные неудачи только подтолкнут её к дальнейшему развитию. Она будет искать пути обучения, сильных мастеров, магические ордены и ковены. Чтобы стать ещё сильнее, изучить бесконечно могущественные ритуалы и как итог убить тебя. И поверь, она не остановится, пока этого не произойдёт.
— Что же тогда делать, Учитель?!
— Всё просто: чтобы она не убила тебя, ты должен убить её!
— Я? Но как?! Если я даже не смог от неё защититься и пришлось взывать к вашей помощи.
— Пока ты здесь, на этой земле, в этом доме, тебе не грозит серьёзной опасности. Дополнительно я дам тебе ритуал защиты «Девяти дэвов Арезуры», с активацией как минимум на полгода, тут у неё однозначно не хватит силы пробить тебя. А ещё она будет ловить не смертельную, но ощутимую обратку от своих действий. И никакой талисман не защитит её полностью. А как убить — расскажу чуть позже, — Мастер загадочно улыбнулся. — Есть интересный способ. Тебе понравится.
Учитель говорил правду: в его доме, во дворе, да и вообще на этой земле я был в относительной безопасности. И дело не только в защитах пространства, что ставил Мастер Азриэль. Просто Мастер жил в этих местах уже много лет. И много лет ежедневно и неустанно он проводил различные потоки энергий, как высокого, так и низкого характера, а то и вовсе призывал столь иномирные силы, что сложно оценить их по человеческой шкале как высокие или низкие. И вся эта магическая работа меняла пространство вокруг, превращая дом и окружающую его землю в священный храм. Где существует своя отдельная характеристика, будто иное измерение. С учётом высочайшего уровня Личной и Магической Силы Мастера, его поддержки от Ордена мало кто из живущих сможет пробить такой естественно появившийся щит.
А для предотвращения форс-мажорных неприятных ситуаций я поставил защиту, что дал мне Учитель. Строго говоря, этот ритуал не однозначно защитный. Он универсальный в виде обращения к дэвам Арезуры. Обращаться можно с просьбой наказания, умерщвления, насыла жестоких страшных порч, перекида своих болезней. Но можно призвать эти тёмные Силы и с просьбой о защите. Меняется всего одна строчка в самом тексте обращения. В мифологии зороастризма они считаются демонами, но по-настоящему они просто древние боги, которых не совсем верно отнесли к демонам. Такое сплошь и рядом в культах и традициях: многое перепутано, так что порой и не разберёшь, кто там истинный демон, а кто оболганный древний тёмный бог.
Для постановки защит лучшим днём считается воскресенье, день Солнца. Если защита активная, то подойдёт и вторник, день Марса. В случае обращения к тёмным силам лучшие дни — это вторник и суббота. Если же брать лунные сутки, то самые подходящие для обращения к демонам и дэвам Арезуры — это девятый, пятнадцатый, двадцать третий и двадцать девятый дни. Через четыре дня наступал как раз двадцать девятый лунный день. До того времени я сходил в ближайшее село за подношением-жертвой: купил там чёрного ягнёнка.
После полуночи в назначенный день я отошёл от дома подальше, на опушку леса и оградил себя кругом, что начертил на земле с помощью своего атама. Ягнёнок был со мной и периодически жалобно блеял, чувствуя скорый конец. Я настроился. Было немного не по себе, чувствовался лёгкий мандраж. Как-никак впервые буду вызывать таких мощных существ из тех, что относят к адским. Из соображений техники безопасности я приведу здесь лишь начало заклинания призыва «Девяти дэвов Арезуры». Конечно, ничтожен шанс, что некто, прочитавший мой труд, будет иметь достаточное посвящение, чтобы призвать эти силы, но недостаточное, чтобы они выполнили его просьбу. Но всё же такой шанс есть. И тогда призванные Силы могут забрать себе две жертвы: ягнёнка и незадачливого мага.
Я встал лицом на юг, по соответствию стихии Огня, которым, как считается, наполнен ад. И шесть раз твёрдым голосом прочёл, взывая в самые глубины Арезуры:
«Я вовлекаю свой голос в ветра и в гору Демаванд, к обители Ази Дахаки, чей разум приносит Акомана, чья суть есть от Бури и Змея, кто есть инициатор магии на земле. Чей отец есть Ахриман, перерождённый двойным Поцелуем, что принёс мудрость.
Я взываю к Преддверию Врат Ада, Арезуре, Обители Дэвов и инфернальных друдж, к месту на Юге. Кто услышит и укрепит мои чары, кто пробудит плоть и разум тех, что я желаю.
Аз! Нияз! Ришк! Индра! Аэшма! Сару! Акаташа! Тарва и Заири!
Придите и появитесь, окружите меня несокрушимой бронёй ярости, гнева и Зла!
Зло наведённое пусть будет пищей вам и силу даст! Зловредство чар взрастит мощь Арезуры и пойдёт на вашу пользу. Пославший порчу на меня срастётся с вами и откроется для вас…»
Мой голос мой ещё эхом звенел в воздухе, когда я атамом, зажатым в левой руке, быстро перерезал горло ягнёнку. В это время я шептал: «Во имя Ахримана! Во имя Арезуры! Во имя Друдж и Аз!» Кровь щедрым потоком лилась из разрезанного горла. Ягнёнок ещё трепыхался в агонии. В нос бросился насыщенный запах железа. Спустя миг пространство за пределами круга начало сгущаться, плотнеть. Я положил ещё горячее тело жертвы за пределы защитного круга. Стало темнее, даже звёзды исчезли с неба. Девять теней замелькали вокруг, и тогда я тонким ухом уловил негромкое нечеловеческое рычание. Мощный запах серы и дикого хищного зверя пахнули мне в лицо. Тени замелькали быстрее, то группируясь возле тела ягнёнка, то разбегаясь вновь по сторонам. Могу поклясться, что тушка двигалась в разные стороны, как будто её пытались дёргать или утащить. Спустя минуту всё стихло, едкий запах пропал. Воздух вокруг снова приобрёл свежесть, а в небе высоко над головой появились звёзды…
Для надёжности я выждал ещё несколько минут, после чего атамом разрезал круг по четырём сторонам света и вернулся домой.
Дэвы приняли жертву и ответят на моё прошение. Примерно на полгода я буду под их защитой. На следующий день я вернулся на место ритуала и закопал обглоданный труп ягнёнка.
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Магическое оружие
Моя жизнь воротилась в старые добрые времена, как будто я и не уезжал никуда из дома Учителя. Я вернулся к ежедневным практикам, некоторые из которых забросил при жизни в городе и снова занимался хозяйством, убирался, кормил кур, колол дрова. Как же хорошо! Я был дома, и в душе моей вновь царили полный покой и гармония. Почти. Ведь ещё предстояло разобраться со своим свирепым врагом.
Как и раньше, после ужина мы сидели у Мастера Азриэля в кабинете: он в своём кресле, а я на коврике на полу. Тлеющие благовония насыщали воздух своим ароматом, настраивая чакры на более высокую тональность.
— Ты должен отправить посланника для убийства твоей Мелани́, — возобновил тему Учитель. — В твоём случае это будет наиболее выгодный и эффективный вариант. Ты не атаковал её, а только защищался. И далее будешь блюсти эту тактику. Потому удар, который придёт как бы даже не от тебя, станет для ведьмы более неожиданным.
— Кого же мне послать, Учитель? Дэва, лешего, духа? Или обратиться к Фалегу[1]?
— Это всё хорошо, но недостаточно. Так ты только откроешь себя, и в результате атака окажется несмертельной. Надо нанести один, но точный и смертоносный удар, а для этого ты вырастишь ядовитую тварь Гу! — ярко-синие глаза Учителя радостно блестели.
— Кого-кого? Тварь Гу — кто это?
— В китайской чёрной магии есть методика выращивания некоего существа. Злобного и ядовитого. Когда оно созреет и будет готово, можно к нему обращаться с разными просьбами. Эту тварь хранят дома, поклоняются, как великому духу. На самом деле так и есть: в животное вселяется некий тёмный злой дух, который и наделяет его огромной волшебной силой, при этом тушка твари используется просто как сосуд. Ты воспользуешься этой силой Гу! Однократно и для конкретной задачи.
— Что мне надо делать, Учитель?
— Пойдёшь в село, купишь большой глиняный кувшин с крышкой. Сделаешь в нём мельчайшие дырочки для доступа воздуха. В день Марса соберешь по округе ядовитых существ: скорпионов, змей, разных пауков и наполнишь ими кувшин. Запечатаешь крышку. Пока ядовитые животные будут друг друга убивать и съедать, тварь Гу будет вызревать. Примерно через полгода в кувшине останется только одно животное, самое сильное, самое живучее, самое ядовитое, самое злобное. Лишь одно выживет в смертельной схватке, убив всех остальных, впитав в себя их силу и яд. И тогда в эту оставшуюся тварь вселится злой дух, который и даст дополнительную ядовитую силу Гу.
— И потом это животное само доберётся до города и убьёт Мелани́? — удивился я.
— Если дашь такое задание и отпустишь — да, оно и отсюда доберётся. Но это сложнее, и возрастает риск неудачи. Тебе нужно отвести тварь и подкинуть в дом или двор врага. Там уже сила Гу выполнит свою задачу сама. Однозначно и наверняка. Ты же знаешь, где дом ведьмы?
— Да, конечно, я не раз бывал у Мелани́.
— Вот и славно, Андар. Жертва, укушенная тварью Гу, будет мучиться недолго, минут десять, но эти десять минут станут для неё вечностью. Боги, духи и демоны тебе в помощь.
Я сходил в село и приобрёл большой, довольно широкий кувшин, высотой мне по пояс. Для подачи и циркуляции воздуха я не торопясь, чтобы случайно не расколоть кувшин, и аккуратно с помощью ножичка проделал несколько малюсеньких дырочек. Когда всё было готово, я отложил сосуд в сторону до наступления дня Марса, а дождавшись вторника, надел толстые кожаные рукавицы и с раннего утра пошёл собирать урожай ядовитых тварей. Немало времени и сил пришлось потратить, исколесив округу и лес, возвратиться на обед, а затем снова отправиться на поиски. Хоть всяких ядовитых тварей здесь водится предостаточно, но их ещё нужно найти. Они не валяются на каждом шагу в ожидании человека, да еще и в нужном мне количестве.
Только к вечеру я вернулся домой, изрядно устав от беготни и тяжести кувшина, который мне приходилось перетаскивать с места на место, меняя локацию поиска. Кажется, что я полностью очистил округу от гадов, собрав их всех вместе для тайного рождения силы Гу. Так в моём кувшине оказалась приличная добыча: две гюрзы, гадюка, несколько чёрных и с десяток пёстрых скорпионов, горстями пауки агриопа и каракурты, три паука чёрный эрезус, и даже две сольпуги.
Плотно закрыв кувшин, я залил крышку воском и убрал смертоносный сосуд в чулан. Сквозь проделанные дыры было хорошо слышно шуршание и ползание внутри тварей, которые уже вступили в смертельную битву за выживание, а в конце останется только один. Как это символично, прямо как у меня с Мелани́.
Как и раньше, после ужина мы сидели у Мастера Азриэля в кабинете: он в своём кресле, а я на коврике на полу. Тлеющие благовония насыщали воздух своим ароматом, настраивая чакры на более высокую тональность.
— Ты должен отправить посланника для убийства твоей Мелани́, — возобновил тему Учитель. — В твоём случае это будет наиболее выгодный и эффективный вариант. Ты не атаковал её, а только защищался. И далее будешь блюсти эту тактику. Потому удар, который придёт как бы даже не от тебя, станет для ведьмы более неожиданным.
— Кого же мне послать, Учитель? Дэва, лешего, духа? Или обратиться к Фалегу[1]?
— Это всё хорошо, но недостаточно. Так ты только откроешь себя, и в результате атака окажется несмертельной. Надо нанести один, но точный и смертоносный удар, а для этого ты вырастишь ядовитую тварь Гу! — ярко-синие глаза Учителя радостно блестели.
— Кого-кого? Тварь Гу — кто это?
— В китайской чёрной магии есть методика выращивания некоего существа. Злобного и ядовитого. Когда оно созреет и будет готово, можно к нему обращаться с разными просьбами. Эту тварь хранят дома, поклоняются, как великому духу. На самом деле так и есть: в животное вселяется некий тёмный злой дух, который и наделяет его огромной волшебной силой, при этом тушка твари используется просто как сосуд. Ты воспользуешься этой силой Гу! Однократно и для конкретной задачи.
— Что мне надо делать, Учитель?
— Пойдёшь в село, купишь большой глиняный кувшин с крышкой. Сделаешь в нём мельчайшие дырочки для доступа воздуха. В день Марса соберешь по округе ядовитых существ: скорпионов, змей, разных пауков и наполнишь ими кувшин. Запечатаешь крышку. Пока ядовитые животные будут друг друга убивать и съедать, тварь Гу будет вызревать. Примерно через полгода в кувшине останется только одно животное, самое сильное, самое живучее, самое ядовитое, самое злобное. Лишь одно выживет в смертельной схватке, убив всех остальных, впитав в себя их силу и яд. И тогда в эту оставшуюся тварь вселится злой дух, который и даст дополнительную ядовитую силу Гу.
— И потом это животное само доберётся до города и убьёт Мелани́? — удивился я.
— Если дашь такое задание и отпустишь — да, оно и отсюда доберётся. Но это сложнее, и возрастает риск неудачи. Тебе нужно отвести тварь и подкинуть в дом или двор врага. Там уже сила Гу выполнит свою задачу сама. Однозначно и наверняка. Ты же знаешь, где дом ведьмы?
— Да, конечно, я не раз бывал у Мелани́.
— Вот и славно, Андар. Жертва, укушенная тварью Гу, будет мучиться недолго, минут десять, но эти десять минут станут для неё вечностью. Боги, духи и демоны тебе в помощь.
Я сходил в село и приобрёл большой, довольно широкий кувшин, высотой мне по пояс. Для подачи и циркуляции воздуха я не торопясь, чтобы случайно не расколоть кувшин, и аккуратно с помощью ножичка проделал несколько малюсеньких дырочек. Когда всё было готово, я отложил сосуд в сторону до наступления дня Марса, а дождавшись вторника, надел толстые кожаные рукавицы и с раннего утра пошёл собирать урожай ядовитых тварей. Немало времени и сил пришлось потратить, исколесив округу и лес, возвратиться на обед, а затем снова отправиться на поиски. Хоть всяких ядовитых тварей здесь водится предостаточно, но их ещё нужно найти. Они не валяются на каждом шагу в ожидании человека, да еще и в нужном мне количестве.
Только к вечеру я вернулся домой, изрядно устав от беготни и тяжести кувшина, который мне приходилось перетаскивать с места на место, меняя локацию поиска. Кажется, что я полностью очистил округу от гадов, собрав их всех вместе для тайного рождения силы Гу. Так в моём кувшине оказалась приличная добыча: две гюрзы, гадюка, несколько чёрных и с десяток пёстрых скорпионов, горстями пауки агриопа и каракурты, три паука чёрный эрезус, и даже две сольпуги.
Плотно закрыв кувшин, я залил крышку воском и убрал смертоносный сосуд в чулан. Сквозь проделанные дыры было хорошо слышно шуршание и ползание внутри тварей, которые уже вступили в смертельную битву за выживание, а в конце останется только один. Как это символично, прямо как у меня с Мелани́.
[1] Фалег — один из семи правящих олимпийских духов, правитель 35-х видимых областей. Согласно гримуару Арбатель, соответствует планете Марс. Помогает в военных делах.
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Смерть открывает тайны прошлого
Жизнь текла своим чередом. Полгода я терпеливо ждал я, пока тварь Гу созреет, злой дух войдёт в неё, и можно будет поставить задачу для выполнения. Раз в неделю я проверял кувшин, подходил, вслушивался, встряхивал, чтобы взбодрить аспидов и других токсичных существ. Шуршат, голубчики. Ещё не все друг друга сожрали. Когда останется один, еды ему будет вдоволь.
Всё это время Мелани́ упорно, твёрдо и планомерно пыталась меня атаковать. Надо отдать должное её трудоголизму. Она получала обратку благодаря моей защите от обитателей Арезуры, но кажется, что это только больше злило её и раззадоривало активность.
Нет абсолютных защит. Всегда есть другой метод или Сила, способная обойти или пробить ограждение. И прекрасная обозлённая чародейка росла и развивалась в магическом смысле семимильными шагами, пытаясь достать меня. И била, била, била, кидая порчу за порчей, проклятие за проклятием, бросая на борьбу со мной всю свою ненависть и силы. Изучала новые смертоносные методы и тут же их пробовала использовать в мою сторону. Я это всё знал по диагностике, по своим снам, где видел на меня атаку различных злых духов и всевозможных существ, что есть в пространстве всех слоёв Земли. И видел я, что шар вокруг меня незыблем, он непробиваем, а все усилия ведьмы пропадают втуне. Существа подлетают, стукаются и улетают с возросшей скоростью обратно.
Настал час. Прошло ровно полгода с момента запечатывания кувшина. На землю успел лечь и растаять снег, на дворе стояла весна, играя бликами солнца и щекоча своим дыханием молодые всходы травы и побеги деревьев.
Я оделся поплотнее, надел проверенные рукавицы, что не под силу прокусить обычному скорпиону или змее, и пошёл открывать кувшин. Взял с собой маленькую глиняную крынку с расчётом, что туда сможет свободно поместиться самая большая из тварей Гу — гюрза.
По истечении времени шебуршание в кувшине уменьшалось, поскольку живых существ оставалось всё меньше, и в последние несколько дней можно было едва уловить чуть слышимый шорох, да и то если только хорошенько встряхнуть кувшин.
Я ножом соскоблил с крышки воск, осторожно откупорил, и тут же перевернул сосуд вверх дном, вытряхивая из него всё, что осталось. Я знал, насколько смертельное оружие в моих руках, поэтому держался подальше, готовый в любой момент увернуться, если тварь вдруг решит меня атаковать.
Из кувшина вывалились какие-то сухие части членистоногих, лапки, брюшки, разорванные полусгнившие тела змей, остатки скорпионьих клешней и жал. Всё это безжизненно валялось кучкой на земле, а на самой вершине, медленно задирая кверху свое смертоносное жало, восседал огромный чёрный скорпион. Вот он — ядовитая тварь Гу! Сильнейший из сильнейших, ядовитейший из ядовитейших. Тот единственный, кто выжил в длительной смертельной схватке. За полгода скорпион стал почти в два раза крупнее, чем я клал в кувшин. То ли отъелся так, то ли вырос, а может, черномагическая сила обряда так на него повлияла — точно и не знаю.
Памятуя, что теперь передо мной не просто скорпион, а злой дух, я почтительно к нему обратился:
— Приветствую тебя, о ядовитая тварь Гу! Ты самая сильная и самая удачливая. Не с войной к тебе пришёл, но с миром и просьбой. Войди в новый дом, во имя служения, во имя исполнения своего долга.
Я медленно приблизился к скорпиону с маленькой открытой крынкой и наклонил её перед ним. Похоже, что дух согласился и не стал возмущаться своему служению, потому что в следующую минуту он сам добровольно забрался в крынку. Аккуратно я закрыл крышку и счастливо улыбнулся.
Зайдя в дом, я восторженно рассказал Учителю, что выжил чёрный скорпион и что он стал теперь больше. Это было удивительно: живая ядовитая одержимая тварь, вместилище злого духа! Мастер Азриэль дал мне вариант обращения к твари Гу, чтоб попросить его выполнить задачу. Это была декламация, как ключ: «По воле, по своему призванию, по своему долгу». Что я и сделал, обозначив в качестве просьбы смерть Мелани́.
Задача была поставлена. Учитель снова оказал мне неоценимую помощь, посмотрев местонахождение прекрасной ведьмы. В отношении диагностики мне до Мастера ещё очень далеко. Особенно с учётом, что защиты Мелани́ меня путали и мешали увидеть всё ясно.
Итак, можно отправляться в путь. Мой враг сейчас у себя дома, в Дербенте.
Перед поездкой я нацепил на себя несколько защит и непроглядов. Чувствовал себя так, будто на меня по-настоящему надели пудовую кольчугу, а на голову водрузили семифунтовый шишак[1] — тяжело, но это меньшее зло в случае обнаружения меня ведьмой и её атаки.
Рано утром я собрал в дорогу снедь, бережно сложил своё смертоносное оружие — крынку с тварью Гу — и поспешно отправился в село, где по старой памяти нашёл дом Саби-халу и убедил его сдать мне в аренду чубарого Амана, а в качестве весомого аргумента отвалил ему сумму, на которую этого Амана можно было купить целиком вместе со всей амуницией. И тогда Саби с чистым сердцем и с радостью дал мне коня напрокат. Саби-халу был всё тот же прохиндей, жадный до денег, правда, теперь прихрамывал на правую ногу. Не теряя больше времени, я вскочил на коня и помчался в Дербент.
К двум часам за полночь я добрался до дома семьи Броссе. Амана оставил в подворотне, чтобы не выдать себя цоканьем подкованных копыт. Огляделся вокруг: пустынная улица, даже фонарщиков уже не видно. Потихоньку я подошёл к забору с задней стороны дома. Вскарабкался и выпустил скорпиона во двор. Всё, я свою часть выполнил. Теперь работа полностью за ядовитой тварью. Она не будет трогать остальных. Только если ей начнут мешать. А так — сила Гу заряжена именно на укус определённой жертвы.
Только сейчас я ощутил, насколько вымотался, да и Аман тоже устал, но ночевать в городе, привлекая к себе внимание, я не хотел. Потому рванул обратно. И уже за городом в поле, возле большой сосны я сделал короткий привал, где спокойно напоил и накормил коня, а сам уселся под деревом, прислонился спиной к стволу и задремал. По моим ощущениям, я проспал пару часов, но такой кратковременный сон не придал ни свежести, ни бодрости. Мне все так же дико хотелось спать.
Встав с травы, я немного размял затекшие конечности, затем плеснул на руку воды, отёр лицо, прогоняя сонливость. Погладил по гриве коня и оседлал его. Аман уперся, ни в какую не желая двигаться дальше, мечтая продолжить блаженный сон. Мне пришлось внушить ему, что ещё совсем немного и его встретит хозяин с сытным ужином, после чего ему позволят хорошенько отдохнуть.
Вот уже несколько месяцев противостояние ведьме держало меня в невероятном напряжении, и днем и ночью напоминая о себе и о той опасности, что следует попятам, заставляя бежать вперед, а потому время от времени я начинал чувствовать, как усталость всем своим весом наваливается на мои плечи и давит. Мне безумно хотелось уже навсегда сбросить этот невидимый груз или, как минимум, отдохнуть и выспаться. Вот и сейчас я очень хорошо понимал и разделял нежелание коня двигаться дальше, но я знал, что нужно торопиться.
Наконец мы добрались до села. Спешившись, я вернул Амана счастливому Саби: теперь у него и деньги за коня, и конь. А сам скорее поспешил домой, к Учителю, где я упал в кровать и проспал мертвецким сном почти сутки.
Перед самым пробуждением мне приснился яркий сон, который, собственно, меня и разбудил.
Снилось мне, что я иду по бесконечной дороге, а к моей левой ноге толстой цепью приковано ядро. В такт моим шагам лязгает цепь. Я отчетливо слышу, как этот мерный звук звонко скользит от звена к звену и обрывается, достигнув оков. Кандалы натирают ногу до крови, принося ужасную боль. Но я продолжаю медленно идти, с места на место перетаскивая за собой ядро, которое становится всё тяжелее. Я взглянул на ногу: метал кандалов уже разрезает мясо и впивается в кость, продолжая сжиматься всё туже. Боль вырастает до степени невыносимости, а ядро вдруг увеличивается в размерах и делается совсем неподъёмным. Я не могу идти дальше, и тогда я ложусь на землю и ползу, пытаясь волочить за собой тяжкий груз. Я пробую разорвать цепь руками, но тщетно — слишком крепкие узы. Уже отчаявшись, вдруг вижу впереди себя топор. Поскорее, насколько позволяют кандалы, подползаю ближе и протягиваю к нему руки. Топор исчезает, словно его и не было. От бессилия слезы покатились сами собой, и я взываю к Учителю. Спасительный инструмент появился в воздухе и медленно поплыл ко мне в руки. Хватаю топор двумя руками, неистово и с остервенением начинаю бить по цепи. Бью остриём, бью обухом, ударяю изо всех сил, со всего размаху. Кажется, что цепь становится только прочнее, никак не поддается. Упорно продолжаю свой нелёгкий труд. Замах — удар, замах — удар. Время превратилось в Вечность. Но даже Вечность однажды заканчивается. И в один момент цепь просто рассыпалась в прах. Я свободен. Абсолютно свободен! И я лечу вперёд, настолько мне легко и радостно без этого ядра…
Я встал и пошёл искать Мастера Азриэля, чтобы рассказать ему про сон. Нашёл его в кабинете, сидящем на кресле при свете свечи.
— Учитель! Был мне сон сейчас символический. В нём я избавился от тяжёлых кандалов, и мне стало неимоверно легко. Мне кажется, что этот сон — вестник, что Мелани́ уже мертва.
— Ты прав, мой ученик, в своей догадке. Ядовитая тварь Гу чётко и быстро выполнила свою задачу. Твоя ведьма закончила свой путь в этом воплощении. И теперь я уже могу рассказать кое-что о вас: о тебе и об этой Мелани́. Присядь. Некоторые знания могут показаться неожиданными.
Я присел на кресло напротив стола Учителя. И Мастер продолжил:
— Представь себе картину: Испания, начало шестнадцатого века. По всей Европе лютует Святая Инквизиция. Дым от костров жарящихся еретиков накрывает весь пиренейский полуостров. Сила и власть магов от католической церкви, что скрываются под маской инквизиторов, растёт с каждым днём. Им надо усилить своё влияние и устранить конкурентов, то есть иных магов, что не с ними, что не входят в лоно того или иного ордена Церкви.
И вот жил-был в то время инквизитор, один из многих. Такой же лютый, такой же исполнительный и старательный. Скольких же он погубил тогда. Без всякого сожаления казнил: рвал на дыбе, топил, терзал, жёг. Этим инквизитором в прошлой жизни и была твоя ненаглядная Мелани́. Подавляющее большинство обреченных на смерть судья от Церкви предавал казни практически без причины: в те времена это было обычным делом, достаточно обвинительного в колдовстве доноса в сторону очередной барышни. А уж после её пытали и, естественно, выпытывали чистосердечное признание. Так случилось и в тот раз, когда попалась молодая красивая ведьма. Инквизитор лично подпалил у столба хворост и заживо сжёг её. И этой ведьмой в прошлой жизни был ты, Андар!
Меня словно молнией пронзило! Я стоял с отвисшей челюстью и не мог произнести ни звука.
— Понимаю твою реакцию. Но ты и тогда колдовал, так что донос был верным. Инквизитор завязал узел между двумя эйдосами, он запустил цепную реакцию, сильно нарушив баланс ваших личных вселенских весов. И в этой жизни ты, ученик, встретил своего врага и вернул долг. Поэтому всё так произошло. Поэтому Владыки Кармы свели вас вместе, соединили в отношениях, свели воедино любовью и ненавистью. И развязать этот кармический узел, вернуть Весы к исходному равновесию можно было только через смерть Мелани́. Что ты и сделал. Я могу поздравить тебя вдвойне, ученик Андар! Ты разрубил эту цепь, что связывала твой дух и дух твоего врага с давних времён. И ты впервые в этой жизни убил противника. Это тоже рубеж, это тоже достижение.
Я продолжал стоять в некотором шоке, отчего моё восприятие начало смещаться из привычной реальности. Я подумал о Мелани́, представил её образ. И меня накрыло видение:
Мелани́ проснулась раньше обычного. Её разбудил беспокойный сон, в котором она далеко убегала, падала, проваливалась, исчезала. И такая круговерть снилась несколько раз подряд. Она и не знала, к чему приложить значение данного сна. Спросила Таро, те ничего определённого не сказали. Есть, конечно, мизерный шанс, что этот кобелина Андар, который давно должен жариться в аду, нанизанный задницей на раскалённом вертеле, внезапно решил провести атаку, но такую вероятность ведьма поспешила отмести. За полгода ни одной даже мелкой атаки, а тут вдруг решил действовать? С чего бы это? Колдунишка ушёл в глухую оборону и трусливо прячется в доме Учителя. Так что и достать его толком не получается. Пока. Пока не получается — с акцентом сказала себе Мелани́. Вода камень точит. Так и этот enculé однажды сдохнет!
На всякий случай ведьма поставила кратковременную защиту на пару дней и собралась принять ванну. Любовно оглядела себя в зеркало, скинула чёрный пеньюар и тут же вскрикнула, почувствовав, что на неё что-то свалилось сверху. Жгучая боль в шее, она падает навзничь на спину, ударяется затылком, отчего из глаз фонтаном летят искры. Поворачивает голову и замечает огромного чёрного скорпиона, выбегающего из комнаты.
Жуткий спазм начинает лавиной переходить на лицо, опускаться на спину, грудь и ниже по всему телу. Вот ведьма уже не в силах пошевелиться. Ей тяжело дышать, каждый вдох отдаётся огнём в лёгких и бронхах. Она хрипит, слюни огромными брызгами вылетают изо рта. Тело начинает сводить судорогами, Мелани́ изгибается дугой вверх, все мышцы сжимаются в стальной клубок, от напряжения разрывая сами себя. Сердце с каждой секундой ускоряет свой бег, оно бьётся изнутри грудной клетки, силясь разломить рёбра и выпрыгнуть наружу. Ведьму рвёт желчью снова и снова, организм тщетно пытается избавиться от чего-то однозначно чужеродного в себе. Мелани́ вдруг становится очень страшно, она чувствует приближение скорой смерти. Её мышцы, все до единой, немного расслабились и тут же сжались в тугой комок. Сердце, поставившее рекорд по частоте ударов, вмиг останавливается, сжимая само себя, внутренние органы пронзает острой пикой огненная боль, так что вдохнуть больше нет возможности. Лёгкие раскаляются без воздуха, кровь начинает закипать, сворачивая эритроциты в трубочку.
Казалось, это будет длиться вечность. Наконец, выгнувшись в очередной раз дугой, тело Мелани́ обмякло, из-под него, лежащего в собственной блевотине и слюнях, со зловонием вытекали высвобожденные экскременты. Пытка закончилась: ведьма Мелани́ Броссе испустила дух.
Богатое и насыщенное ощущениями видение проскочило перед моим взором за единый миг и врезалось мне в память. Думаю, навсегда.
Я заглянул в себя, чтобы внимательнее посмотреть, а что же я ощущаю к умершей. Это не было Большой Любовью, но всё же я испытывал к прекрасной Мелани́ тёплые чувства. Мне не за что было держать на неё зла. Самое сильное, что я испытывал в тот момент — Печаль Мага. Печаль, что я как человек в этом воплощении не заслужил, чтобы меня пытались убить. Я не совершал предательства, измены или иного караемого поступка. По отношению к Мелани́ я был всегда открыт и честен. И отношения прекратил, когда понял, что наши пути идеологически расходятся воззрениями на формат семьи.
Я ощущал Печаль Мага, потому что Мелани́ как человек этого воплощения не заслуживала жестокой смерти. Её можно было простить, с ней можно было договориться. Но оставим это слюнявым служителям Правого Столпа Милосердия. У нас, у адептов Левого Пути, свои способы и методы восстановления Равновесия. Поэтому ведьма и умерла. И это стало отличным вариантом выбора, чтобы развязать узел кармы.
Печаль, что мы все во многом играем роли, которые не выбирали. Мы являемся инструментами духа, что воплощён в нас. Мы разгребаем дерьмо, которое не заваривали, мы отдаём долги, которые сами не брали, мы разрубаем узлы, что не нами завязаны. И я убил прекрасную ведьму, а она пыталась убить меня, потому что однажды, несколько веков назад один человек несправедливо убил другого. Абсолютно чужие и незнакомые нам люди. Осознание этого порождает Печаль Мага.
Всё это время Мелани́ упорно, твёрдо и планомерно пыталась меня атаковать. Надо отдать должное её трудоголизму. Она получала обратку благодаря моей защите от обитателей Арезуры, но кажется, что это только больше злило её и раззадоривало активность.
Нет абсолютных защит. Всегда есть другой метод или Сила, способная обойти или пробить ограждение. И прекрасная обозлённая чародейка росла и развивалась в магическом смысле семимильными шагами, пытаясь достать меня. И била, била, била, кидая порчу за порчей, проклятие за проклятием, бросая на борьбу со мной всю свою ненависть и силы. Изучала новые смертоносные методы и тут же их пробовала использовать в мою сторону. Я это всё знал по диагностике, по своим снам, где видел на меня атаку различных злых духов и всевозможных существ, что есть в пространстве всех слоёв Земли. И видел я, что шар вокруг меня незыблем, он непробиваем, а все усилия ведьмы пропадают втуне. Существа подлетают, стукаются и улетают с возросшей скоростью обратно.
Настал час. Прошло ровно полгода с момента запечатывания кувшина. На землю успел лечь и растаять снег, на дворе стояла весна, играя бликами солнца и щекоча своим дыханием молодые всходы травы и побеги деревьев.
Я оделся поплотнее, надел проверенные рукавицы, что не под силу прокусить обычному скорпиону или змее, и пошёл открывать кувшин. Взял с собой маленькую глиняную крынку с расчётом, что туда сможет свободно поместиться самая большая из тварей Гу — гюрза.
По истечении времени шебуршание в кувшине уменьшалось, поскольку живых существ оставалось всё меньше, и в последние несколько дней можно было едва уловить чуть слышимый шорох, да и то если только хорошенько встряхнуть кувшин.
Я ножом соскоблил с крышки воск, осторожно откупорил, и тут же перевернул сосуд вверх дном, вытряхивая из него всё, что осталось. Я знал, насколько смертельное оружие в моих руках, поэтому держался подальше, готовый в любой момент увернуться, если тварь вдруг решит меня атаковать.
Из кувшина вывалились какие-то сухие части членистоногих, лапки, брюшки, разорванные полусгнившие тела змей, остатки скорпионьих клешней и жал. Всё это безжизненно валялось кучкой на земле, а на самой вершине, медленно задирая кверху свое смертоносное жало, восседал огромный чёрный скорпион. Вот он — ядовитая тварь Гу! Сильнейший из сильнейших, ядовитейший из ядовитейших. Тот единственный, кто выжил в длительной смертельной схватке. За полгода скорпион стал почти в два раза крупнее, чем я клал в кувшин. То ли отъелся так, то ли вырос, а может, черномагическая сила обряда так на него повлияла — точно и не знаю.
Памятуя, что теперь передо мной не просто скорпион, а злой дух, я почтительно к нему обратился:
— Приветствую тебя, о ядовитая тварь Гу! Ты самая сильная и самая удачливая. Не с войной к тебе пришёл, но с миром и просьбой. Войди в новый дом, во имя служения, во имя исполнения своего долга.
Я медленно приблизился к скорпиону с маленькой открытой крынкой и наклонил её перед ним. Похоже, что дух согласился и не стал возмущаться своему служению, потому что в следующую минуту он сам добровольно забрался в крынку. Аккуратно я закрыл крышку и счастливо улыбнулся.
Зайдя в дом, я восторженно рассказал Учителю, что выжил чёрный скорпион и что он стал теперь больше. Это было удивительно: живая ядовитая одержимая тварь, вместилище злого духа! Мастер Азриэль дал мне вариант обращения к твари Гу, чтоб попросить его выполнить задачу. Это была декламация, как ключ: «По воле, по своему призванию, по своему долгу». Что я и сделал, обозначив в качестве просьбы смерть Мелани́.
Задача была поставлена. Учитель снова оказал мне неоценимую помощь, посмотрев местонахождение прекрасной ведьмы. В отношении диагностики мне до Мастера ещё очень далеко. Особенно с учётом, что защиты Мелани́ меня путали и мешали увидеть всё ясно.
Итак, можно отправляться в путь. Мой враг сейчас у себя дома, в Дербенте.
Перед поездкой я нацепил на себя несколько защит и непроглядов. Чувствовал себя так, будто на меня по-настоящему надели пудовую кольчугу, а на голову водрузили семифунтовый шишак[1] — тяжело, но это меньшее зло в случае обнаружения меня ведьмой и её атаки.
Рано утром я собрал в дорогу снедь, бережно сложил своё смертоносное оружие — крынку с тварью Гу — и поспешно отправился в село, где по старой памяти нашёл дом Саби-халу и убедил его сдать мне в аренду чубарого Амана, а в качестве весомого аргумента отвалил ему сумму, на которую этого Амана можно было купить целиком вместе со всей амуницией. И тогда Саби с чистым сердцем и с радостью дал мне коня напрокат. Саби-халу был всё тот же прохиндей, жадный до денег, правда, теперь прихрамывал на правую ногу. Не теряя больше времени, я вскочил на коня и помчался в Дербент.
К двум часам за полночь я добрался до дома семьи Броссе. Амана оставил в подворотне, чтобы не выдать себя цоканьем подкованных копыт. Огляделся вокруг: пустынная улица, даже фонарщиков уже не видно. Потихоньку я подошёл к забору с задней стороны дома. Вскарабкался и выпустил скорпиона во двор. Всё, я свою часть выполнил. Теперь работа полностью за ядовитой тварью. Она не будет трогать остальных. Только если ей начнут мешать. А так — сила Гу заряжена именно на укус определённой жертвы.
Только сейчас я ощутил, насколько вымотался, да и Аман тоже устал, но ночевать в городе, привлекая к себе внимание, я не хотел. Потому рванул обратно. И уже за городом в поле, возле большой сосны я сделал короткий привал, где спокойно напоил и накормил коня, а сам уселся под деревом, прислонился спиной к стволу и задремал. По моим ощущениям, я проспал пару часов, но такой кратковременный сон не придал ни свежести, ни бодрости. Мне все так же дико хотелось спать.
Встав с травы, я немного размял затекшие конечности, затем плеснул на руку воды, отёр лицо, прогоняя сонливость. Погладил по гриве коня и оседлал его. Аман уперся, ни в какую не желая двигаться дальше, мечтая продолжить блаженный сон. Мне пришлось внушить ему, что ещё совсем немного и его встретит хозяин с сытным ужином, после чего ему позволят хорошенько отдохнуть.
Вот уже несколько месяцев противостояние ведьме держало меня в невероятном напряжении, и днем и ночью напоминая о себе и о той опасности, что следует попятам, заставляя бежать вперед, а потому время от времени я начинал чувствовать, как усталость всем своим весом наваливается на мои плечи и давит. Мне безумно хотелось уже навсегда сбросить этот невидимый груз или, как минимум, отдохнуть и выспаться. Вот и сейчас я очень хорошо понимал и разделял нежелание коня двигаться дальше, но я знал, что нужно торопиться.
Наконец мы добрались до села. Спешившись, я вернул Амана счастливому Саби: теперь у него и деньги за коня, и конь. А сам скорее поспешил домой, к Учителю, где я упал в кровать и проспал мертвецким сном почти сутки.
Перед самым пробуждением мне приснился яркий сон, который, собственно, меня и разбудил.
Снилось мне, что я иду по бесконечной дороге, а к моей левой ноге толстой цепью приковано ядро. В такт моим шагам лязгает цепь. Я отчетливо слышу, как этот мерный звук звонко скользит от звена к звену и обрывается, достигнув оков. Кандалы натирают ногу до крови, принося ужасную боль. Но я продолжаю медленно идти, с места на место перетаскивая за собой ядро, которое становится всё тяжелее. Я взглянул на ногу: метал кандалов уже разрезает мясо и впивается в кость, продолжая сжиматься всё туже. Боль вырастает до степени невыносимости, а ядро вдруг увеличивается в размерах и делается совсем неподъёмным. Я не могу идти дальше, и тогда я ложусь на землю и ползу, пытаясь волочить за собой тяжкий груз. Я пробую разорвать цепь руками, но тщетно — слишком крепкие узы. Уже отчаявшись, вдруг вижу впереди себя топор. Поскорее, насколько позволяют кандалы, подползаю ближе и протягиваю к нему руки. Топор исчезает, словно его и не было. От бессилия слезы покатились сами собой, и я взываю к Учителю. Спасительный инструмент появился в воздухе и медленно поплыл ко мне в руки. Хватаю топор двумя руками, неистово и с остервенением начинаю бить по цепи. Бью остриём, бью обухом, ударяю изо всех сил, со всего размаху. Кажется, что цепь становится только прочнее, никак не поддается. Упорно продолжаю свой нелёгкий труд. Замах — удар, замах — удар. Время превратилось в Вечность. Но даже Вечность однажды заканчивается. И в один момент цепь просто рассыпалась в прах. Я свободен. Абсолютно свободен! И я лечу вперёд, настолько мне легко и радостно без этого ядра…
Я встал и пошёл искать Мастера Азриэля, чтобы рассказать ему про сон. Нашёл его в кабинете, сидящем на кресле при свете свечи.
— Учитель! Был мне сон сейчас символический. В нём я избавился от тяжёлых кандалов, и мне стало неимоверно легко. Мне кажется, что этот сон — вестник, что Мелани́ уже мертва.
— Ты прав, мой ученик, в своей догадке. Ядовитая тварь Гу чётко и быстро выполнила свою задачу. Твоя ведьма закончила свой путь в этом воплощении. И теперь я уже могу рассказать кое-что о вас: о тебе и об этой Мелани́. Присядь. Некоторые знания могут показаться неожиданными.
Я присел на кресло напротив стола Учителя. И Мастер продолжил:
— Представь себе картину: Испания, начало шестнадцатого века. По всей Европе лютует Святая Инквизиция. Дым от костров жарящихся еретиков накрывает весь пиренейский полуостров. Сила и власть магов от католической церкви, что скрываются под маской инквизиторов, растёт с каждым днём. Им надо усилить своё влияние и устранить конкурентов, то есть иных магов, что не с ними, что не входят в лоно того или иного ордена Церкви.
И вот жил-был в то время инквизитор, один из многих. Такой же лютый, такой же исполнительный и старательный. Скольких же он погубил тогда. Без всякого сожаления казнил: рвал на дыбе, топил, терзал, жёг. Этим инквизитором в прошлой жизни и была твоя ненаглядная Мелани́. Подавляющее большинство обреченных на смерть судья от Церкви предавал казни практически без причины: в те времена это было обычным делом, достаточно обвинительного в колдовстве доноса в сторону очередной барышни. А уж после её пытали и, естественно, выпытывали чистосердечное признание. Так случилось и в тот раз, когда попалась молодая красивая ведьма. Инквизитор лично подпалил у столба хворост и заживо сжёг её. И этой ведьмой в прошлой жизни был ты, Андар!
Меня словно молнией пронзило! Я стоял с отвисшей челюстью и не мог произнести ни звука.
— Понимаю твою реакцию. Но ты и тогда колдовал, так что донос был верным. Инквизитор завязал узел между двумя эйдосами, он запустил цепную реакцию, сильно нарушив баланс ваших личных вселенских весов. И в этой жизни ты, ученик, встретил своего врага и вернул долг. Поэтому всё так произошло. Поэтому Владыки Кармы свели вас вместе, соединили в отношениях, свели воедино любовью и ненавистью. И развязать этот кармический узел, вернуть Весы к исходному равновесию можно было только через смерть Мелани́. Что ты и сделал. Я могу поздравить тебя вдвойне, ученик Андар! Ты разрубил эту цепь, что связывала твой дух и дух твоего врага с давних времён. И ты впервые в этой жизни убил противника. Это тоже рубеж, это тоже достижение.
Я продолжал стоять в некотором шоке, отчего моё восприятие начало смещаться из привычной реальности. Я подумал о Мелани́, представил её образ. И меня накрыло видение:
Мелани́ проснулась раньше обычного. Её разбудил беспокойный сон, в котором она далеко убегала, падала, проваливалась, исчезала. И такая круговерть снилась несколько раз подряд. Она и не знала, к чему приложить значение данного сна. Спросила Таро, те ничего определённого не сказали. Есть, конечно, мизерный шанс, что этот кобелина Андар, который давно должен жариться в аду, нанизанный задницей на раскалённом вертеле, внезапно решил провести атаку, но такую вероятность ведьма поспешила отмести. За полгода ни одной даже мелкой атаки, а тут вдруг решил действовать? С чего бы это? Колдунишка ушёл в глухую оборону и трусливо прячется в доме Учителя. Так что и достать его толком не получается. Пока. Пока не получается — с акцентом сказала себе Мелани́. Вода камень точит. Так и этот enculé однажды сдохнет!
На всякий случай ведьма поставила кратковременную защиту на пару дней и собралась принять ванну. Любовно оглядела себя в зеркало, скинула чёрный пеньюар и тут же вскрикнула, почувствовав, что на неё что-то свалилось сверху. Жгучая боль в шее, она падает навзничь на спину, ударяется затылком, отчего из глаз фонтаном летят искры. Поворачивает голову и замечает огромного чёрного скорпиона, выбегающего из комнаты.
Жуткий спазм начинает лавиной переходить на лицо, опускаться на спину, грудь и ниже по всему телу. Вот ведьма уже не в силах пошевелиться. Ей тяжело дышать, каждый вдох отдаётся огнём в лёгких и бронхах. Она хрипит, слюни огромными брызгами вылетают изо рта. Тело начинает сводить судорогами, Мелани́ изгибается дугой вверх, все мышцы сжимаются в стальной клубок, от напряжения разрывая сами себя. Сердце с каждой секундой ускоряет свой бег, оно бьётся изнутри грудной клетки, силясь разломить рёбра и выпрыгнуть наружу. Ведьму рвёт желчью снова и снова, организм тщетно пытается избавиться от чего-то однозначно чужеродного в себе. Мелани́ вдруг становится очень страшно, она чувствует приближение скорой смерти. Её мышцы, все до единой, немного расслабились и тут же сжались в тугой комок. Сердце, поставившее рекорд по частоте ударов, вмиг останавливается, сжимая само себя, внутренние органы пронзает острой пикой огненная боль, так что вдохнуть больше нет возможности. Лёгкие раскаляются без воздуха, кровь начинает закипать, сворачивая эритроциты в трубочку.
Казалось, это будет длиться вечность. Наконец, выгнувшись в очередной раз дугой, тело Мелани́ обмякло, из-под него, лежащего в собственной блевотине и слюнях, со зловонием вытекали высвобожденные экскременты. Пытка закончилась: ведьма Мелани́ Броссе испустила дух.
Богатое и насыщенное ощущениями видение проскочило перед моим взором за единый миг и врезалось мне в память. Думаю, навсегда.
Я заглянул в себя, чтобы внимательнее посмотреть, а что же я ощущаю к умершей. Это не было Большой Любовью, но всё же я испытывал к прекрасной Мелани́ тёплые чувства. Мне не за что было держать на неё зла. Самое сильное, что я испытывал в тот момент — Печаль Мага. Печаль, что я как человек в этом воплощении не заслужил, чтобы меня пытались убить. Я не совершал предательства, измены или иного караемого поступка. По отношению к Мелани́ я был всегда открыт и честен. И отношения прекратил, когда понял, что наши пути идеологически расходятся воззрениями на формат семьи.
Я ощущал Печаль Мага, потому что Мелани́ как человек этого воплощения не заслуживала жестокой смерти. Её можно было простить, с ней можно было договориться. Но оставим это слюнявым служителям Правого Столпа Милосердия. У нас, у адептов Левого Пути, свои способы и методы восстановления Равновесия. Поэтому ведьма и умерла. И это стало отличным вариантом выбора, чтобы развязать узел кармы.
Печаль, что мы все во многом играем роли, которые не выбирали. Мы являемся инструментами духа, что воплощён в нас. Мы разгребаем дерьмо, которое не заваривали, мы отдаём долги, которые сами не брали, мы разрубаем узлы, что не нами завязаны. И я убил прекрасную ведьму, а она пыталась убить меня, потому что однажды, несколько веков назад один человек несправедливо убил другого. Абсолютно чужие и незнакомые нам люди. Осознание этого порождает Печаль Мага.
[1] Фунт — старорусская мера веса, равная 409,51 граммам.
Шишак — вид шлема с высоким навершьем в русских войсках, получили широкое распространение с начала XVII века.
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Учитель
Несмотря на то что я прожил бок о бок с Мастером Азриэлем столько лет, о его прошлой жизни я знал не много. Учитель всегда отличался скудостью в своих воспоминаниях. Да и то, что он рассказывал, необязательно является чистой правдой. Потому что у магов в жизни часто принято разыгрывать театр теней. Я сам не раз использовал этот приём, рассказывая разным людям о себе разные биографии. Так что никто точно не знал меня, у всех были разные образы и намерения меня. Если сказать точнее, каждый из них имел лишь описание одной из моих масок, коих имелось множество. Впрочем, мы и сами порой досконально себя не знаем. Мы носим маски, вся наша личность — это совокупность и конгломерат субличностей, шаблонов и паттернов поведения и воспитания. Что из этого набора более соответствует стержню нашего духа, а что вбито с кровью через насильственное, противное природе, воспитание — неизвестно. Социальный человек и не ставит целью приблизиться к своему духу, довольствуясь той картиной мира и её законами, что ему предложили.
Мастера Азриэля в его прежней мирской жизни звали Денис. Родом он из Приморской области. Родился и вырос у реки Уссури в семье рыболова. Несмотря на его огромный магический потенциал и колоссальные наработки в прошлых воплощениях, до зрелого возраста Денис не касался магии. Рос обычным ребёнком, помогал отцу, потом был рекрутирован в армию. Участвовал в русско-турецкой войне тысяча девятьсот семьдесят седьмого — тысяча девятьсот семьдесят восьмого годов. Где был контужен и демобилизован.
После возвращения домой пришло время просыпаться прошлому. И Денис начал искать учителей магии. Проходил он обучение у различных колдунов и ведьм, довелось даже изучать ведовское искусство у шаманов. Он путешествовал по России в поисках магических знаний, пока однажды путь не вывел его на адепта Ордена Lex Talionis, в котором Денис провёл прежние воплощения, постигая сам и преподавая оккультную науку. Ниточка из прошлого вытащила его на прямой Путь, вернула в alma mater, где он и продолжил своё восхождение в Вечности.
В ордене Учитель получил своё внешнее магическое имя — Азриэль. Как я уже упоминал, он много лет там был мистериором и наставником неофитов и адептов. Потом он путешествовал по разным городам, пока не осел в Кавказских горах недалеко от Каспийского моря. Мастер Азриэль по-прежнему поддерживал связь с Орденом. И участвовал в его жизни. Но теперь больше через тонкий план. Не было необходимости мчаться на встречу в физическом теле.
Кроме внешнего группового круга были у Мастера и личные ученики. Их было три: два ученика и одна ученица. Я — четвёртый, посох Учителя. Мастер Азриэль немного рассказывал о своих учениках. Один из них служит в Ордене LexTalionis, усердно и прилежно выполняя свою работу как несущий архетип и бенедиктум Баланса и Равновесия. Ученица стала малефиком, по природе своей склонная к разрушению и проявлению Тьмы через себя. Она достигла огромных высот как маг. И тоже периодически выполняла поручения ордена.
А вот второй ученик стал предателем.
— Да, Андар, именно так. Мой второй ученик — Ладвиг — он предал меня и наш Орден. Ушёл в другую магическую организацию и унёс с собой часть сокровенных знаний, что были ему доступны.
Я был поражён и взбешён. Как так?! Что этому Ладвигу могли там предложить, что он бросил своего Учителя, который растил его как мага, делился всеми знаниями и силой?! Как вообще можно сойти с Пути, когда уже есть Учитель, когда тебе помогают и ведут, когда уже достигнуты значительные высоты?! И ведь уже произнесены клятвы, судьба соединена и с Учителем, и с Орденом. У меня не укладывалось в голове.
— Как так, Учитель?! Как можно было, ради чего?!
— Для Ладвига это стало тяжёлым выбором, хоть и сделал он его осознанно и добровольно. По натуре своей он был и остаётся честным с самим собой и с окружающими. Предательство ради сиюминутной выгоды не было его привычкой. Ладвиг славился своим усердием в обучении, он старался, стремился стать лучше и сильнее, да и природные способности предвещали ему высокое восхождение.
Я был обескуражен словами Учителя. Тон его был мягок и добр по отношению к предателю.
— Не понимаю, Учитель… Как это — тяжёлый выбор? Как будто он через силу предал вас, словно его шантажировали.
— Я постараюсь объяснить, ученик. Хотя мне самому на твоём уровне было не сразу понятно. Во всех историях, во всех мифологиях предательство — это плохой поступок, очень плохой. Несущий за собой жестокие последствия и наказания для ренегата. И в девяносто девяти случаях так и есть: предавший падёт со своего уровня глубоко вниз, будет наказан на много воплощений, если высок его уровень предательства, он неминуемо будет страдать. И только после полного искупления появится возможность вновь продвигаться к прежнему уровню.
Но бывает предательство как сильнейшая колоссальная жертва на Левом Столпе восхождения. Она осознана и добровольна. Ладвиг как раз дошёл в своих дисциплинах до постижения ахриманизма и проживания архетипов бунтарей, восставших против всех, предавших своих богов и учителей. И сильно проникся этим. И сделал свой выбор. Он решился на самую крайнюю жертву, на самый жёсткий вариант восхождения по Левому Пути через предательство самых дорогих и близких — своих учителей. Он будет жестоко страдать и скорбеть много воплощений. Кары будут сыпаться на него одна за другой. Если он выдержит и не сорвётся в своём падении ещё ниже, забыв о своей великой жертве, то однажды он совершит огромный скачок в развитии, после того, как им будут выстраданы все испытания, что предполагаются на данном пути.
— Это непостижимо, Учитель! То, что вы говорите сейчас, идёт вразрез со всеми учениями, что переданы людям!
— Оговоримся: то, что передано большинству. Даже неофитам положен свой ограниченный уровень знаний. Но ты уже райган-махр[1] по своему уровню. Тебе можно узнать немного больше.
Нечто похожее было у Иуды. Он знал, на что идёт. И не нужны ему были тридцать сребреников. Это была его Жертва, его Мистерия и роль, которую всё равно кто-то должен был отыграть из апостолов. Иуда вызвался добровольно. На его месте мог быть другой ученик Христа. Получается, у Иуды была двойная жертва. Он не только принял на себя огромные страдания через предательство Учителя и своего Бога ради того, чтобы однажды обрести Вечное Царствие, обрести величайшую силу во Вселенной. Он ещё и совершил жертву ради своих братьев-апостолов. В апокрифическом Евангелии, некоторые из них ты читал, написано:
«Зная, что помыслы Иуды возвышенны, Иисус сказал ему: "Отойди от других, и я тебе поведаю тайны царства. Ты можешь их постичь, но будешь много скорбеть. Ибо другой тебя заменит, дабы могли двенадцать учеников вновь примириться со своим богом".
Иисус сказал:
"Но ты превзойдёшь их всех. Ибо в жертву принесёшь человека, в которого я облачён"».
Понимаешь меня, Андар?
— Да, Учитель. Пытаюсь понять.
Не сразу осознал я тонкости восхождения по крайностям Левого Пути. Понадобилось время, чтобы переварить эту информацию. Потом я, конечно, постиг глубочайший смысл этой мистерии и жертвы. Но, несмотря на понимание, лично для себя по-прежнему не разделяю подобного пути.
Учитель покинул этот мир через двадцать восемь лет с момента нашего знакомства. Он знал и контролировал момент своего ухода. В ту пору я некоторое время жил в Екатеринбурге. Учитель явился во сне и позвал меня, готовясь оставить тело. Я тотчас бросил все дела и примчался к Мастеру Азриэлю, где и проводил его в последний путь. По его волеизъявлению я отвёз тело в Махачкалу, где и предал кремации. Прах развеял с вершины горы.
Маги воспринимают приход смерти иначе, чем обыватели: это закономерный переход, это точно не горе, зачастую это освобождение из оков примитивного мира. Но всё же я видел перед собой образ Учителя и испытывал при этом Печаль Мага. Потому что каждый человек — это отдельный мир. И эти маленькие миры в качестве неотъемлемой части составляют во множестве всю Вселенную. Выпадает один узор, на его место приходит другой. Но уникальный мир, как картинку в калейдоскопе, никогда более не повторить. В этом есть норма и своя Печаль. Какое-то время я продолжал общаться с Учителем на тонком плане, пока он не взошёл выше, но это представляло собой уже несколько иного рода контакт, чем привычный разговор двух живых людей: человек, откинув бренную плоть, меняется, и меняется значительно. Мастера Азриэля, каким я его знал, больше не было и не будет.
До последних дней своей жизни Учитель продолжал мне давать Силу и знания: через тонкий план, во время редких встреч. Потому что хороший учитель — всегда сам ученик, он всегда развивается и поднимается в Вечности. У Мастера Азриэля всегда было, чему научиться. Однажды у любого ученика наступает момент, когда учителя уходят, и больше не у кого во плоти спросить совета. И теперь только Дух, собственный эйдос, внутренний свет, адир, кристалл сознания, или, если иначе, святой ангел-хранитель становятся главной и единственной опорой, советчиком, критиком и путеводной звездой.
Мастера Азриэля в его прежней мирской жизни звали Денис. Родом он из Приморской области. Родился и вырос у реки Уссури в семье рыболова. Несмотря на его огромный магический потенциал и колоссальные наработки в прошлых воплощениях, до зрелого возраста Денис не касался магии. Рос обычным ребёнком, помогал отцу, потом был рекрутирован в армию. Участвовал в русско-турецкой войне тысяча девятьсот семьдесят седьмого — тысяча девятьсот семьдесят восьмого годов. Где был контужен и демобилизован.
После возвращения домой пришло время просыпаться прошлому. И Денис начал искать учителей магии. Проходил он обучение у различных колдунов и ведьм, довелось даже изучать ведовское искусство у шаманов. Он путешествовал по России в поисках магических знаний, пока однажды путь не вывел его на адепта Ордена Lex Talionis, в котором Денис провёл прежние воплощения, постигая сам и преподавая оккультную науку. Ниточка из прошлого вытащила его на прямой Путь, вернула в alma mater, где он и продолжил своё восхождение в Вечности.
В ордене Учитель получил своё внешнее магическое имя — Азриэль. Как я уже упоминал, он много лет там был мистериором и наставником неофитов и адептов. Потом он путешествовал по разным городам, пока не осел в Кавказских горах недалеко от Каспийского моря. Мастер Азриэль по-прежнему поддерживал связь с Орденом. И участвовал в его жизни. Но теперь больше через тонкий план. Не было необходимости мчаться на встречу в физическом теле.
Кроме внешнего группового круга были у Мастера и личные ученики. Их было три: два ученика и одна ученица. Я — четвёртый, посох Учителя. Мастер Азриэль немного рассказывал о своих учениках. Один из них служит в Ордене LexTalionis, усердно и прилежно выполняя свою работу как несущий архетип и бенедиктум Баланса и Равновесия. Ученица стала малефиком, по природе своей склонная к разрушению и проявлению Тьмы через себя. Она достигла огромных высот как маг. И тоже периодически выполняла поручения ордена.
А вот второй ученик стал предателем.
— Да, Андар, именно так. Мой второй ученик — Ладвиг — он предал меня и наш Орден. Ушёл в другую магическую организацию и унёс с собой часть сокровенных знаний, что были ему доступны.
Я был поражён и взбешён. Как так?! Что этому Ладвигу могли там предложить, что он бросил своего Учителя, который растил его как мага, делился всеми знаниями и силой?! Как вообще можно сойти с Пути, когда уже есть Учитель, когда тебе помогают и ведут, когда уже достигнуты значительные высоты?! И ведь уже произнесены клятвы, судьба соединена и с Учителем, и с Орденом. У меня не укладывалось в голове.
— Как так, Учитель?! Как можно было, ради чего?!
— Для Ладвига это стало тяжёлым выбором, хоть и сделал он его осознанно и добровольно. По натуре своей он был и остаётся честным с самим собой и с окружающими. Предательство ради сиюминутной выгоды не было его привычкой. Ладвиг славился своим усердием в обучении, он старался, стремился стать лучше и сильнее, да и природные способности предвещали ему высокое восхождение.
Я был обескуражен словами Учителя. Тон его был мягок и добр по отношению к предателю.
— Не понимаю, Учитель… Как это — тяжёлый выбор? Как будто он через силу предал вас, словно его шантажировали.
— Я постараюсь объяснить, ученик. Хотя мне самому на твоём уровне было не сразу понятно. Во всех историях, во всех мифологиях предательство — это плохой поступок, очень плохой. Несущий за собой жестокие последствия и наказания для ренегата. И в девяносто девяти случаях так и есть: предавший падёт со своего уровня глубоко вниз, будет наказан на много воплощений, если высок его уровень предательства, он неминуемо будет страдать. И только после полного искупления появится возможность вновь продвигаться к прежнему уровню.
Но бывает предательство как сильнейшая колоссальная жертва на Левом Столпе восхождения. Она осознана и добровольна. Ладвиг как раз дошёл в своих дисциплинах до постижения ахриманизма и проживания архетипов бунтарей, восставших против всех, предавших своих богов и учителей. И сильно проникся этим. И сделал свой выбор. Он решился на самую крайнюю жертву, на самый жёсткий вариант восхождения по Левому Пути через предательство самых дорогих и близких — своих учителей. Он будет жестоко страдать и скорбеть много воплощений. Кары будут сыпаться на него одна за другой. Если он выдержит и не сорвётся в своём падении ещё ниже, забыв о своей великой жертве, то однажды он совершит огромный скачок в развитии, после того, как им будут выстраданы все испытания, что предполагаются на данном пути.
— Это непостижимо, Учитель! То, что вы говорите сейчас, идёт вразрез со всеми учениями, что переданы людям!
— Оговоримся: то, что передано большинству. Даже неофитам положен свой ограниченный уровень знаний. Но ты уже райган-махр[1] по своему уровню. Тебе можно узнать немного больше.
Нечто похожее было у Иуды. Он знал, на что идёт. И не нужны ему были тридцать сребреников. Это была его Жертва, его Мистерия и роль, которую всё равно кто-то должен был отыграть из апостолов. Иуда вызвался добровольно. На его месте мог быть другой ученик Христа. Получается, у Иуды была двойная жертва. Он не только принял на себя огромные страдания через предательство Учителя и своего Бога ради того, чтобы однажды обрести Вечное Царствие, обрести величайшую силу во Вселенной. Он ещё и совершил жертву ради своих братьев-апостолов. В апокрифическом Евангелии, некоторые из них ты читал, написано:
«Зная, что помыслы Иуды возвышенны, Иисус сказал ему: "Отойди от других, и я тебе поведаю тайны царства. Ты можешь их постичь, но будешь много скорбеть. Ибо другой тебя заменит, дабы могли двенадцать учеников вновь примириться со своим богом".
Иисус сказал:
"Но ты превзойдёшь их всех. Ибо в жертву принесёшь человека, в которого я облачён"».
Понимаешь меня, Андар?
— Да, Учитель. Пытаюсь понять.
Не сразу осознал я тонкости восхождения по крайностям Левого Пути. Понадобилось время, чтобы переварить эту информацию. Потом я, конечно, постиг глубочайший смысл этой мистерии и жертвы. Но, несмотря на понимание, лично для себя по-прежнему не разделяю подобного пути.
Учитель покинул этот мир через двадцать восемь лет с момента нашего знакомства. Он знал и контролировал момент своего ухода. В ту пору я некоторое время жил в Екатеринбурге. Учитель явился во сне и позвал меня, готовясь оставить тело. Я тотчас бросил все дела и примчался к Мастеру Азриэлю, где и проводил его в последний путь. По его волеизъявлению я отвёз тело в Махачкалу, где и предал кремации. Прах развеял с вершины горы.
Маги воспринимают приход смерти иначе, чем обыватели: это закономерный переход, это точно не горе, зачастую это освобождение из оков примитивного мира. Но всё же я видел перед собой образ Учителя и испытывал при этом Печаль Мага. Потому что каждый человек — это отдельный мир. И эти маленькие миры в качестве неотъемлемой части составляют во множестве всю Вселенную. Выпадает один узор, на его место приходит другой. Но уникальный мир, как картинку в калейдоскопе, никогда более не повторить. В этом есть норма и своя Печаль. Какое-то время я продолжал общаться с Учителем на тонком плане, пока он не взошёл выше, но это представляло собой уже несколько иного рода контакт, чем привычный разговор двух живых людей: человек, откинув бренную плоть, меняется, и меняется значительно. Мастера Азриэля, каким я его знал, больше не было и не будет.
До последних дней своей жизни Учитель продолжал мне давать Силу и знания: через тонкий план, во время редких встреч. Потому что хороший учитель — всегда сам ученик, он всегда развивается и поднимается в Вечности. У Мастера Азриэля всегда было, чему научиться. Однажды у любого ученика наступает момент, когда учителя уходят, и больше не у кого во плоти спросить совета. И теперь только Дух, собственный эйдос, внутренний свет, адир, кристалл сознания, или, если иначе, святой ангел-хранитель становятся главной и единственной опорой, советчиком, критиком и путеводной звездой.
[1] Райган-махр — восьмая инициатическая ученическая степень в ахриманизме. Соответствует ступени «Свободный адепт» в иерархии герметической традиции Ордена Золотой Зари.
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Мой преемник
Время поджимает. Надо срочно искать преемника. Теоретически, это не так сложно. Благо, что живу я сейчас в столице, здесь огромный котёл народа и энергий. Легко найти практически всё, были бы намерение и деньги.
Мне оставалось жить всего полтора года. За это время надо найти ученика-посоха и передать ему свою Силу, провести с ним как можно большее количество инициаций и посвящений — сколько успею в столь малый ограниченный срок. В свою очередь он поможет мне с обретением одного из вариантов бессмертия.
К этому времени у меня уже был опыт преподавания магических наук и искусств. За свою продолжительную жизнь я несколько лет исполнял обязанности наставника неофитов в Ордене Lex Talionis, а с развитием современных технологий организовывал семинары и вебинары. Нёс свет и тьму знаний людям, просвещая их, за что получал щедрую, а иногда и не очень, оплату. Тем не менее, такая деятельность отчасти работала как агрессивная реклама, после чего количество клиентов резко возрастало.
Несмотря на достаточно плотный график, я успел обучить пару учеников индивидуально. Мои «выпускники» — рослый крепыш Дариус и хрупкая, но крайне коварная Персис — и по сей день продолжают своё восхождение вверх по пути Левой Руки, через тьму, сквозь тьму и с помощью тьмы. Ныне это вполне самодостаточные и уравновешенные маги, но было время, когда они даже чуть не убили друг друга: тут уже я постарался. Знаете ли, есть у малефиков такая стратегия — стравить учеников, развязать войну и посмотреть, кто выживет. А выживет сильнейший. В общем, я так и поступал. Независимо от их стараний и успехов где-то захваливал одного, а другого принижал, а после наоборот. Я вынуждал их соперничать друг с другом, пробуждая в них обоюдную зависть и ненависть, а для этого использовал самый элементарный, но действенный инструмент: просто привирал им про их пакости друг другу, то и дело подливая масло в уже полыхающий огонь. А дальше они сами включились в раздор и продолжали без моего участия. Ожесточённые бои за первенство длились два-три года, ни один из них не мог и, собственно, не хотел уступить сопернику. В общем, когда Дариус лежал в реанимации и «устраивал сквозняк, хлопая дверью с этого света на тот и обратно», я вмешался и остановил их вражду. Всё-таки ученики мне были нужны во плоти и полном здравии. Война, повторюсь, — это лучшее средство эволюции. И длительная беспринципная вражда закалила учеников, вынудив стать лучше, сильнее, хитрее. Мой педагогический приём в очередной раз доказал свою эффективность.
Справедливости ради нужно отметить, что была и ещё одна ученица, которая, однажды сдюжив, бросила все занятия магией. Оставив практики и ритуалы, она ушла размножаться, жиреть и дожидаться пятничного культурного досуга у телевизора, вооружившись вёдрами пива и чипсов. Прискорбно. Я искренне считаю это предательством своего пути и Учителя. Обучая её, я вкладывал много сил, отдавал душу, возлагал надежды. Из всех моих учеников именно она оказалась самой талантливой и способной. Её развитие продвигалось семимильными шагами, стоило лишь вложить намерение. И всё это в один миг пустить под откос, променять на детей и пятничные пьянки?.. Кошмар и ужас! Впрочем, она уже наказана своим собственным выбором. Брахман по рождению, она добровольно вернулась к уровню вайшьи. Пройдёт много воплощений, прежде чем она вернётся на свой путь магического развития.
Итак, я решил пойти по проверенной дорожке: для проведения семинаров арендовал себе полтора часа времени в неделю в одном из многочисленных эзотерических центров Москвы. Яркие пафосные афиши, расклеенные по всему городу, рекламировали мою излюбленную тему — «Тёмные обряды известных культов». Оповещения о предстоящих лекциях по демократической цене пестрили в метро, на всевозможных тематических площадках интернета, назойливо звучали по радио.
Поначалу желающих углубиться в теорию магических знаний было немного, но по мере раскрутки моего мероприятия народу становилось всё больше и больше.
В ходе семинара я рассказывал и объяснял, что служение через Тьму не является однозначно плохим деянием, за которым неминуемо последует кармическая расплата. Некоторые малефики, подобные мне, через негативные с общепринятой точки зрения поступки выполняют свою роль и функцию в Мироздании. Далее я приводил теоретические и практические примеры из разных магических традиций, попутно поясняя, что у каждой системы есть своя тёмная сторона, своя тень, свой нагваль. Даже у тех, кто прикидывается исключительно светлым.
Несколько лекций я провёл, неспешно раскрывая программу семинара, и на каждом последующем занятии я давал новую порцию информации так, чтобы всё это время держать внимание аудитории под своим контролем, старательно подкреплял выданные знания яркими примерами и байками. Внешне казалось, что я всецело поглощён подачей материала, на самом же деле довольно напряжённо сканировал всех пришедших. Я искал того, кто может стать моим посохом, моим помощником. Логические схемы или прежние заслуги претендента не имеют никакого значения. Играет роль лишь внутренний резонанс. Я это почувствую, как только увижу будущего ученика.
Лица учащихся сменялись: кто-то, побывав на одном семинаре, бесследно исчезал навсегда. Кто-то ходил регулярно, накручивая в себе нить учебного материала всё толще и толще. Были способные, встречались очень одарённые и талантливые, попадались и случайные залётные, пришедшие на магический семинар по веянию моды. Что ж, их деньги мне тоже пригодятся.
И вот в один из семинаров пришёл паренёк — долговязый, астеничного телосложения, с чёрными, как смоль, глазами и невероятно бледной кожей. Волосы парнишки были выкрашены в зелёный, почти неоновый цвет. Наверное, некая дань субкультурной моде. Одет в неопрятные джинсы, футболку с растянутым воротом и повидавшую жизнь потёртую, дешёвую косуху. С виду абсолютно залётный гражданин. Его слабо заинтересованный, явно скучающий взгляд не мог выдать в нём будущего сильного чёрного мага, но по мне будто искра проскочила — вот он, мой посох! Я почувствовал родство душ, нить, тянущуюся сквозь многие воплощения. Это был сильный оглушающий резонанс. Его чёрные глаза вкупе с зелёными волосами подходили, как пазл, моим чёрным волосам и зелёным глазам.
С самого начала семинара я объявил, что планирую набрать себе пару-тройку личных учеников. Для этого нужно лишь заполнить анкеты и внимательно указать свои данные. Затем я проведу испытания, проверки и выберу достойных. В общем, я нёс всю эту ахинею с невозмутимым видом и без единого смешка, в глубине души ехидничая гиеной, потому что уже нашел своего ученика. Одного единственного. И больше мне никто не был нужен.
Я раздал анкеты и начал семинар. Почти все из присутствующих, а их было тридцать два, аккуратно заполнили в листках сведения о себе. Было трое случайных посетителей, которые едва ознакомились с тематикой лекции и явно не планировали продолжать обучение. Двое из них не стали заполнять, а один всё-таки вписал свои данные, просто так, чтобы было.
После семинара, собрав анкеты и едва попрощавшись с последним слушателем, я быстро нашел нужный мне листок, а остальную пачку без сожаления тут же отправил в мусорную корзину. Так-с, Даниил, двадцать один год. Изучал разные течения эзотерики, большей частью поверхностно, немного практики, немного теории, прочитано то-то и то-то. Ладно, это всё шелуха. Главное, что он оставил свои контакты: мейл и номер телефона.
Свои семинары я тут же свернул, поскольку нашёл искомое. Теперь предстоял колоссальный фронт работ, а времени на всё совсем мало. Мне не терпелось позвонить Даниилу как можно скорее, буквально на следующий же день. Огромным усилием воли я подавил в себе излишнюю поспешность, для отвода глаз выждал пару недель и только потом, стараясь быть непринуждённым, написал Даниилу по «ватсапу»: как ни крути, технологии в наше время — это удобно. Почти век назад, когда ехал в карете с Арсением Саввичем, в самой бурной своей фантазии я и представить такого чуда не мог. Поприветствовал, поспрашивал, насколько парень заинтересован в обучении, какие магические направления его интересуют. Написал Даниилу, что он заинтересовал меня как претендент на индивидуальное обучение. Забросил несколько приманок относительно его волшебного будущего. Для проверки резонанса Учитель-Ученик узнал точное время и место рождения парня.
Чуть позже сделал натальную карту Даниила и выстроил синастрию[1], которая дополнительно подтвердила мои выводы и предчувствия. Всё сходилось — он идеальный ученик.
После личной встречи и общения стало понятно, насколько Даниил уже загорелся желанием обучаться. Теперь он увидел перспективу. Я дополнительно подлил масла в огонь, рассказав ему о возможностях, что доступны сильным магам, о власти, о соблазнении любых девушек, о деньгах. Чёрные глаза Даниила блестели предвкушением открывшихся горизонтов. Даниил учился в колледже на менеджера, и мы с ним договорились, что после основной учёбы два раза в неделю он будет приезжать ко мне домой (а жил я в собственном небольшом коттедже на Ярославском шоссе), где я смогу лично давать ему инициации и проводить ликбезы по основам магии. В остальное же время мы будем на связи посредством интернет-сети. Даниил обязался выполнять задания и проводить практики, а затем присылать мне отчёты по своим ощущениям, изменениям и обо всём остальном, что происходит с ним, как на внутреннем, так и на внешнем плане.
Практики — сложный, многолетний труд, требующий дисциплины и постоянной рутинной работы. Я бы даже сказал, что это вечный труд, поскольку они никогда не закончатся. Практики, что я дал ученику, за такое короткое время не сформируют мага, но в любом случае пойдут ему на пользу, укрепляя его намерение и дух. Основную силу и знания я передам Даниилу через инициации и посвящения, и потом, после моего ухода, мои Книги Теней останутся ему в помощь.
Я давал ему посвящения в разные каналы богов, инициации в различные глифы и символы, подключал к всевозможным культам и силам, к которым у меня самого был доступ. Даниил получил внешнее магическое имя — Митхам, и оно пришло не с потолка. Обычно магическое имя вычисляется согласно натальной карте и с помощью гематрических[2] операций. Либо, если выбирать вариант посложнее, Учитель заглядывает в Хроники Акаши и там находит подходящее имя для ученика.
Я разгонял энергетику и сознание Даниила на максимальной скорости. Но слишком сильная скорость имеет свои побочные эффекты: сосуд начинает трещать. Выражается это обычно в обострении старых кармических болезней, а также в появлении новых патологий. Потому мне приходилось часть болей Даниила брать на себя, часть пережигать, помещать дубль ученика в Храм Исцеления на тонком плане. Только благодаря этому мы могли продолжать развивать парня с прежней скоростью и даже немного её увеличивать.
***
Прошло полгода. Я не давал Даниилу спуску, архивируя и впихивая в него знания, даже пока он спал. Эти знания со временем откроются сами. Главное, что пока они помещены в ячейки памяти тонких тел. Впихивал, сколько мог, и наяву. Это действительно был колоссальный для меня труд. Грандиозный и непростой он был и для Даниила. Ученик резко менялся, менялось его окружение. Он состриг крашеные волосы, оставив короткую стрижку. Естественный их цвет оказался каштановым. Личная и Магическая Сила его росли не по дням, а по часам. Я отчётливо это видел, а Даниил лишь замечал. Наконец, я рассказал ученику, какую главную миссию я уготовил для него.
— Митхам, ты никогда не задавался вопросом, почему мы так торопимся, и для чего я даю тебе так много посвящений, что твоё тело едва успевает справляться?
— Учитель, я не знаю других индивидуальных учеников, поэтому мне не с кем себя сравнить. В различных группах, магических курсах и школах, где учатся мои знакомые и где я бывал, обучение, конечно, ведётся намного медленнее. Хотя и там бывают редкие инициации по окончании определённого отчётного периода. Возможно, так быстро, потому что это индивидуальное обучение?
— Почти поэтому. На самом деле, и индивидуальное обучение ведётся намного медленнее. Мы с тобой бежим вперёд с четырёхкратным превышением скорости. Я должен признаться, ученик: у меня осталось мало времени в этой жизни. Ещё год, и я покину этот мир. Хочется передать тебе как можно больше за этот срок.
— Как так?! – опешил и огорчился Митхам. — Ведь мы же только полгода как начали обучение, а вы уже скоро собираетесь уходить. Учитель, вы бросите меня, не доучив?
— К сожалению, у меня нет выбора. Время этого тела истекает. Физическое тело подвержено смерти, у него слишком короткий срок эксплуатации. Я и так долго пожил в нём сто четыре года — это много для человеческого века, но есть один способ задержаться в этом воплощении. Ну, или почти в этом. Способ сложный, но оно того стоит, и мне понадобится твоя помощь!
— Какой же это способ? — заинтересовался ученик.
— Мумификация! — я лучезарно улыбнулся, будто речь шла о чём-то прекрасном и волшебном. Хотя для меня это и было прекрасной перспективой.
— В смысле, мумии? Как в Древнем Египте? — округлились глаза Митхама.
— Именно! Как ты знаешь по строению тел человека, у нас их семь, если считать вместе с атманическим. Когда умирает физическое и начинает разлагаться, вслед за ним начинают распадаться и тонкие тела. Сначала эфирное, потом витальное, астральное, далее низшая часть ментального тела, а остальное архивируется у эйдоса и идёт на перевоплощение. Это в обычном случае у обычного человека. Маг, достигший высокого уровня, перешедший Бездну, после смерти имеет осознание в астральном теле и продолжает жить в тонком плане, пока не придёт срок умирать и астральному телу. А это могут быть сотни лет в пересчёте на земное физическое время. А уже потом идёт на перевоплощение в человеческой расе или в другой расе, уровнем повыше.
Если же физическое тело сохранить от разложения в виде мумии, то процесс распада эфирного тела замедлится почти до полной остановки. А это почти физическая жизнь. Надо только время о времени подпитывать это эфирное тело.
— Я должен буду из вас сделать мумию, Учитель?
— Да, Митхам, тебе предстоит такая операция. После моей смерти ты забальзамируешь моё тело и будешь хранить его в подвальной комнате гаража. А после станешь подпитывать моё эфирное тело, давая мне обед раз в три дня. Обычную пищу и сок. Иногда можно будет, думаю, и кусок свежего сырого мяса. А дальше посмотрим, вдруг мои вкусовые пристрастия изменятся.
— Мастер Андар, но как же вы будете есть? Вы же будете мумией.
— Ученик, не старайся быть глупее, чем являешься. В эфирном теле я смогу поглощать эфирную субстанцию продуктов. В таком тонком теле я смогу жить сотни лет, если мумия будет правильно храниться и не испортится. Кстати, тебе будет свой плюс от моего подобного бессмертия: мне проще будет выйти с тобой на связь. Через сон или видения я смогу подсказывать тебе и вести тебя дальше по пути обучения.
— Это звучит невероятно, Учитель!
— Да, точно так, ученик! И я не знаю никого лично, кто проделывал бы подобную операцию со времён Древнего Египта. Так что в этом веке мы точно будем первыми.
***
Митхам ежедневно совершал магические практики, а я продолжал давать ему всевозможные инициации, посвящения, толчки Силы, заёмы Силы, какие только можно было для его уровня, который, кстати, достаточно быстро рос. Митхам оказался очень одарённым и способным. Несмотря на хиловатый внешний вид, внутренне он был воином, готовым приложить предельные усилия для возвышения.
А на внешнем уровне мы начали подготовку к моему уходу. Первым делом съездили к нотариусу и составили завещание. В соответствии с которым всё своё немалое недвижимое имущество, «крузак-прадо» и счета в нескольких банках после смерти я, находясь в здравом уме и трезвой памяти, завещал Даниилу.
Следующим шагом необходимо протестировать место, где, собственно, и будут происходить таинства мумификации. На моей территории, перед коттеджем, находился просторный и удобно оборудованный гараж с подвалом. При желании там можно было жить. Заранее планируя подобный уход и необходимость создания мумии из моего тела, я провёл туда коммуникации: климат-систему и водопровод с канализацией. Само собой, там были электричество, холодильник, большой металлический стол, электрическая плитка, кастрюли, посуда и иная кухонная утварь. Также я заблаговременно приготовил весь набор для бальзамирования: шприцы, салфетки, бинты, хирургические инструменты, формалин, эритромициновую мазь, акриловую смолу и множество банок с навинчивающимися крышками.
Именно здесь, в этом помещении, Даниил и начал тренироваться изготавливать мумии. Конечно, сначала на животных: не мог же я его сразу допустить к своему телу без должного опыта.
Мы купили шиншиллу, усыпили её уколом. Сбрили всю шерсть. После чего Митхам разрезал её, вынул внутренние органы, промыл тело. Крови было много, и ученика начало мутить. Вполне закономерно: парень был далёк от медицины и впервые делал подобную операцию.
— Вот-вот! В следующий раз будет тебе уроком, что перед бальзамированием за пару часов точно ничего не надо есть, иначе можно заляпать все вокруг, — с издёвкой сказал я, глядя на позеленевшего ученика.
После этих слов каким-то чудом он нашёл в себе силы укротить подступающую тошноту и продолжить работу. Внутренние органы шиншиллы Митхам поместил в банки с формалином и в нерешительности остановился, не зная, что делать дальше. Я подсказал:
— Теперь трансназальная краниотомия.
— Чего?!
— Иначе это называется: удаление мозга через нос. Берёшь троакар[3] и через ноздрю протыкаешь решетчатую кость. Потом скальпелем или изогнутыми ножницами начинаешь крошить мозг. Далее переворачиваешь тушку лицом вниз. Часть мозга вытечет в тазик сама, а остальное ты промываешь водой под напором из шланга. Вуаля, ничего сложного.
С ошалелыми глазами Митхам взялся за процедуру. Неуверенно, периодически тяжко вздыхая, иногда в брезгливости подёргивая плечами, он выполнял грязную работу.
— Не дрейф, ученик! Ты должен научиться выполнять бальзамирование идеально, прежде чем приступишь к моему телу. Ведь если моё тело начнёт разлагаться, вся операция и задумка пойдут насмарку.
— Я понимаю, Учитель. Я стараюсь.
С моими подсказками дело потихоньку продвигалось. Ученик промыл артерии и загнал формалин в кровеносную систему, заменяя кровь. Затем обработал полость тела, заполнил ватой, пропитанной эритромициновой мазью, и старательно зашил разрез. Через ноздрю вместо мозга влил разогретую до нужной температуры — чтобы быстрее застывала — акриловую смолу. Всю тушку обильно смазал мазью и аккуратно обмотал бинтами.
— Молодец, Митхам! — похвалил я замученного преемника. — Почти как в лучших древнеегипетских традициях. Теперь помещай тушку в коробку и оставляй на столе. Подождём пару недель, посмотрим, не будет ли разложения. В принципе, здесь в подвале круглогодично прохладно, около пятнадцати градусов тепла. Не холодильник, но для бальзамирования и сохранения мумии подойдет. Когда будешь работать с моим телом, ежедневно и очень внимательно проверяй, нет ли малейших признаков разложения. Если таковые появятся — незамедлительно включай климат-контроль на плюс пять градусов, чтобы было, как в морге. И, да, кстати: приберись тут.
А прибраться следовало: весь фартук Митхама был в брызгах крови. На столе валялись разбросанные инструменты, обрывки грязных бинтов, крошки мозгов, кровь, стекающая на пол, образовала лужицу, где-то разлился формалин. В общем, прямо декорации для фильма «Хостел».
Через две недели мы разбинтовали шиншиллу и внимательно осмотрели тушку. Она по-прежнему не разлагалась, как и положено, начала потихоньку сморщиваться, поскольку клетки уже не держали воду. Отлично! Лёд тронулся.
Вторым объектом мы взяли маленького телёнка. Он значительно крупнее шиншиллы, поэтому увеличился расход материалов и крови было гораздо больше, зато Митхам привыкал к её виду и запаху. Движения его становились более уверенными и ловкими. Он быстро учился. Мой ученик!
На третьем объекте — а тут мы взяли взрослую мартышку, чтобы максимально приблизиться к образу человека — Митхам орудовал, как заправский мясник. Или как египетский жрец с многолетним опытом бальзамирования. Движения отточены, кровь всё меньше летит по сторонам, сразу сливаясь в тазик. Всё чётко.
Теперь в гараже хранились три мумии, и лежали они уже пару месяцев. Я пристально изучал их на предмет начавшегося разрушения плоти. Но всё было, как нужно. Тела потихоньку ссыхались, и в целом форма тушек, благодаря вате и эпоксидной смоле, держалась хорошо. Я попросил Митхама, чтобы после смерти в полость тела вместо ваты он залил мне смолу. Думаю, так будет прочнее.
— Всё, Митхам, мой жрец Анубиса, — с улыбкой сказал я, — ты готов. И я готов. Наше время вышло. До Йоля чуть больше двух месяцев. Это Новый год нашей планеты. Земля совершила оборот вокруг звезды и начинает новый путь. Как будто новое рождение. И для меня это будет, как обновление, как очередное рождение. В ночь на двадцать первое декабря мы с тобой совершим ритуал — я передам тебе свою Силу и всех духов, что у меня в услужении. Тебе останутся мои Книги Теней, там есть знания, как управляться с духами, их имена и функции.
— Я буду скучать по Вам, Учитель, — искренне сказал Митхам, и глаза его слегка заблестели.
— Не грусти, ученик! Я уверен, ты сделаешь всё правильно, и я буду совсем недалеко. Если постараешься, то ты сможешь даже увидеть меня, моё эфирное тело. А потом, днём двадцать первого числа, я покину этот мир. Вызовешь полицию и медиков. Они констатируют смерть. Напишут обычную в таких случаях причину: от старости или от сердечной недостаточности — будет зависеть от их настроения. После чего отвезут в морг, откуда ты заберёшь меня и привезёшь сюда на бальзамирование. Помни, затягивать это дело нельзя! В крематории номер четыре получишь урну с прахом и справку о сожжении. Там у меня знакомый работник, договорюсь. Дальше уже всё будет зависеть только от тебя.
— Я всё сделаю, Учитель, не сомневайтесь!
— Очень надеюсь на это. Много сил и времени положено на подготовку. Мою мумию осматривай регулярно. По мере высыхания мази добавляй свежую, чтобы бактерии не проникли в ткани. В общем, ты моя единственная надежда, ученик!
Митхам чувствовал всю ответственность и серьёзность его задачи. И он изо всех сил будет стараться. Это было видно по его честному и преданному взгляду.
***
Я жил в своём доме за городом, а рядом в пешей доступности находился большой лес, тянущийся чуть ли не до Дмитрова. Незадолго до Йоля под покровом ночи мы вывезли туда мумии животных и закопали. Теперь они нам были ни к чему, только занимали место. В этом же лесу запланировали ритуал передачи Силы.
Три дня до Йоля я и Митхам держали строгий пост: только чёрный хлеб и вода. Готовились и настраивались. Это был судьбоносный обряд для нас обоих. Я выучил текст необходимого заклинания, наказал выучить и Митхаму. Чтобы наизусть и без запинок.
Йольская ночь. Первый час ночи. Мы разожгли костёр. Встали друг напротив друга. Я достал свой алтарный кубок, бутылку красного вина и атам. Налил в кубок вина, ножом надрезал левую руку и накапал свою кровь в вино. Следом за мной Митхам надрезал свою ладонь, кровь стекала с его руки в бокал. Двумя руками мы вместе взялись за кубок, соединив тем самым наши руки, смешав кровь и раны. Глядя глаза в глаза, мы начали читать заклинание. Я проговаривал строчку, и Митхам повторял за мной:
«Эго сум вобис! Ту эс михи!
Корпора мерге! Потестатем унум!
Унум эст, субститути секундо! Ин номине новем спиритус Арезура!
Сама Атар!
Ангра-Майнью!
Акоман!
Савар!
Андар!
Наонгхатья!
Аешма!
Таромати!
Друдж Насу!
Сусципе сакрифициум! Финем транслатио!»
Всё громче произносил я заклинание, и верный ученик вторил мне. Девять раз, по числу дэвов Арезуры, прозвучала формула на древнем языке. Когда мы замолчали, и вокруг воцарилась тишина, я явственно ощутил, что нас окружили призываемые. Похоже, что и Митхам почувствовал это. Мы одновременно находились здесь в лесу, и в другом измерении. Время замедлило свой ход, пространство стало иным. Может быть, духи пришли и не закрыли за собой вход в адскую обитель?
Я сделал большой глоток из кубка, отпив сразу половину налитого. Митхам допил остальное. Вновь мы сцепили руки. Вокруг нас закружился бешеный вихрь, сжимая всё сильнее и сильнее кольцо вокруг нас. Между мной и Митхамом взвился чёрный дым и заискрили молнии.
Яркая вспышка — оба, Учитель и Ученик, упали замертво, так и не разъединив руки.
Мне оставалось жить всего полтора года. За это время надо найти ученика-посоха и передать ему свою Силу, провести с ним как можно большее количество инициаций и посвящений — сколько успею в столь малый ограниченный срок. В свою очередь он поможет мне с обретением одного из вариантов бессмертия.
К этому времени у меня уже был опыт преподавания магических наук и искусств. За свою продолжительную жизнь я несколько лет исполнял обязанности наставника неофитов в Ордене Lex Talionis, а с развитием современных технологий организовывал семинары и вебинары. Нёс свет и тьму знаний людям, просвещая их, за что получал щедрую, а иногда и не очень, оплату. Тем не менее, такая деятельность отчасти работала как агрессивная реклама, после чего количество клиентов резко возрастало.
Несмотря на достаточно плотный график, я успел обучить пару учеников индивидуально. Мои «выпускники» — рослый крепыш Дариус и хрупкая, но крайне коварная Персис — и по сей день продолжают своё восхождение вверх по пути Левой Руки, через тьму, сквозь тьму и с помощью тьмы. Ныне это вполне самодостаточные и уравновешенные маги, но было время, когда они даже чуть не убили друг друга: тут уже я постарался. Знаете ли, есть у малефиков такая стратегия — стравить учеников, развязать войну и посмотреть, кто выживет. А выживет сильнейший. В общем, я так и поступал. Независимо от их стараний и успехов где-то захваливал одного, а другого принижал, а после наоборот. Я вынуждал их соперничать друг с другом, пробуждая в них обоюдную зависть и ненависть, а для этого использовал самый элементарный, но действенный инструмент: просто привирал им про их пакости друг другу, то и дело подливая масло в уже полыхающий огонь. А дальше они сами включились в раздор и продолжали без моего участия. Ожесточённые бои за первенство длились два-три года, ни один из них не мог и, собственно, не хотел уступить сопернику. В общем, когда Дариус лежал в реанимации и «устраивал сквозняк, хлопая дверью с этого света на тот и обратно», я вмешался и остановил их вражду. Всё-таки ученики мне были нужны во плоти и полном здравии. Война, повторюсь, — это лучшее средство эволюции. И длительная беспринципная вражда закалила учеников, вынудив стать лучше, сильнее, хитрее. Мой педагогический приём в очередной раз доказал свою эффективность.
Справедливости ради нужно отметить, что была и ещё одна ученица, которая, однажды сдюжив, бросила все занятия магией. Оставив практики и ритуалы, она ушла размножаться, жиреть и дожидаться пятничного культурного досуга у телевизора, вооружившись вёдрами пива и чипсов. Прискорбно. Я искренне считаю это предательством своего пути и Учителя. Обучая её, я вкладывал много сил, отдавал душу, возлагал надежды. Из всех моих учеников именно она оказалась самой талантливой и способной. Её развитие продвигалось семимильными шагами, стоило лишь вложить намерение. И всё это в один миг пустить под откос, променять на детей и пятничные пьянки?.. Кошмар и ужас! Впрочем, она уже наказана своим собственным выбором. Брахман по рождению, она добровольно вернулась к уровню вайшьи. Пройдёт много воплощений, прежде чем она вернётся на свой путь магического развития.
Итак, я решил пойти по проверенной дорожке: для проведения семинаров арендовал себе полтора часа времени в неделю в одном из многочисленных эзотерических центров Москвы. Яркие пафосные афиши, расклеенные по всему городу, рекламировали мою излюбленную тему — «Тёмные обряды известных культов». Оповещения о предстоящих лекциях по демократической цене пестрили в метро, на всевозможных тематических площадках интернета, назойливо звучали по радио.
Поначалу желающих углубиться в теорию магических знаний было немного, но по мере раскрутки моего мероприятия народу становилось всё больше и больше.
В ходе семинара я рассказывал и объяснял, что служение через Тьму не является однозначно плохим деянием, за которым неминуемо последует кармическая расплата. Некоторые малефики, подобные мне, через негативные с общепринятой точки зрения поступки выполняют свою роль и функцию в Мироздании. Далее я приводил теоретические и практические примеры из разных магических традиций, попутно поясняя, что у каждой системы есть своя тёмная сторона, своя тень, свой нагваль. Даже у тех, кто прикидывается исключительно светлым.
Несколько лекций я провёл, неспешно раскрывая программу семинара, и на каждом последующем занятии я давал новую порцию информации так, чтобы всё это время держать внимание аудитории под своим контролем, старательно подкреплял выданные знания яркими примерами и байками. Внешне казалось, что я всецело поглощён подачей материала, на самом же деле довольно напряжённо сканировал всех пришедших. Я искал того, кто может стать моим посохом, моим помощником. Логические схемы или прежние заслуги претендента не имеют никакого значения. Играет роль лишь внутренний резонанс. Я это почувствую, как только увижу будущего ученика.
Лица учащихся сменялись: кто-то, побывав на одном семинаре, бесследно исчезал навсегда. Кто-то ходил регулярно, накручивая в себе нить учебного материала всё толще и толще. Были способные, встречались очень одарённые и талантливые, попадались и случайные залётные, пришедшие на магический семинар по веянию моды. Что ж, их деньги мне тоже пригодятся.
И вот в один из семинаров пришёл паренёк — долговязый, астеничного телосложения, с чёрными, как смоль, глазами и невероятно бледной кожей. Волосы парнишки были выкрашены в зелёный, почти неоновый цвет. Наверное, некая дань субкультурной моде. Одет в неопрятные джинсы, футболку с растянутым воротом и повидавшую жизнь потёртую, дешёвую косуху. С виду абсолютно залётный гражданин. Его слабо заинтересованный, явно скучающий взгляд не мог выдать в нём будущего сильного чёрного мага, но по мне будто искра проскочила — вот он, мой посох! Я почувствовал родство душ, нить, тянущуюся сквозь многие воплощения. Это был сильный оглушающий резонанс. Его чёрные глаза вкупе с зелёными волосами подходили, как пазл, моим чёрным волосам и зелёным глазам.
С самого начала семинара я объявил, что планирую набрать себе пару-тройку личных учеников. Для этого нужно лишь заполнить анкеты и внимательно указать свои данные. Затем я проведу испытания, проверки и выберу достойных. В общем, я нёс всю эту ахинею с невозмутимым видом и без единого смешка, в глубине души ехидничая гиеной, потому что уже нашел своего ученика. Одного единственного. И больше мне никто не был нужен.
Я раздал анкеты и начал семинар. Почти все из присутствующих, а их было тридцать два, аккуратно заполнили в листках сведения о себе. Было трое случайных посетителей, которые едва ознакомились с тематикой лекции и явно не планировали продолжать обучение. Двое из них не стали заполнять, а один всё-таки вписал свои данные, просто так, чтобы было.
После семинара, собрав анкеты и едва попрощавшись с последним слушателем, я быстро нашел нужный мне листок, а остальную пачку без сожаления тут же отправил в мусорную корзину. Так-с, Даниил, двадцать один год. Изучал разные течения эзотерики, большей частью поверхностно, немного практики, немного теории, прочитано то-то и то-то. Ладно, это всё шелуха. Главное, что он оставил свои контакты: мейл и номер телефона.
Свои семинары я тут же свернул, поскольку нашёл искомое. Теперь предстоял колоссальный фронт работ, а времени на всё совсем мало. Мне не терпелось позвонить Даниилу как можно скорее, буквально на следующий же день. Огромным усилием воли я подавил в себе излишнюю поспешность, для отвода глаз выждал пару недель и только потом, стараясь быть непринуждённым, написал Даниилу по «ватсапу»: как ни крути, технологии в наше время — это удобно. Почти век назад, когда ехал в карете с Арсением Саввичем, в самой бурной своей фантазии я и представить такого чуда не мог. Поприветствовал, поспрашивал, насколько парень заинтересован в обучении, какие магические направления его интересуют. Написал Даниилу, что он заинтересовал меня как претендент на индивидуальное обучение. Забросил несколько приманок относительно его волшебного будущего. Для проверки резонанса Учитель-Ученик узнал точное время и место рождения парня.
Чуть позже сделал натальную карту Даниила и выстроил синастрию[1], которая дополнительно подтвердила мои выводы и предчувствия. Всё сходилось — он идеальный ученик.
После личной встречи и общения стало понятно, насколько Даниил уже загорелся желанием обучаться. Теперь он увидел перспективу. Я дополнительно подлил масла в огонь, рассказав ему о возможностях, что доступны сильным магам, о власти, о соблазнении любых девушек, о деньгах. Чёрные глаза Даниила блестели предвкушением открывшихся горизонтов. Даниил учился в колледже на менеджера, и мы с ним договорились, что после основной учёбы два раза в неделю он будет приезжать ко мне домой (а жил я в собственном небольшом коттедже на Ярославском шоссе), где я смогу лично давать ему инициации и проводить ликбезы по основам магии. В остальное же время мы будем на связи посредством интернет-сети. Даниил обязался выполнять задания и проводить практики, а затем присылать мне отчёты по своим ощущениям, изменениям и обо всём остальном, что происходит с ним, как на внутреннем, так и на внешнем плане.
Практики — сложный, многолетний труд, требующий дисциплины и постоянной рутинной работы. Я бы даже сказал, что это вечный труд, поскольку они никогда не закончатся. Практики, что я дал ученику, за такое короткое время не сформируют мага, но в любом случае пойдут ему на пользу, укрепляя его намерение и дух. Основную силу и знания я передам Даниилу через инициации и посвящения, и потом, после моего ухода, мои Книги Теней останутся ему в помощь.
Я давал ему посвящения в разные каналы богов, инициации в различные глифы и символы, подключал к всевозможным культам и силам, к которым у меня самого был доступ. Даниил получил внешнее магическое имя — Митхам, и оно пришло не с потолка. Обычно магическое имя вычисляется согласно натальной карте и с помощью гематрических[2] операций. Либо, если выбирать вариант посложнее, Учитель заглядывает в Хроники Акаши и там находит подходящее имя для ученика.
Я разгонял энергетику и сознание Даниила на максимальной скорости. Но слишком сильная скорость имеет свои побочные эффекты: сосуд начинает трещать. Выражается это обычно в обострении старых кармических болезней, а также в появлении новых патологий. Потому мне приходилось часть болей Даниила брать на себя, часть пережигать, помещать дубль ученика в Храм Исцеления на тонком плане. Только благодаря этому мы могли продолжать развивать парня с прежней скоростью и даже немного её увеличивать.
***
Прошло полгода. Я не давал Даниилу спуску, архивируя и впихивая в него знания, даже пока он спал. Эти знания со временем откроются сами. Главное, что пока они помещены в ячейки памяти тонких тел. Впихивал, сколько мог, и наяву. Это действительно был колоссальный для меня труд. Грандиозный и непростой он был и для Даниила. Ученик резко менялся, менялось его окружение. Он состриг крашеные волосы, оставив короткую стрижку. Естественный их цвет оказался каштановым. Личная и Магическая Сила его росли не по дням, а по часам. Я отчётливо это видел, а Даниил лишь замечал. Наконец, я рассказал ученику, какую главную миссию я уготовил для него.
— Митхам, ты никогда не задавался вопросом, почему мы так торопимся, и для чего я даю тебе так много посвящений, что твоё тело едва успевает справляться?
— Учитель, я не знаю других индивидуальных учеников, поэтому мне не с кем себя сравнить. В различных группах, магических курсах и школах, где учатся мои знакомые и где я бывал, обучение, конечно, ведётся намного медленнее. Хотя и там бывают редкие инициации по окончании определённого отчётного периода. Возможно, так быстро, потому что это индивидуальное обучение?
— Почти поэтому. На самом деле, и индивидуальное обучение ведётся намного медленнее. Мы с тобой бежим вперёд с четырёхкратным превышением скорости. Я должен признаться, ученик: у меня осталось мало времени в этой жизни. Ещё год, и я покину этот мир. Хочется передать тебе как можно больше за этот срок.
— Как так?! – опешил и огорчился Митхам. — Ведь мы же только полгода как начали обучение, а вы уже скоро собираетесь уходить. Учитель, вы бросите меня, не доучив?
— К сожалению, у меня нет выбора. Время этого тела истекает. Физическое тело подвержено смерти, у него слишком короткий срок эксплуатации. Я и так долго пожил в нём сто четыре года — это много для человеческого века, но есть один способ задержаться в этом воплощении. Ну, или почти в этом. Способ сложный, но оно того стоит, и мне понадобится твоя помощь!
— Какой же это способ? — заинтересовался ученик.
— Мумификация! — я лучезарно улыбнулся, будто речь шла о чём-то прекрасном и волшебном. Хотя для меня это и было прекрасной перспективой.
— В смысле, мумии? Как в Древнем Египте? — округлились глаза Митхама.
— Именно! Как ты знаешь по строению тел человека, у нас их семь, если считать вместе с атманическим. Когда умирает физическое и начинает разлагаться, вслед за ним начинают распадаться и тонкие тела. Сначала эфирное, потом витальное, астральное, далее низшая часть ментального тела, а остальное архивируется у эйдоса и идёт на перевоплощение. Это в обычном случае у обычного человека. Маг, достигший высокого уровня, перешедший Бездну, после смерти имеет осознание в астральном теле и продолжает жить в тонком плане, пока не придёт срок умирать и астральному телу. А это могут быть сотни лет в пересчёте на земное физическое время. А уже потом идёт на перевоплощение в человеческой расе или в другой расе, уровнем повыше.
Если же физическое тело сохранить от разложения в виде мумии, то процесс распада эфирного тела замедлится почти до полной остановки. А это почти физическая жизнь. Надо только время о времени подпитывать это эфирное тело.
— Я должен буду из вас сделать мумию, Учитель?
— Да, Митхам, тебе предстоит такая операция. После моей смерти ты забальзамируешь моё тело и будешь хранить его в подвальной комнате гаража. А после станешь подпитывать моё эфирное тело, давая мне обед раз в три дня. Обычную пищу и сок. Иногда можно будет, думаю, и кусок свежего сырого мяса. А дальше посмотрим, вдруг мои вкусовые пристрастия изменятся.
— Мастер Андар, но как же вы будете есть? Вы же будете мумией.
— Ученик, не старайся быть глупее, чем являешься. В эфирном теле я смогу поглощать эфирную субстанцию продуктов. В таком тонком теле я смогу жить сотни лет, если мумия будет правильно храниться и не испортится. Кстати, тебе будет свой плюс от моего подобного бессмертия: мне проще будет выйти с тобой на связь. Через сон или видения я смогу подсказывать тебе и вести тебя дальше по пути обучения.
— Это звучит невероятно, Учитель!
— Да, точно так, ученик! И я не знаю никого лично, кто проделывал бы подобную операцию со времён Древнего Египта. Так что в этом веке мы точно будем первыми.
***
Митхам ежедневно совершал магические практики, а я продолжал давать ему всевозможные инициации, посвящения, толчки Силы, заёмы Силы, какие только можно было для его уровня, который, кстати, достаточно быстро рос. Митхам оказался очень одарённым и способным. Несмотря на хиловатый внешний вид, внутренне он был воином, готовым приложить предельные усилия для возвышения.
А на внешнем уровне мы начали подготовку к моему уходу. Первым делом съездили к нотариусу и составили завещание. В соответствии с которым всё своё немалое недвижимое имущество, «крузак-прадо» и счета в нескольких банках после смерти я, находясь в здравом уме и трезвой памяти, завещал Даниилу.
Следующим шагом необходимо протестировать место, где, собственно, и будут происходить таинства мумификации. На моей территории, перед коттеджем, находился просторный и удобно оборудованный гараж с подвалом. При желании там можно было жить. Заранее планируя подобный уход и необходимость создания мумии из моего тела, я провёл туда коммуникации: климат-систему и водопровод с канализацией. Само собой, там были электричество, холодильник, большой металлический стол, электрическая плитка, кастрюли, посуда и иная кухонная утварь. Также я заблаговременно приготовил весь набор для бальзамирования: шприцы, салфетки, бинты, хирургические инструменты, формалин, эритромициновую мазь, акриловую смолу и множество банок с навинчивающимися крышками.
Именно здесь, в этом помещении, Даниил и начал тренироваться изготавливать мумии. Конечно, сначала на животных: не мог же я его сразу допустить к своему телу без должного опыта.
Мы купили шиншиллу, усыпили её уколом. Сбрили всю шерсть. После чего Митхам разрезал её, вынул внутренние органы, промыл тело. Крови было много, и ученика начало мутить. Вполне закономерно: парень был далёк от медицины и впервые делал подобную операцию.
— Вот-вот! В следующий раз будет тебе уроком, что перед бальзамированием за пару часов точно ничего не надо есть, иначе можно заляпать все вокруг, — с издёвкой сказал я, глядя на позеленевшего ученика.
После этих слов каким-то чудом он нашёл в себе силы укротить подступающую тошноту и продолжить работу. Внутренние органы шиншиллы Митхам поместил в банки с формалином и в нерешительности остановился, не зная, что делать дальше. Я подсказал:
— Теперь трансназальная краниотомия.
— Чего?!
— Иначе это называется: удаление мозга через нос. Берёшь троакар[3] и через ноздрю протыкаешь решетчатую кость. Потом скальпелем или изогнутыми ножницами начинаешь крошить мозг. Далее переворачиваешь тушку лицом вниз. Часть мозга вытечет в тазик сама, а остальное ты промываешь водой под напором из шланга. Вуаля, ничего сложного.
С ошалелыми глазами Митхам взялся за процедуру. Неуверенно, периодически тяжко вздыхая, иногда в брезгливости подёргивая плечами, он выполнял грязную работу.
— Не дрейф, ученик! Ты должен научиться выполнять бальзамирование идеально, прежде чем приступишь к моему телу. Ведь если моё тело начнёт разлагаться, вся операция и задумка пойдут насмарку.
— Я понимаю, Учитель. Я стараюсь.
С моими подсказками дело потихоньку продвигалось. Ученик промыл артерии и загнал формалин в кровеносную систему, заменяя кровь. Затем обработал полость тела, заполнил ватой, пропитанной эритромициновой мазью, и старательно зашил разрез. Через ноздрю вместо мозга влил разогретую до нужной температуры — чтобы быстрее застывала — акриловую смолу. Всю тушку обильно смазал мазью и аккуратно обмотал бинтами.
— Молодец, Митхам! — похвалил я замученного преемника. — Почти как в лучших древнеегипетских традициях. Теперь помещай тушку в коробку и оставляй на столе. Подождём пару недель, посмотрим, не будет ли разложения. В принципе, здесь в подвале круглогодично прохладно, около пятнадцати градусов тепла. Не холодильник, но для бальзамирования и сохранения мумии подойдет. Когда будешь работать с моим телом, ежедневно и очень внимательно проверяй, нет ли малейших признаков разложения. Если таковые появятся — незамедлительно включай климат-контроль на плюс пять градусов, чтобы было, как в морге. И, да, кстати: приберись тут.
А прибраться следовало: весь фартук Митхама был в брызгах крови. На столе валялись разбросанные инструменты, обрывки грязных бинтов, крошки мозгов, кровь, стекающая на пол, образовала лужицу, где-то разлился формалин. В общем, прямо декорации для фильма «Хостел».
Через две недели мы разбинтовали шиншиллу и внимательно осмотрели тушку. Она по-прежнему не разлагалась, как и положено, начала потихоньку сморщиваться, поскольку клетки уже не держали воду. Отлично! Лёд тронулся.
Вторым объектом мы взяли маленького телёнка. Он значительно крупнее шиншиллы, поэтому увеличился расход материалов и крови было гораздо больше, зато Митхам привыкал к её виду и запаху. Движения его становились более уверенными и ловкими. Он быстро учился. Мой ученик!
На третьем объекте — а тут мы взяли взрослую мартышку, чтобы максимально приблизиться к образу человека — Митхам орудовал, как заправский мясник. Или как египетский жрец с многолетним опытом бальзамирования. Движения отточены, кровь всё меньше летит по сторонам, сразу сливаясь в тазик. Всё чётко.
Теперь в гараже хранились три мумии, и лежали они уже пару месяцев. Я пристально изучал их на предмет начавшегося разрушения плоти. Но всё было, как нужно. Тела потихоньку ссыхались, и в целом форма тушек, благодаря вате и эпоксидной смоле, держалась хорошо. Я попросил Митхама, чтобы после смерти в полость тела вместо ваты он залил мне смолу. Думаю, так будет прочнее.
— Всё, Митхам, мой жрец Анубиса, — с улыбкой сказал я, — ты готов. И я готов. Наше время вышло. До Йоля чуть больше двух месяцев. Это Новый год нашей планеты. Земля совершила оборот вокруг звезды и начинает новый путь. Как будто новое рождение. И для меня это будет, как обновление, как очередное рождение. В ночь на двадцать первое декабря мы с тобой совершим ритуал — я передам тебе свою Силу и всех духов, что у меня в услужении. Тебе останутся мои Книги Теней, там есть знания, как управляться с духами, их имена и функции.
— Я буду скучать по Вам, Учитель, — искренне сказал Митхам, и глаза его слегка заблестели.
— Не грусти, ученик! Я уверен, ты сделаешь всё правильно, и я буду совсем недалеко. Если постараешься, то ты сможешь даже увидеть меня, моё эфирное тело. А потом, днём двадцать первого числа, я покину этот мир. Вызовешь полицию и медиков. Они констатируют смерть. Напишут обычную в таких случаях причину: от старости или от сердечной недостаточности — будет зависеть от их настроения. После чего отвезут в морг, откуда ты заберёшь меня и привезёшь сюда на бальзамирование. Помни, затягивать это дело нельзя! В крематории номер четыре получишь урну с прахом и справку о сожжении. Там у меня знакомый работник, договорюсь. Дальше уже всё будет зависеть только от тебя.
— Я всё сделаю, Учитель, не сомневайтесь!
— Очень надеюсь на это. Много сил и времени положено на подготовку. Мою мумию осматривай регулярно. По мере высыхания мази добавляй свежую, чтобы бактерии не проникли в ткани. В общем, ты моя единственная надежда, ученик!
Митхам чувствовал всю ответственность и серьёзность его задачи. И он изо всех сил будет стараться. Это было видно по его честному и преданному взгляду.
***
Я жил в своём доме за городом, а рядом в пешей доступности находился большой лес, тянущийся чуть ли не до Дмитрова. Незадолго до Йоля под покровом ночи мы вывезли туда мумии животных и закопали. Теперь они нам были ни к чему, только занимали место. В этом же лесу запланировали ритуал передачи Силы.
Три дня до Йоля я и Митхам держали строгий пост: только чёрный хлеб и вода. Готовились и настраивались. Это был судьбоносный обряд для нас обоих. Я выучил текст необходимого заклинания, наказал выучить и Митхаму. Чтобы наизусть и без запинок.
Йольская ночь. Первый час ночи. Мы разожгли костёр. Встали друг напротив друга. Я достал свой алтарный кубок, бутылку красного вина и атам. Налил в кубок вина, ножом надрезал левую руку и накапал свою кровь в вино. Следом за мной Митхам надрезал свою ладонь, кровь стекала с его руки в бокал. Двумя руками мы вместе взялись за кубок, соединив тем самым наши руки, смешав кровь и раны. Глядя глаза в глаза, мы начали читать заклинание. Я проговаривал строчку, и Митхам повторял за мной:
«Эго сум вобис! Ту эс михи!
Корпора мерге! Потестатем унум!
Унум эст, субститути секундо! Ин номине новем спиритус Арезура!
Сама Атар!
Ангра-Майнью!
Акоман!
Савар!
Андар!
Наонгхатья!
Аешма!
Таромати!
Друдж Насу!
Сусципе сакрифициум! Финем транслатио!»
Всё громче произносил я заклинание, и верный ученик вторил мне. Девять раз, по числу дэвов Арезуры, прозвучала формула на древнем языке. Когда мы замолчали, и вокруг воцарилась тишина, я явственно ощутил, что нас окружили призываемые. Похоже, что и Митхам почувствовал это. Мы одновременно находились здесь в лесу, и в другом измерении. Время замедлило свой ход, пространство стало иным. Может быть, духи пришли и не закрыли за собой вход в адскую обитель?
Я сделал большой глоток из кубка, отпив сразу половину налитого. Митхам допил остальное. Вновь мы сцепили руки. Вокруг нас закружился бешеный вихрь, сжимая всё сильнее и сильнее кольцо вокруг нас. Между мной и Митхамом взвился чёрный дым и заискрили молнии.
Яркая вспышка — оба, Учитель и Ученик, упали замертво, так и не разъединив руки.
[1] Синастрия — это раздел астрологии, при котором натальные карты партнёров накладываются друг на друга и в них ищутся точки соприкосновения.
[2] Гематрия — каббалистическая нумерологическая система.
[3] Троакар — хирургический инструмент, предназначенный для проникновения в полости человеческого организма через покровные ткани.
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Нахшпиль
Парень очнулся, отцепил руки от мёртвого тела Учителя, встал, отряхнулся. Пощупал свои руки, ноги, живот и голову, словно проверяя, всё ли на месте, жив ли он вообще.
«Германия, герцогство Вюртембергское, тысяча пятьсот тридцать седьмой год…»
Придирчиво осматривая свою новую наружность, ученик заговорил сам с собой:
— Так. Тело, конечно, слабенькое. Нужно будет добавить физические нагрузки, и имя досталось так себе — Даниил. Но тут выбирать не приходится. А вот магическое имя я себе оставлю прежнее — Андар!
«Вскоре у них родился сын Рабан. Так и начали расти два сводных брата — Райнхард, бастард герцога, и Рабан, сын кузнеца…»
В зелёных глазах парня играли отблески затухающего костра.
«Райнхард упал на колени, придерживая вываливающиеся кишки. Он чувствовал, как с кровью утекает из него жизнь. Всё, пришёл к завершению его жизненный путь. А ведь он так много хотел сделать. И возлюбленная Ханна никогда не станет его женой… Собрав последние силы, Райнхард вскричал:
— Я призываю все силы Небес и Ада! Придите, смотрите, свидетельствуйте! Рабан! Пред ликом Смерти силами небесными, силами адскими я проклинаю тебя! И я клянусь, что я найду тебя! Найду тебя в любом времени, в любой другой жизни и отомщу!..»
Андар запрокинул голову к небу и прокричал, обращаясь к духу умершего. Не к душе Даниила-Митхама, которую дэвы уже утащили в качестве жертвы. А к эйдосу, что был воплощён в теле и личности паренька. К эйдосу, который нёс в себе весь опыт и память прошлых жизней:
— Помнишь, Рабан, я обещал найти тебя! В любой из жизней найти тебя и отомстить! Я сдержал обещание! Отныне наши Весы в равновесии!
«Германия, герцогство Вюртембергское, тысяча пятьсот тридцать седьмой год…»
Придирчиво осматривая свою новую наружность, ученик заговорил сам с собой:
— Так. Тело, конечно, слабенькое. Нужно будет добавить физические нагрузки, и имя досталось так себе — Даниил. Но тут выбирать не приходится. А вот магическое имя я себе оставлю прежнее — Андар!
«Вскоре у них родился сын Рабан. Так и начали расти два сводных брата — Райнхард, бастард герцога, и Рабан, сын кузнеца…»
В зелёных глазах парня играли отблески затухающего костра.
«Райнхард упал на колени, придерживая вываливающиеся кишки. Он чувствовал, как с кровью утекает из него жизнь. Всё, пришёл к завершению его жизненный путь. А ведь он так много хотел сделать. И возлюбленная Ханна никогда не станет его женой… Собрав последние силы, Райнхард вскричал:
— Я призываю все силы Небес и Ада! Придите, смотрите, свидетельствуйте! Рабан! Пред ликом Смерти силами небесными, силами адскими я проклинаю тебя! И я клянусь, что я найду тебя! Найду тебя в любом времени, в любой другой жизни и отомщу!..»
Андар запрокинул голову к небу и прокричал, обращаясь к духу умершего. Не к душе Даниила-Митхама, которую дэвы уже утащили в качестве жертвы. А к эйдосу, что был воплощён в теле и личности паренька. К эйдосу, который нёс в себе весь опыт и память прошлых жизней:
— Помнишь, Рабан, я обещал найти тебя! В любой из жизней найти тебя и отомстить! Я сдержал обещание! Отныне наши Весы в равновесии!
Конец
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
- Яна Свет Леонидовна
- Сообщений: 17150
- Зарегистрирован: 31 дек 2016, 07:52
- Откуда: Россия, Выборг
- Пол: Ж
Путь чернокнижника
Благодарю Вас, уважаемый Лучезар, за продолжение.
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар, благодарю Вас за роман. Признаюсь не хотелось читать по частям, дождалась когда будут опубликованы все части.
Пришлось отложить все дела, чтобы прочесть все до конца. Благодарю Вас за доставленное удовольствие. Желаю в дальнейшем новых творческих идей и успехов.
С уважением.
Пришлось отложить все дела, чтобы прочесть все до конца. Благодарю Вас за доставленное удовольствие. Желаю в дальнейшем новых творческих идей и успехов.
С уважением.
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар! Спасибо за увлекательный рассказ о пути чернокнижника. С уважением к Вам.
Путь чернокнижника
Благодарю Вас Уважаемый Лучезар , интересно !
Путь чернокнижника
Благодарю Вас, уважаемый Лучезар, за художественный роман.
- ***phoenix***
- Сообщений: 7483
- Зарегистрирован: 08 сен 2021, 14:54
- Пол: Ж
Путь чернокнижника
Благодарю Вас, Уважаемый Лучезар, за продолжение Вашей книги. Зачитываюсь!
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар,благодарю Вас за интересное продолжение.С уважением.
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар, примите мою искреннюю благодарность за доставленное удовольствие. Давно читаю Ваши труды, и каждый раз Вы умудряетесь удивлять. Обожаю Ваши концовки).
Опубликуйте пожалуйста здесь рассказы «Шутливый бог» и «Снискание силы», уверена форумчанам понравится.
Желаю Вам творческих успехов, смелых идей и их скорейшего их воплощения в новые произведения, Вы, как никто другой умудряетесь безнадрывно и легко оформлять сложные эзотерические идеи в привлекательную читабельную обертку, так что сначала невозможно а потом невозможно забыть.
Благодарю Вас!
Опубликуйте пожалуйста здесь рассказы «Шутливый бог» и «Снискание силы», уверена форумчанам понравится.
Желаю Вам творческих успехов, смелых идей и их скорейшего их воплощения в новые произведения, Вы, как никто другой умудряетесь безнадрывно и легко оформлять сложные эзотерические идеи в привлекательную читабельную обертку, так что сначала невозможно а потом невозможно забыть.
Благодарю Вас!
- Лучезар
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 5008
- Зарегистрирован: 19 апр 2013, 23:58
- Откуда: Москва
- Пол: М
Путь чернокнижника
Братья и сёстры, благодарю вас за тёплые слова. Рад, что роман понравился.
С почтением.
С почтением.
"Не рваться делать невозможное... Кто же я тогда?.."
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар, благодарю Вас за интересный роман. Читала с удовольствием, ждала с нетерпением продолжения.
Желаю Вам творческих успехов и много новых и увлекательных произведений. Всего самого наилучшего.
Желаю Вам творческих успехов и много новых и увлекательных произведений. Всего самого наилучшего.
- Александр В
- Неофит ОХЗДС 4 ступени
- Сообщений: 13742
- Зарегистрирован: 16 июн 2013, 01:50
Путь чернокнижника
Здравствуйте, Уважаемый Лучезар. Благодарю Вас за Прекрасный Роман!
С Уважением и Благодарностью к Вам.
С Уважением и Благодарностью к Вам.
Путь чернокнижника
Это было незабываемо!!! Теперь у меня есть любимая книга.
Путь чернокнижника
Уважаемый Лучезар,благодарю Вас,за интересный роман.
Путь чернокнижника
Здравствуйте, будет еще продолжение ? Так понравилось![🙏🏻](//cdn.jsdelivr.net/gh/twitter/twemoji@latest/assets/svg/1f64f-1f3fb.svg)
![❗️](//cdn.jsdelivr.net/gh/twitter/twemoji@latest/assets/svg/2757.svg)